Удавка из прошлого - Борис Бабкин

– И что тогда? – насмешливо спросила она. – Убьешь? Но ты без меня…

– Я предупреждаю в последний раз! – раздраженно перебил ее Умар. – Иди! И не вздумай своевольничать, Грозный нужен мне живой.

Москва

– Вы не полетите, – сказал Урядник. – По крайней мере в течение этой недели.

– Черт бы тебя побрал! – процедил Геракл. – Мы, как идиоты, ждем уже сутки. И вдруг ты являешься и говоришь…

– Знаешь, чем я отличаюсь от тебя? – не дал договорить ему Урядник. – Обо всех решениях узнаю первым.

– А чего они там?

– Ты их спроси.

– Ты мне не указывай, что делать. Мы сутки на чемоданах просидели.

– Я тебе повторяю, – недовольно проговорил Урядник, – не я решаю.

Геракл выругался.

– И Славику сообщи, – сказал Урядник. – Он наверняка тоже психанет. Я тебе серьезно говорю – сам только что узнал.

– Вот и Славику говорить сам будешь, – процедил Геракл. Посмотрел на часы и снова выругался.

– К бабе, что ли, опоздал? – усмехнулся Урядник.

– Да просто время потерял, – зло отозвался Геракл. – И парни сидят.

– Собирай их и катите во Внуково, – проговорил Урядник. – Через два часа Грозный прилетит. Встретите. – Он вышел.

Геракл снова выругался. Вытащил сотовый, набрал номер, сообщил:

– Поездка отменяется. – И услышал мат. – Я такого же мнения.

– Интересно, – вздохнув, проговорил Артур, – удалось Ваньке решить вопросы?

– Узнаем, – кивнула сидевшая в кресле Стелла. – Скоро приедет. Правда, он всегда рассказывает только Андреичу. Странно, что он женился на мне против воли своего папашки. Хотя не на мне он женился, а на папиных деньгах и связях. Но все равно я буду счастливой и богатой.

– Твои бы слова да Богу в уши. Но не думаю, что у тебя все получится. Прежде всего Андреич против тебя.

– Андреич не вечен, впрочем, как и Иван. В Красноярске кто-то начал убивать людей Грозного. Вполне возможно, доберутся и до Ивана с отцом. Я на это очень надеюсь.

– И тогда ты станешь хозяйкой всего. Но потянешь ли? – с сомнением спросил Артур.

– А мне вполне хватит того, что останется в банках. Я не стану совершать никаких противозаконных действий и…

– Тебя тогда просто убьют, – перебил Артур, – ведь ты оставишь людей без работы.

– Я отдам им все, и они сами будут решать, что и как делать. Я просто отойду в сторону.

– Ты в курсе всех дел, неужели думаешь, что тебе удастся отойти.

– Мне удастся.

– Привет, – кивнул, садясь на заднее сиденье джипа, Иван.

Рослый парень закрыл дверцу. В джип сели Геракл и еще двое. В автомобиль охраны уселись четверо парней. Машины тронулись.

– Как съездил? – спросил Геракл.

– А тебе какое дело? – усмехнулся Иван.

Геракл резко отвернулся.

– Как президента, охраняют, – усмехнулся сидящий за рулем красной «восьмерки» смуглый молодой мужчина.

– Папаня сынка бережет, – хмыкнул его сосед. – Но зря, их ничто не спасет.

– Да, – недовольно произнес плотный блондин. – Надо было там делать. Здесь, похоже, невозможно.

– Да не гони ты лошадей, – возразил ему рослый азиат. – Может, ничего и не надо будет делать. Грозного тоже понять можно – наркота сейчас изо всех щелей в Россию идет, и конкуренция очень большая. А тут еще продает кто-то по заниженной цене наркоту того же качества. Понятно, что Грозный хочет знать, кто это. Так что все образуется, Грозный прикинет и поймет, что погорячился.

– Что? – встревоженно спросил голос в сотовом.

– В Красноярске вешают Ванькиных людей, – повторила Стелла. – Уже двоих повесили. И еще плакатики оставляют.

– Вот это да!

– Погоди, ты что-то знаешь?

– Да нет, просто удивительно это. Вешают, а еще и плакатики. Что милиция говорит?

– А что может сказать милиция? Я не знаю точно, но догадываюсь. Ищем, папа! – Стелла засмеялась.

– Так-так, – пробормотал отец. – Значит, ищут. И давно это началось?

– Первого повесили в прошлом месяце, а второго три дня назад. Его освободили в зале суда. Там парнишку какого-то забили.

– Ясно. А что Грозные говорят?

– Да не знаю я. Отец Ванькин меня за человека не считает, не знаю почему.

– И не думай об этом. Иван любит тебя.

– Любит? Я этого не чувствую. А вот что его отец меня ненавидит…

– Перестань. Ненавидит – это уж через край.

– Но ведь должна быть какая-то причина?…

– Раньше тебя это не беспокоило.

– Я думала, что, когда стану Ванькиной женой, все уладится.

– Сделай проще – уйди. Поверь, Иван ничего тебе не сделает.

– Ну да, уйти и оставить все кому-то? Нет, папа, теперь я просто так не уйду. Мне понадобится твоя помощь.

– Понятно… – Отец помолчал. – Но по телефону не станем обсуждать это. Я приеду завтра, тогда и поговорим.

– Жду.

– Никому не говори, я появлюсь неожиданно. У меня в Москве кое-какие дела. Не хочу, чтоб родственники знали.

– Как съездил? – строго спросил Степан Андреевич.

– Неважно, – ответил Иван. – Я же хотел узнать, кому…

– А я тебе что говорил? – перебил его отец. – Кто ж тебе это скажет-то? Надеюсь, у тебя хватило ума не послать…

– Послал, – вздохнул Иван.

– Наладится все, – успокоил его отец.

– Он заикнулся о лесе, но мы не договорили, я психанул, и…

– Идиот! На лесе можно без проблем сделать очень хорошие деньги, тем более с моими связями. И брать за вывоз древесины. Но искать самим покупателей не хочется. А тут уже проверенный партнер. Идиот! Но Умар снова обратится к тебе, и не вздумай опять встать в позу. Лес – это…

– Да я и сам понимаю.

– А ты знаешь, что твоих шестерок там начали вешать?

– Да. Думаю поехать туда и разобраться.

– На твоем месте я бы этого не делал. Может, менты что-нибудь разнюхают. Поверь, сын, это предупреждение нам. И серьезное предупреждение.

– Да брось, батя. Я не раз говорил Топорику и его придуркам – не блатуйте без дела. Они не слушались. Возомнили, что могут все, вот и поплатились. Надо найти этих палачей и разобраться с ними.

– А ты не думал о том, что, если поедешь, можешь тоже попасть в удавку? Я бы на твоем месте вообще никого туда не посылал, пусть сами разбираются. Тот же Топорик, ведь он там вроде как смотрящий… или как его там называют.