Злые стволы - Андрей Ильин

Головной вертолет завис над площадкой, снизился и сел. Из вертолета выпрыгнул генерал Федоров. При полном параде. В хорошо начищенных ботинках, которые контрастировали с окружающей грязью, кровью и разбросанными вокруг стреляными гильзами.

Он прошел к плененным боевикам небрежно, отбрасывая ногой оброненное ими оружие. Он рассек их, как ледокол ледовое поле. И остановился возле полковника Зубанова.

— Вставай, полковник. А то место простудишь, — сказал он.

— Значит, все-таки ты?..

— Я. А ты кого ожидал увидеть?

— Вообще-то больше некого.

— Вот и я так думаю. На военном объекте, кроме как военной разведке, никому другому быть не пристало. Как тебе представление?

— Впечатляет. Особенно массовка, — кивнул полковник на солдат. — И голос с небес.

— Голос — да. Моя идея. Плюс хорошая аппаратура. Которую одолжили у одного известного эстрадного исполнителя. В качестве шефской помощи Вооруженным Силам. Вместо положенной ему по срокам переподготовки. Тебе помочь?

Зубанов покачал головой и с трудом поднялся.

— У тебя какой размер, прапорщик? — спросил он.

— Сорок пятый, — неохотно буркнул в ответ прапорщик.

— Чувствуется.

— Пошли, пошли, полковник. Нам еще с тобой говорить — не переговорить.

Генерал и поддерживаемый им под руку полковник прошли к вертолету.

— Товарищ генерал, а куда этих? — кивнул в сторону пленных подбежавший офицер.

— Этих? На уборку территории. И восстановление охранного периметра. Чтобы все под метелку. То, что они тут насорили.

— А тех?

— Тех со мной.

— Давай! — крикнул куда-то в сторону леса офицер.

Войска разомкнулись и пропустили вперед десятка полтора одетых в камуфляж бойцов. Одинаково невысокого роста.

— Грузи их в вертолеты.

— Китайцы? — все понял Зубанов.

— Они самые. Наши желтолицые братья по соцлагерю. Знакомятся с успехами наших Вооруженных Сил.

Китайцев, подталкивая прикладами, загоняли в вертолеты.

— Мои китайцы? — не выдержав, спросил полковник.

— Твои. По твоей наводке.

— А что же они стреляли мне в спину? Если мои.

— Во исполнение приказа вышестоящего командования.

— Зачем? Ведь мы препятствовали бомбардировке их территории. Защищали их население. А они, напротив, — способствовали…

— Так точно, способствовали…

— Зачем же они подыгрывали людям, которые желали стереть с лица земли их города?!

— Точно не знаю. Но имею несколько гипотез. Хочешь одну из них?

— Валяй.

— Затем, чтобы стереть с лица земли их города.

— Тогда совсем ничего не понимаю.

— И не поймешь. Потому что все это большая политика. И я, наверное, до конца не пойму. Мы с тобой люди простые, военные, привыкли решать все вопросы лобовой атакой. А здесь все больше в обход. Так что ум за разум…

— И все же, чего они добивались?

— Кто?

— Китайцы.

— Расширения своих границ на север путем возвращения исконно принадлежащих им территорий. И ослабления демографического кризиса за счет освоения новых земель.

— Земель, действительно принадлежащих?

— Ни хрена не принадлежащих. Но деваться было бы некуда. Потому что потери в гражданском населении были бы огромны. Тут или война, причем при моральном осуждении и блокаде со стороны всего мира. Либо уступки.

— Докуда уступки?

— Как бы сторговались. Но думаю, запросили бы до широты Байкала.

— Но ведь при этом погибли бы их люди.

— Зато другие бы зажили лучше. Тем более потери были бы очень незначительные. От силы миллион человек. Что такое миллион для Китая? Капля в Желтом море. Стратегический выигрыш был бы гораздо больше.