Колибри. Beija Flor - Дара Радова

Когда же моя жизнь устроится? Я копаю эту золотую жилу в себе, а ее заносит песком и грязью, и кажется, во мне все меньше сил, а может, только кажется? Интересно все-таки, что последнее время меня тянет на молодых мужчин. Что это — влечение или настройка энергии на реализацию?

Вчера был колючий разговор с Заром, я так и думала, что он испугался, поэтому не стоит на него рассчитывать, да и в чем? Только я сама могу решить свои проблемы. Думая о себе отстраненно, я напоминаю себе ребенка, но ведь это действительно так — я и осталась ребенком, перекочевав из родительской семьи к Ру. Я знаю, что он еще заплатит за все это. Я собираюсь сфальсифицировать его запрос в банк о переводе денег. Неудобно то, что он забрал телефонный аппарат, обосновывая это тем, что я постоянно вишу на телефоне, но это неправда! Вчера разговаривала только вечером.

Эта скотина думает что, мне нечем заняться теперь. Но я уже научилась быть одна. Если я вернусь, возможно, все-таки решусь уйти в монастырь. Интересно, здесь есть монастыри? Если кто-нибудь когда-нибудь прочтет то, что здесь написано, ему не будет смешно.

Мне хочется веселиться, флиртовать, найти кого-нибудь и жить счастливо. Где-то наверняка есть мой Па.

Интересно, что будет с моим вечно раздваивающимся средним левым ногтем, когда мы расстанемся с Ру?

Погода все никак не наладится, пасмурно, влажно. Здесь то нет воды, то света, ужасно дискомфортно. Мне так хочется освободиться от Ру навсегда.

И сегодня, если что, будет вечер при свечах. Жаль, что музыки нет. Ну действительно, хотя бы кто-нибудь в гости пришел, удивил бы, обрадовал.

Я даже думаю, если останусь, а Ру съедет, сдам комнату Ма. Только без поползновений, просто мне не помешают деньги, а ему квартира. Но я не думаю, что останусь. Мне будет страшно и одиноко. Но в Москве не лучше.

Сколько возможностей я пропустила из-за Ру! Работала бы на телевидении и забот не знала, вышла бы замуж за какого-нибудь шоумена. Пусть русского. Но ведь среди иностранцев сволочей не меньше. В общем, я не знаю, что будет.

Вот и солнце вылезло, улыбнулась. Когда же наконец успокоится буря в моей жизни?

Ру забрал мои диски — для копирования. Он готов потратить деньги на это, но не на мое будущее! Но я не хочу судить его, его жизни и так наказывает. Боюсь, он закончит так же, как и его настоящий отец — в сплошных долгах посреди руин своей жизни. Иногда мне бывает так жаль его. Но я не хочу тратить силы на жалость, ему это уже не поможет. Любви моей не заслуживают по большому счету, и даже если я вернусь в Москву опять побитой собакой, у меня всегда есть "другой" выход. Но тосковать по нему я больше не буду. Наверное, появятся еще возможности для меня, если я все это переживу.

Завтра попытаюсь продать компьютер, в любом случае он мне не нужен, и пока его не украли. Принтер оставлю папе, похоже, мне придется с ними жить. Нужно будет не забыть продать мобильник — он ведь в Европе работать не будет.

Боже, ну может здесь мне засветит солнце! Почему я ничего не вижу для себя, потому что не искала? Сегодня пришла карточка CPF, на которую я уже надеяться перестала. Может, это знак, а может, всего лишь карточка.

Сложно поверить, еще месяц назад моя жизнь была такой счастливой!

Как я ненавижу просить и унижаться и боятся, что мне откажут. Почему этот страх? От того, что в детстве били по голове просто так, ни за что?

С другой стороны, стоит тебе начать что-нибудь, и у тебя все получается. Даже язык ты выучила, можешь вести разговор, когда еще два месяца назад не улавливала ни слова по-португальски.

Во мне живет предчувствие чего-то хорошего, я смотрю на дорогу сквозь закрытое окно, и однажды по ней кто-нибудь обязательно придет. Придет за мной, такой, как Па.

23.1.2003 Бразилия, Ilha de la Magia

Про сегодня писать пока не буду. Лучше расскажу о недавнем прошлом, о котором скоро рискую забыть. О моем увлечении Заром — ну, надо же, ведь это непроизвольно вырвалось, хотела написать Жу. Значит точно они двойники!

Так вот, в тот памятный вечер, после того как Ру уехал, а Жу готовил кайпириньи одну за другой, что существенно облегчало мне разговор на португальском (я думаю, тогда не прошло еще и двух недель со дня моего приезда в Бразилию, где-то около 9-го декабря). Он был просто очарован мной, а я была действительно в ударе в своих любимых джинсах и голубом блейзере-гофре.

Вечеринка была для всех нас, и потом Жу начал всех развозить по домам. Затем мы оказались на пляже в Армасау, и он как-то по-детски обнял меня, прижавшись всем телом. Он выдумал о ребре кашалота про то бревно, на котором мы сидели. Вообще мы быстро "кликнули" друг с другом, потому что шутки получались сами собой.

А потом он отвез меня домой, и в машине перед домом мы в первый раз поцеловались. Я удивилась тогда, как плохо он целуется, и это его дурацкая привычка больно кусаться. Садизм какой-то. На следующий день, как оказалось, был выходной, а я еще толком не работала, а просто присутствовала в баре вместе с Ро. Так вот, в тот день я очень расстроилась, что не увидела Жу. Я уже собралась уходить и вышла из бара и на паркинге увидела Жу. Он был бледный и осунувшийся, а может, наоборот отдохнувший. Уложенные гелем волосы отливали смолью, в общем, он показался мне неотразимо красивым.

Мы поздоровались, как будто ком застрял в горле у обоих, вдобавок там был Фил, сын Ро. Я спросила что то незначительное, и мы попрощались, я повернулась и чуть не плача, побрела домой. Было пасмурно, собирался дождь, я медленно шла и думала о том, сколько горя еще принесет мне моя влюбчивая натура, как тут сзади раздался характерный оглушительный рев заводящейся машины — есть только одна такая, ее купил Ру, и ее зовут Jabiraka.

Это был Жу. Как на лихом коне, подъехал он (а водит он просто классно, но не всегда) и