Тени прошлого. Расплата - Александр Тамоников

Современный Афганистан, 3 сентября, среда

Пикап «Форд» и внедорожник «Ниссан» по серпантину преодолели последний перевал и вышли на небольшое плато, когда начало темнеть. Здесь, в восьмидесяти километрах от города Файзабада, было жарче, чем в Кабуле, откуда с утра вышли машины. Впереди, у зубастых вершин северного перевала, закрывающего выход к приграничной реке Пяндж, появились огни. Вскоре автомобили подошли к селению Капур.

На въезде в кишлак стояли мужчины в национальных одеждах, все с оружием. «Форд» встал в нескольких метрах от них. «Ниссан» замер слева. Из пикапа вышел благообразный человек лет шестидесяти. За ним появился другой, немного моложе.

Один из местных жителей подошел к гостям и обратился к тому, который был старше:

— Салам, уважаемый господин Гасани!

— Салам, Абан!

Мужчины обнялись.

Потом местный раис Абан Санхаб поздоровался и с Гамалем Кадиром, помощником Валида Гасани.

— Рад вас видеть в этом месте, забытом Всевышним. Ваш дом, господин Гасани, ждет вас, но в нем так пусто, неуютно.

— А как же Самина? Она бездельничала все это время? Или ты воспользовался ситуацией и перетащил ее к себе?

— Как можно, господин Гасани? Самина — ваша наложница, рабыня. Как я мог или кто-то другой посягнуть на чужую собственность?

— Так почему в доме неуютно?

Местный наркобарон не без зависти вздохнул и сказал:

— Ваш дом самый большой в кишлаке. Самине тяжело поддерживать его в надлежащем виде. Конечно, она постоянно находилась в нем, общалась лишь с моей женой, когда у нее возникала потребность в пище или в чем-то ином. Мы поставляли ей все, что было нужно. Рабыня, конечно, подготовила бы дом к приезду хозяина, но мы, подчиняясь вашему приказу, не сообщили ей дату и время. Только час назад моя жена передала Самине, что ей следует приготовиться к появлению ее господина. Поэтому предлагаю пройти в мой дом. Там поужинаем и обсудим дела. — Санхаб сложил на груди руки, поклонился и добавил: — Но здесь вы хозяин, вам и решать.

— Хорошо! — сказал Гасани. — Пойдем к тебе. Пусть кто-нибудь укажет водителям место стоянки машин и помещение для отдыха охранников.

— Разве вы не возьмете их в свой дом?

— От кого им здесь защищать меня, Абан? Достаточно того, что рядом со мной будет Гамаль.

— Слушаюсь, господин.

Абан Санхаб повел Гасани и Кадира в свой дом. Его помощник Рауф Карбани занялся размещением охраны высокого гостя, прибывшего из Кабула.

В большой комнате, расположенной в довольно крупном каменном здании, все было готово к ужину. На ковре, постеленном сверху кошмы, красовалась новая скатерть. На ней стояли чайник с зеленым чаем, пиалы, вазы со сладостями. У входа держалась женщина в темном с тазиком теплой воды. Мужчины обмыли руки, вытерли их полотенцем, услужливо поданным Санхабом. Потом они присели на ковре вокруг скатерти, оперлись на подушки, разбросанные вокруг.

— Жарко у вас здесь, — недовольно проговорил Гасани.

— Я распорядился, — ответил Санхаб. — Сейчас мои люди включат второй генератор и кондиционеры. Станет прохладно, уютно.

— Почему они не сделали этого раньше? — Гасани всем, чем только мог, показывал свое главенствующее положение.

— Мы, господин, привыкли обходиться без кондиционеров. У нас не так много соляры, чтобы жечь ее впустую.

Гасани посмотрел на Санхаба и спросил:

— Ты экономишь на собственном уюте?

— Нет, никакой экономии. Просто соляру сейчас и в Файзабаде достать в нужном количестве непросто. Но на время вашего нахождения здесь ее хватит. Вы и ваши люди не будете испытывать никаких неудобств. — Он спохватился, взялся за чайник, разлил по пиалам напиток, который еще не остыл.

Мужчины сделали по глотку, закурили.

Свет стал ярче. Заработал мощный японский кондиционер.

— Мы недолго задержимся в Капуре, Абан, — сказал Гасани. — Дождемся проведения сделки, посмотрим, как все пройдет, получим деньги, обсудим сроки поставки новой партии и уедем. В Кабуле дел по горло.

— Понимаю. Как скажете, господин Гасани.

— Надеюсь, ты предупредил покупателя о моем приезде?

— Да, господин, как и было договорено. Я беседовал с господином Давроном. Он ждет сеанса связи с вами.

— Хорошо.

— Прикажете подать мясо?

— Да.

Хозяин дома хлопнул в ладоши.

Появилась та же женщина, его супруга.

— Миргул, подавай ужин!

Она поклонилась, пятясь, вышла из комнаты. Вскоре женщина принесла мужу и гостям большой чан с дымящимся мясом, теплые лепешки, овощи и, конечно же, целый ворох всевозможной зелени. Она забрала чайник, пиалы, опустила в мешок содержимое пепельниц и так же молча, кланяясь, проявляя почтение, удалилась.

— Как твои дети, Абан? — спросил Гасани, выглядывая кусок пожирнее.

До него никто не решался запустить пальцы в блюда.

— Все хорошо, благодаря Всевышнему. Растут здоровыми.

— У вас один воздух лечит.

— Это так.

— У тебя два сына и дочь?

— Да, сыновья Ахмад и Харун, десяти и восьми лет, а также дочь Зирка. Ей четырнадцать недавно исполнилось.

Гасани наконец-то выбрал кусок, отправил его в рот, прожевал и заявил:

— Прекрасное мясо, тает во рту и прожарено в меру.

— Молодого барашка специально к вашему приезду зарезали, а готовить жена умеет.

— Это да. Мастерица. Четырнадцать, говоришь, дочери?

— Да, господин Гасани.

— Через два года замуж выдавать. Нашел ей достойного жениха?

— Нет. В Капуре это невозможно. В Файзабаде есть варианты, но я пока этим делом не занимался. Успею.

Гасани кивнул на Кадира.

— С моим помощником породниться не желаешь? У него внуку семнадцать лет. Как раз партия.

— Я бы с удовольствием, но как на это смотрит сам господин Кадир.

— Хорошо смотрит, — заявил Гасани. — Ведь так, Кадир?

— Надо поглядеть на девушку.

— Это вы между собой решите. Получится или нет — на все воля Всевышнего.

Мужчины усердно принялись за кушанья.