Волк насторожился - Александр Бушков

Когда шестеро, со скрипом отодвинув стулья, вышли изкабинета, Директор набулькал себе полстакана «Боржоми» и медленно, без всякогоудовольствия высосал, гулко глотая. Утер рот тыльной стороной ладони,поморщился:

– Ну и дрянь, как ее люди пьют… Ладно, официальнуючасть, будем считать, закончили. Действуйте по той же схеме. А с думскимикрикунами, слышь, поаккуратнее. Ни к чему нам сейчас в новую свару впутываться.Задобрите кого там погорластее, демократов из газеток подошлите, пусть осаннуспоют. Времени мало, надо, чтоб все без сучка, без задоринки…

– Сделаем, Игорь Матвеевич, – оставшийся вкабинете Помощник чиркнул в блокноте.

Директор побарабанил пальцами по столу, вспоминая, не забылли что важное. Вроде не забыл. Шумно выдохнул, отвлекаясь от уже обговоренныхпроблем, и сказал:

– Давай теперь по «Тайге».

Помощник закрыл папку, открыл другую, гораздо тоньше первой.

– Операция в заключительной стадии. Группа на месте,отрабатывает территорию. Думаю, через два-три дня г р у з будет найден иизвлечен.

– Смотри, не позже. Его еще и вывезти надо.

– Зона поиска слишком большая, тайга, сами понимаете…но работы ведутся ускоренными темпами. Не опоздаем.

– Смотри, – повторил Директор, – головойответишь.

Помощник промолчал.

«Ответит, – подумал Директор. – Ох как вы все уменя ответите…»

Он оттолкнулся ладонями от столешницы, откатился на кресле кстене, где висела карта России, и в который уже раз посмотрел на крошечныйкружок с пометкой «Шантарск» почти на противоположном конце страны. Сненавистью посмотрел. Будто стереть хотел взглядом. Только боль головная отШантарска этого задрипанного, больше ничего. Сибирь же, дикари ведь, хреноватуча верст отсюда, – а они еще ерепенятся. И работать мешают.

– Что в городе? – спросил он.

– Пока по-прежнему, – ответил Помощник, незаглядывая в папочку. – Функционирование ф и р м ы приторможено с нашейпомощью, продолжается ее дискредитация в СМИ и по каналам УВД. Дело о партиинаркотиков не закрыто, сейчас готовится несколько новых акций – в том числе и спривлечением общественности. Наши люди в тамошнем ФСБ докладывают, что…

– А в самой ф и р м е? – перебил Директор.

– Рыпаются. Ищут. Ангелом пущена информация, что противних копает некая зарубежная разведка, желающая сорвать контракт «Интеркрайта» сИраком. Так что на истинных р а з р а б о т ч и к о в они не выйдут.

– Да хрен с ними, с разработчиками! – рявкнулДиректор, возвращаясь за стол. – Надо будет – отдай им кого-нибудь,отморозка этого, как его, Беса, пусть радуются и глотку ему грызут! Мне надо,чтобы пока мы вывозим груз из тайги, у них руки были связаны!

– У них связаны руки, Игорь Матвеевич, – мягкосообщил Помощник.

Директор успокоился, потянулся было к «Боржоми», нопередумал. Брезгливо отодвинул бутылку подальше.

– Генерал Глаголев?

– На днях должен прибыть в столицу. На ковер. Получитпистон за берлинские делишки, утрется, и в Шантарск прилетит уже пенсионером.

– Твоя работа?

– Моя, – голос Помощника был невыразителен.

– Тут ты молодец, – удовлетворенно сказалДиректор. – Глаголев – зверюга еще тот. Его надо отодвинуть в первуюочередь. Если успеет раньше наших до клада добраться… Кстати, – неожиданноспросил он, – вы нашли Озеровскую?

Помощник скользнул взглядом в окно, где темнели на фонезакатного неба кремлевские башни.

– Ищем. Она что-то заподозрила, Игорь Матвеевич,скрывается. Но найдем.

– Уж найдите. – Взгляд Директора сталкаменным. – Это девка знает слишком много, и если на нее выйдут людиГлаголева или этого бандита Фрола…

– Фрол в эти игры играть не станет. Клады, даже т а к ие, ему неинтересны.

– И все равно. И так уже каждая собака в городе судачито том, что в тайге клад зарыт. Еще ломанутся копать, под ногами путатьсяначнут… Нам это надо? Короче, так, Геннадий Семенович. Акции против«Интеркрайта» усилить. Хватит уже миндальничать. Придумай что-нибудь э т а к ое. Силовое. Это раз. Комиссия сформирована?

– Так точно. Президент вот-вот подпишет. Этим Решетовзанимается.

– Уж она им засадит «двадцать-двенадцать» по самыепомидоры. Не до кладов будет… Это два. Что еще?

Помощник сделал паузу, глядя по-прежнему в огромное, во всюстену окно кабинета. Наконец в его голосе появился эмоциональный оттенок.

– Игорь Матвеевич, – сказал он нерешительно,заглянув в папочку, – Ангел докладывает, что Волк вышел на Матильду. Этота женщина, Марина Бурлаченко, которая вместе с Озеровской…

Директор грохнул кулаком по столу так, что с бутылки«Боржоми» слетела крышечка.

– Ну, так я и знал! А вы куда смотрели?! Прошляпили,да?

– На самом деле все не так плохо, ИгорьМатвеевич, – поторопился Помощник, вернув взгляд на Директора. – Дажеесли Волк поверит, что клад существует, что против «Интеркрайта» идет и г р а,ему все равно не успеть…

– Вот только не надо! – Дир ектор таки налил себееще «Боржоми» и махнул залпом, как водку. – Волк этот… как его…Напридумывали, блядь, кличек – Ангел, Волк, Матильда, шпионы хреновы! Как егозовут-то по-нормальному?!

– Черский. Данил Петрович.

– Ну да, Черский, правильно. Ты досье его смотрел?Внимательно смотрел? Он же гэбист бывший, из настоящих, он печенкой чует,откуда вонь идет… И что там у него с этой… Матильдой?

– Еще неизвестно. Ангел отрабатывает.

– Пока он отрабатывает, Черский найдет Озеровскую. Апотом вычислит и Ангела! И ты опять будешь говорить, что не все так плохо, да?!

Директор выбрался из-за стола, подошел к окну и замер,заложив руки за спину и покачиваясь с пятки на носок. «А ведь он меня небоится, – понял он вдруг. – Уважает – наверное, я ему нужен –разумеется. Но не боится, сволочь. Интересно, почему? Ведь если тонуть будем –вместе на дно пойдем, я всех вас за собой потащу. И Ликутова, и Решетова… ХотяЛикутов и Решетов меня первым утопить постараются, сучары…»