Чемоданчик для Бен Ладена - Максим Шахов

Дверь с надписью «Комната милиции» была приоткрыта. Внутри за столом сидел дядька лет пятидесяти с прической «ласточкино гнездо» и погонами старшины.

Яйцеобразная лысая макушка милиционера поблескивала в свете высокой лампы, один вислый ус был заметно короче другого. Опустив голову на руку, старшина сонно смотрел в угол.

– Нужно немедленно остановить поезд Красноярск – Москва и досмотреть его на следующей станции! – с порога прокричал Дуб.

– Бомба, что ли? Террористы заминировали? – похолодел старшина, хватаясь за телефон.

– Нет, я там просто труп обнаружил! Вернее, не я, а проводница, его на ее глазах током убило! А мой друг в это время… ну, трахал ее напарницу. Пока я бегал за водой, проводница бегала за начальником поезда. А пока я бегал предупреждать об этом друга с проводницей, они все куда-то пропали – труп, проводница и начальник поезда. Понимаете?

– Понимаю-понимаю, – принюхавшись, кивнул старшина.

С неожиданной ловкостью он вывернул левую руку Дуба за спину, а дубинкой передавил ему горло.

– Вы не имеете пра… – прохрипел Дуб.

В полупридушенном состоянии старшина дотащил его до небольшого «обезьянника» в углу и втолкнул внутрь.

– Протрезвись до утра, милок, а там погутарим!

Заперев дверь, старшина, довольный собой, вернулся к столу и устроился в прежней позе. Дуб к этому времени едва-едва отдышался.

– Это произвол! Немедленно доложите своему начальству о том, что я вам рассказал, иначе у вас будут крупные неприятности! – охрипшим петухом вскрикнул он и тяжело закашлялся.

Старшина оглянулся через плечо и по-доброму сказал:

– Ежели будешь безобразничать, я тебя, как таракана, «черемухой» пшикну…

Через пару минут в приоткрытую дверь просунулся Макс.

– Привет коллегам! Разрешите представиться – Исаев Максим! Направляюсь для прохождения дальнейшей службы!

– Так, – близоруко моргнул старшина на направление Макса. – В Охтинск, значит, после школы милиции…

– Ага, до поезда еще далеко, дай, думаю, к своим загляну. Можно?

– А че ж нельзя? Заходи, садись. Меня Степанычем зовут.

Макс сунул направление в карман и хитро проговорил, приподняв свитер:

– Так, может, это, Степаныч… Ну, раз такое дело, за знакомство?

За поясом джинсов у Макса торчала бутылка водки. Старшина тронул себя за ус и быстро сказал:

– Ну за знакомство можно. Дверь только прикрой.

Пока Макс закрывал дверь, на столе как по мановению волшебной палочки возникло два стакана.

– Так ты, значит, лейтенантствовать будешь в Охтинске, Максим? – проговорил старшина, глядя, как Макс разливает водку.

– Ага. Стажировку «оттарабаню», погоны на плечи, и вперед. Ну что, Степаныч, за знакомство!

– Давай! – крякнул старшина.

Через пару минут они выпили еще по одной, Степаныч угостил Макса вонючей «Примой» и принялся расспрашивать об учебе в школе милиции.

На вопросы Макс отвечал обстоятельно, соглашаясь со всеми замечаниями Степаныча и уважительно кивая на его реплики. Дуб все это время таращился на них из-за решетки, но подать голос так и не решился.

Только минут через десять Макс сказал:

– Слышь, Степаныч, я к тебе чего зашел-то. Со мной в Охтинск однокашник едет. Выпили мы с ним в поезде малость, сам понимаешь, а он взял да и потерялся. Ты его, часом, не видел? Высокий такой, черноволосый, в темной куртке, костюме с галстуком и с чемоданчиком небольшим.