Власть и прогресс - Саймон Джонсон

В этот период возникали компании невиданных прежде размеров. На некоторые из них работали более 100 000 человек – намного больше, чем списочный состав армии США в то время. Экономика расширялась, и реальные зарплаты росли, но одновременно стремительно возрастало неравенство, и миллионы рабочих, не имевших никакой защиты против своих экономически и политически могущественных боссов, вынуждены были трудиться в кошмарных условиях. Бароны-разбойники – так прозвали самых известных и самых неразборчивых в средствах из числа тех магнатов – сколачивали гигантские состояния не только благодаря изобретательности в применении новых технологий, но и потому, что не брезговали никакими методами против конкурентов. Важную роль в их восхождении к вершинам богатства играли и политические связи.

Символом эпохи стали огромные «тресты», которые создавали эти люди, выдавливая из бизнеса своих соперников и замыкая всю индустрию на себя; например, самый известный из них – Standard Oil. В 1850 году британский химик Джеймс Янг открыл способ очистки сырой нефти. Через несколько лет по всему миру уже работало множество нефтеперерабатывающих заводов. В 1859 году в Титусвилле, штат Пенсильвания, были открыты запасы нефти – и с тех пор нефть в Соединенных Штатах стала двигателем индустриализации. Скоро в этом секторе начала править Standard Oil, основанная и возглавляемая Джоном Д. Рокфеллером, человеком, который стал символом самых ярких и в то же время самых темных сторон Позолоченного века. Рокфеллер, родившийся в бедности и поднявшийся из низов, сразу понял значимость нефти, понял и то, как важно стать доминирующим игроком в секторе, и быстро превратил свою компанию в монополию. К началу 1890-х годов Standard Oil контролировала около 90 % нефтепроводов и нефтеперерабатывающих предприятий в стране – и прославилась хищническими ценами, сомнительными сделками (например, Рокфеллер договорился с железнодорожниками о том, чтобы они не давали перевозить нефть его конкурентам), запугиванием соперников и собственных рабочих.

Примерно таким же был «послужной список» других ведущих фирм: сталелитейного завода Эндрю Карнеги, железнодорожного конгломерата Корнелиуса Вандербильта; те же роли играли в производстве сельскохозяйственной техники – International Harvester, в химическом производстве – DuPont, в банковском деле – Дж. П. Морган.

Было очевидно, что имеющиеся институции Соединенных Штатов плохо приспособлены для сдерживания таких мощных игроков. Тресты набирали политическую силу – отчасти потому, что на их сторону встали несколько президентов США, но еще более потому, что имели огромное влияние на Сенат США, в то время не избиравшийся прямым голосованием, а назначавшийся из числа законодателей штата. Общее убеждение (вполне соответствующее истине) было то, что места в Сенате «покупаются и продаются», и бароны-разбойники принимают в этой купле-продаже самое активное участие. И такое происходило не только в Сенате. Предвыборные кампании президента Уильяма Маккинли в 1896 и 1900 годах щедро финансировал большой бизнес; одним из организаторов этого стал сенатор Марк Ханна, прославившийся таким изречением:

«В политике важны только две вещи: первая – деньги, а вторую я забыл».

Законов, способных помешать баронам-разбойникам выдавливать из своего сектора конкурентов, почти не было, да и те, что были, не исполнялись.

Когда рабочие, организовавшись, начинали требовать повышения зарплат или улучшения условий труда, нередко их жестоко подавляли и разгоняли. Так закончилась Великая железнодорожная стачка 1877 года, Великая стачка на Юго-Западных железных дорогах 1886 года, забастовка на сталелитейных заводах Карнеги в 1892 году, на заводах Пуллмана – в 1894 году, а также угольная забастовка 1902 года. В 1913–1914 годах во время забастовки Объединения шахтеров на предприятии Colorado Fuel and Iron, контролируемом Рокфеллером, столкновения бастующих с охранниками, военными и штрейкбрехерами, нанятыми компанией, переросли в побоище, в котором погиб 21 человек, в том числе женщины и дети.

Если бы экономические и социальные условия Позолоченного века не ушли в прошлое, сейчас Соединенные Штаты были бы совсем другой страной. Но широкое движение прогрессистов бросило вызов всесильным трестам и потребовало институциональных перемен. Это движение вело свое происхождение от более ранних сельских организаций, таких как «Национальная ферма», «Орден защитников землепашества» и, впоследствии, Популистская партия; однако прогрессисты значительно расширили свою социальную базу, вступив в коалицию с городскими средними классами, и сумели повернуть историю Соединенных Штатов на иной путь.

Ключом к их успеху стало изменение взглядов и ценностных установок американского общества, особенно средних классов. В большой степени этой трансформации общество было обязано группе журналистов-расследователей, так называемых «разгребателей грязи», а также статьям и книгам других реформаторов, таких как известный юрист, впоследствии судья Верховного суда Луис Брандейс. Роман Аптона Синклера «Джунгли» открывал читателям кошмарные условия труда на мясоперерабатывающем заводе, а Линкольн Стеффенс разоблачал политическую коррупцию во многих крупных городах.

Возможно, самым известным из такого рода расследований стала серия статей Иды Тарбелл о Standard Oil, публиковавшаяся в «Макклюрс Мэгэзин» начиная с 1902 года. В этих статьях она бесстрашно разоблачала грязные делишки Рокфеллера: запугивание конкурентов, махинации с ценностями, политические интриги, прямые нарушения закона. О бизнес-практиках Рокфеллера Ида Тарбелл знала не понаслышке. Ее отец, нефтепромышленник из западной Пенсильвании, лишился своего дела, когда Рокфеллер заключил тайную сделку с местной железнодорожной компанией, склонив ее взвинтить цену на перевозки нефти для конкурентов Standard Oil. Статьи Тарбелл, изданные в 1904 году в сборнике под заглавием «История компании Standard Oil», более чего-либо иного заставили американцев по-новому взглянуть на тресты, баронов-разбойников и их пагубное влияние на общество.

За Тарбелл последовали другие «разгребатели грязи». В серии статей в журнале «Космополитен» за 1906 год, озаглавленной «Измена Сената», Дэвид Грэхем Филлипс пролил свет на темные дела и коррупцию в Сенате. Книга Брандейса «Чужие деньги: как банкиры их используют» произвела ту же операцию с банковским делом, особенно с банком Дж. П. Моргана.

Не менее важна была и работа низовых активистов, таких как Мэри Харрис Джонс (также известная как Матушка Джонс), сыгравшая ведущую роль в организации «Объединения шахтеров», а затем и более радикальных «Рыцарей труда». Именно Матушка Джонс стала вдохновительницей Детского крестового похода 1903 года, когда маленькие рабочие с заводов и шахт, протестуя против того, что законы, запрещающие детский труд, не выполняются, с плакатами типа «Мы хотим ходить в школу, а не на шахты!» прошли маршем к летнему дому президента Тедди Рузвельта.

Прогрессисты не только изменили взгляды общества, но и помогли ему организоваться. Популисты уже показали пример того, как консолидировать протестное движение во влиятельную партию федерального масштаба. На выборах 1892 года эта партия получила 8,5 % от общего числа голосов. Успех сделал городской средний класс заметным