"Комплекс Супермена". - Андрей Мансуров

— Не думаю, майор, что вы из-за этого «сверхважного» сообщения хотели меня видеть. — генерал давно понял, что майор пришла из-за вполне конкретного, и, вероятно, ценного открытия. И сердился из-за того, что подчинённая тянет с ним, — Рассказывайте.

— Слушаюсь, сэр. — улыбка торжества и сейчас не прорвалась на суровое лицо, но прямо-таки сверкнула в глубине лучистых глаз, — Как мне кажется, сэр, мои сотрудники добились существенного прогресса.

— В чём же это? — поинтересовался генерал, видя уже неподдельную радость в глазах такого всегда сурового и сдержанного майора. Сделавшего, как недавно и светило от эпидемиологии, драматическую паузу. Теперь генерал внутренне усмехнулся: нужно как-то поддержать в коллеге её неоспоримые таланты непризнанной великой актрисы! Ему это нетрудно, а майору Толедо — приятно. Что заинтриговала начальство.

— Вот. — майор извлекла из нагрудного кармана кителя свёрнутую вчетверо бумагу — стандартный печатный лист. Передала генералу.

— Что это? — хотя Корунис уже и сам догадался, что координаты, уместившиеся в одной строке, относятся к некоей точке в пространстве неподалёку от солнечной системы Чегастер. Где их, вероятно, ожидают ответы. На хотя бы часть накопившихся вопросов.

В частности, кто и почему организовал подлое нападение на молодую колонию.

— Это, сэр, координаты точки, где наши разведочные скутера-беспилотники обнаружили отлично замаскированный подозрительно большой объект. Вращающийся вокруг одного из спутников Чегастера-девять. И состоящий из почти стали. Вернее — из почти такой стали, которую используем и мы. Для наружной брони корпуса боевых кораблей!

Полёт к засечённому кораблю противника подразделение Синельникова провело в противоперегрузочных ваннах тактического крейсера «Саркор». Как, собственно, и остальные три взвода десантников первой роты первого полка, высланные с авианосца на трёх других быстроходных крейсерах: «Лайон», «Пересвет» и «Вангард». В качестве огневой поддержки предстоящей операции маленькой флотилии были приданы и два беспилотных фрегата: чтоб окружить объект в космосе, практичней всего подлететь к нему именно с шести сторон!

Синельников старался расслабиться — ну, по возможности, разумеется. Потому что болтанка и качка даже в противоперегрузочной ванне временами становились просто невыносимыми! Что, разумеется, не мешало Люку Солеру снова слушать любимый рок, а Джонни Мауденсу — спать.

В ушах возник голос капитана Тимми Пойтоллы — пилота «Саркора»:

— Капитан, сэр. Расчётное время подлёта до точки Икс — три минуты. После торможения можете начинать. А пока — вывожу на экраны то, что удалось передать разведочным зондам, прежде чем их сбили.

— Вас понял, капитан. Спасибо. — Синельников говорил через ларингофон, прикреплённый по старинной методике, к гортани, потому что во рту торчал загубник дыхательного прибора. На обзорном экране над головой возникло изображение: ну правильно! Корабль противника до безобразия напоминал их собственные: прямые и резко угловатые линии корпуса, (Тут не до изящного «дизайна!») башенки пушек, мощные раструбы двигателей… Функциональность чувствовалась во всём.

Послышался ехидный смешок Солера:

— Чтоб мне треснуть. Словно собираемся штурмовать собственный же линкор!

Синельников и сам отметил несомненное сходство. Но объяснил его для себя просто: сходство в основных целях и задачах корабля, и имеющихся в распоряжении инженеров и рабочих технологических возможностей и материалов, дают и похожую конструкцию! Чертовски похожую — до того, что он даже засомневался: не собираются ли они по ошибке напасть на какой-то свой же, случайно «потерявшийся» линкор.

Только вот не терялся у Флота линкор. И никто никогда покраской в чёрный цвет кораблей Флота не заморачивался. Да и пилот наверняка уже провёл проверку «свой-чужой». И то, что перед ними — враг, сомнений не вызывает. Сбил же зонды!

Рывки и толчки усилились, а затем вдруг пропали. Синельников высунул на поверхность голову. Вынул загубник изо рта. Скомандовал:

— Взвод! Покинуть ванны! Почиститься! — а то они сами не знают, что им делать.

Тридцать бойцов весьма слаженно повыскочили из емкостей с модифицированным и подогретым до температуры тела глицерином, головки опрыскивателей и щётки-автоматы спустились сверху. Полминуты — и все бойцы промыты, обтёрты и абсолютно сухи после обдува тёплым воздухом. Именно таковыми и надо быть для «одевания» — загрузки в индивидуальный боевой костюм-усилитель.

— Взвод! Загрузиться в индивидуальные костюмы!

На это ушло времени побольше. Но — лишь на самую малость: всё здесь, в бронированном трюме специализированного боевого корабля, максимально автоматизировано, и механические манипуляторы, управляемые центральным процессором крейсера, «запаковывают» человека в двухметровый монстроподобный каркас в считанные мгновения.

Синельников в своём костюме всегда напоминал себе старинного боевого робота. Собственно, он против роботов ничего не имел: отличная была разработка. Пока не выяснилось, что с выбором целей и принятием решений даже у самого «продвинутого» и отлично обученного процессора неизменно возникают проблемы.

Именно поэтому учёные по требованию военных несущий каркас из сверхпрочных титано-ванадиевых деталей оставили. А вот начинку пришлось попросту заменить. Поместив внутрь конструкции профессионально обученного бойца. Который в любой непредсказуемой обстановке сможет уж выбрать — в кого, куда, и когда стрелять!..

Синельников прошёлся вдоль строя из тридцати бойцов: его первый взвод! Отборные профи. И пусть в остальных взводах его роты бойцы ничуть не хуже, с этими он сработался настолько, что считал частью себя! Вот они: стоят, молчат, только глазами моргают. Знают, что сейчас всё зависит только от их выучки и слаженности. Если кто и боится предстоящей небывалой миссии — нападение на неизвестный вражеский корабль! — внешне этого никак не проявляет. Да и правильно: сам капитан тоже всегда — за контролируемый страх: боец, который боится, не контролируя свой страх, в конце концов бежит с поля боя.

Но тот, кто не боится вообще — рискует превратиться в труп быстрее, чем успеет моргнуть глазом!

— Внимание, капитан Пойтолла. Мы готовы.

— Вас понял, капитан Синельников. Займите места в отсеке десантирования. Пристегнитесь.

Собственно, отсек десантирования — вполне самостоятельная капсула, со всем необходимым оборудованием, герметично задраиваемая, и отделяемая в момент начала десантирования от основного корпуса крейсера, составляла почти четверть от его внутреннего объёма. И находилась в спецангаре, отделённая от остального пространства корабля прочнейшей бронёй. И, разумеется, в ней тоже имелись противоперегрузочные устройства. Правда, только в виде одноразовых пневмолежаков.

Спуститься туда и пристегнуться к узким ложам нетрудно, отрабатывали сотни раз. Уходит на всё полторы минуты: люк узковат. Но тут уж ничего не сделаешь: именно