Убийца - Тед Белл

«Извини, извини», — сказал он и поковылял за Джонни, держась за спинки сидений, как будто действительно хотел удержаться от падения кому-нибудь на колени.

Адэр закрыл за ними красивую резную дверь, прислонился к ней спиной и вытряхнул сигарету. Он подхватил спичку ногтем большого пальца, и на этот раз это сработало. Теплая освещенная каюта, конечно, была ошеломляющей, но знакомой. Он провел здесь много времени, развлекая стюардесс, когда босса не было на борту. Он подошел к бару и налил себе два пальца ирландского виски «Джеймсон». Его последнее официальное путешествие. Посошок.

«Так?» — сказал он, покачивая восхитительный виски во рту, прежде чем проглотить. «Как дела, док?»

Доктор тоже засветился. Он взял одну из «Багдадди» Паши из инкрустированной шкатулки рядом с кожаным диваном. Его рука так дрожала, что он едва мог держать спичку.

«Мы должны провести летное испытание», — нервно пыхтел доктор Сунг. «Очень важно. Чем раньше, тем лучше».

«Испытание в полете?» — сказал Адэр. Это звучало нехорошо. «Ты, должно быть, шутишь, чувак. Проверка чего?»

— Нет-нет, — сказал Сунг, положив костлявую руку ему на плечо, чтобы успокоить его. «Не волнуйся. Только аварийная кислородная система, Джонни».

Джонни?

Правая рука Адэра вылетела вперед, и он прижал человека к переборке. Его ребра напоминали куриные кости. И Джонни захотелось их щелкнуть. Это маленькое дерьмо определенно взбудоражило Джонни по-ирландски.

«Я хочу, чтобы кто-нибудь называл меня Джонни, я дам им знать. А ты, жалкий маленький засранец, стоишь в самом конце очень длинной гребаной очереди. Лучше скажи мне, какого черта ты натворил. И последнее… небольшие изменения в моем самолете, Док, они мне не нравятся».

— Пожалуйста! В кабине есть собственный запас кислорода, не так ли?

«Что из этого?»

— А сама кабина герметично закрыта?

«Иисус Христос, чувак! Ты что, спятил? Что ты с нами сделал?»

Глава сорок девятая

Эмират

ХОУК ПОСМОТРИЛ НА СВОИ ЧАСЫ, ЖЕЛАЯ, чтобы секундная стрелка RED SWEEP замедлила ход. Двумя днями ранее, теплым утром на Даунинг-стрит, 10, семьдесят два часа показались вполне достаточными. Но теперь, когда у него осталось пять часов и он продолжает считать, он совсем не был уверен. Ровно через триста сорок минут прибывшие наверх большие B-52 откроют бомбовые отсеки. Если бы это не было для вас достаточно захватывающим, вы бы увидели множество маленьких точек на экране радара. Прибывающие ракеты наземного нападения «Томагавк», выпущенные с крейсеров управляемых ракет авианосной боевой группы «Нимиц», дислоцированных в Индийском океане.

— Мы в пяти милях отсюда, — сказал Хоук в микрофон. «Эскадрилья набирает высоту и держится два-один-ноль — сверху».

Он откинул ручку и наблюдал, как вращается стрелка высотомера. На высоте двадцать одна тысяча футов он выровнялся. Двойные вершины горы теперь были намного ближе. Обширные разведывательные фотографии в высоком разрешении не лгали. Сама гора была темно-синей на фоне бледного неба. Там, как рана, была обозначенная ЛЗ; узкая полоска ослепительно-белого цвета на дне рваной трещины, прорезавшей между вершинами гор.

«Эскадрон… поверните направо по курсу один-четыре-девять», — сказал Хоук.

Оно было примерно сто футов в поперечнике и чуть меньше двух тысяч футов в длину. Хоук поднял визор и смахнул с глаз жгучий пот. Христос. Это было похоже на то, как приземлиться на Пимлико-роуд во время субботнего дневного торнадо, не задев кончиками крыльев двухэтажных автобусов.

Он вытянул голову и посмотрел через плечо на Паттерсона. Текс привязывал к своему белому кевларовому жилету патронташ на липучке с четырьмя магазинами по тридцать патронов. Проверяю все свое снаряжение. Хоук улыбнулся. Текс будет иметь при себе пистолет-пулемет HK MP-5 в качестве дополнительной меры безопасности в дополнение к своему верному Кольту.45 Peacemaker. Команда много думала об оружии. Поскольку у них не было при себе никаких личных вещей, знаков отличия, национальных знаков или знаков подразделения, было решено, что не имеет значения, какую огневую мощь они берут с собой. Черт, в наши дни на открытом рынке можно купить что угодно.

Каждый человек, участвовавший в этой миссии, подписался как ННК. Призрачный язык означает «Не в консульстве». Это означало, что ваше имя не фигурировало ни в одном списке, ни в консульском, ни в каком-либо другом. Если тебя поймали, тебя не существовало. Вряд ли это имело значение. Ты все равно вскоре умер.

«Я только что подумал кое о чем, Текс», сказал Хоук.

«Я сейчас немного занят, Алекс. Что?»

«Нам осталось пять минут, и мы все еще живы».

«Хорошая мысль. Я только что заметил три радарных купола. Никаких Сэмми. Я думаю, эти новомодные глушилки работают нормально. Черт, Соколиный Глаз, в первые дни мы теряли примерно одну-две вдовы в месяц, или довольно близко к этому».

«Очень обнадеживающе», — сказал Хоук. Он вытянул голову и посмотрел назад, проверяя, все ли его утки выстроены в ряд.

— Эскадрилья поворачивает направо на ноль-шесть-ноль, — сказал Хоук. — Стройтесь. Придерживайтесь заранее определенного порядка: Соколиный глаз, Роковая вдова, Летучий ребенок, Фантом. Копируете?

«Умер последним», — сказал со смехом бывший пилот морской пехоты «Фантома» Рон Гидвиц.

«Плохой выбор слов, Ронни», — сказал Паттерсон по радио.

«Не волнуйся, Фантом, ты собираешься надрать серьезную задницу! Семпер Фай, чувак!» пришел ответ от другого самолета.

Хоук узнал полный адреналина голос Томми Куика. Он ехал вместе с Фергюсоном на заднем сиденье Роковой вдовы. Попав в команду в последнюю минуту, Хоук настоял на том, чтобы бывший снайпер номер один в армии стал жизненно важным дополнением, независимо от того, как все это закончится.

«Рон, ты там, сзади, в порядке? Копируешь?» — спросил Паттерсон у пилота «Фантома» с явной тревогой в голосе.

«Хорошо? Я чертовски великолепен!» — ответил Гидвиц. Хоук улыбнулся в ответ. Blue Mountain Boys Паттерсона не нуждались в дополнительной мотивации. Они были в восторге. Чрезмерно восторженный.

«Выключите разговор с микрофоном», — сказал Хоук. «Ястребиный глаз входит». Он опустил забрало и сосредоточил все свое внимание на узкой трещине на вершине горы прямо впереди.

Алекс прижался носом к скалистому краю расщелины. Отсюда отверстие в окровавленной штуке выглядело примерно шесть дюймов в ширину и фут в длину. Чтобы было еще интереснее, чем ближе он подлетал к отвесному склону горы, тем более непредсказуемым становился ветер. За последние тридцать секунд удары резко усилились.

— Катайся на них, ковбой, — сухо сказал Хоук. Они серьезно ругались. Просто поддержание его тонких крыльев на ровном месте было работой на