Вик Разрушитель 11 - Валерий Михайлович Гуминский

— Стоп! Один-один! — объявил судья, чем-то довольный. Видимо, на нашу команду ставку сделал (шучу!).

Рекруты стали что-то выяснять между собой, размахивая руками. А я опять собрал своих в кружок и дал рекомендацию, как действовать. Ивану предстояло снова упереться насмерть, потому что «викинги» пойдут ва-банк и попытаются сразу же сбить нас с ног.

— Все, у кого остались силы, держим позицию! — напоследок сказал я. — Хотя бы минуту! У нас появился шанс выиграть!

— Красава, Мамонов! — Буремский хлопнул меня по плечу. — Признайся, какой стимулятор съел?

— Семейный секрет, — ухмыльнулся я в ответ.

Мы снова взялись за верёвку. Раз никто не заметил моей уловки, проверну фокус ещё раз. Снова разгоняю энергию по рукам и ногам, ощущая привычную тяжесть в конечностях. Канат, кстати, очень интересный. Он совершенно не обжигает руки при трении.

— Последний раунд! — заревел со стены рупор.

Рука судьи как в замедленной съёмке пошла вниз. Она не успела ещё застынь в нижней точке, как я заорал:

— Тяни!

И мы успели в последний момент упереться ногами в землю. Мощный рывок едва не уронил нашу цепочку. Разозлённые неудачей, соперники, словно стадо быков, с рёвом потянули канат. Но мои руки будто намертво прикипели к верёвке, напитывая структуру «косичек» Силой; ладони чувствовали малейшую дрожь каждой ниточки, через которую проходила чудовищная мощь энергии. «Танки» работали отменно, надо признать. Но я смог противопоставить кинетической энергии противников свою духовную силу — и с хрустом в суставах попятился, попятился, попятился, шажочек за шажочком перетягивая канат с соперниками на нашу половину!

Хрусть! Что-то с глухим звуком лопнуло, и я лечу спиной на землю! С трибун раздалось дружное аханье. Ничего не понимая, с удивлением гляжу на валяющихся парней, как наших, так и из «Хирда». Кто-то ругается, кто-то хохочет, как ненормальный. Оказывается, порвался канат! Присевший на корточки судья с недоумением разглядывает оба размочаленных конца. Потом выпрямился, вытащил из кармана пиджака телефон, куда-то позвонил. Пока он расхаживал по поляне, мы уже все встали на ноги. Ко мне подошёл тот самый парень, что стоял первым на канате, и протянул руку.

— Ивар Гизингер, — представился он на русском. Вот жучара! — А ты мощный «танк»! Двоих наших перетянул!

— Спасибо! — я поспешно «слил» большую часть энергии, чтобы этот Ивар не заподозрил неладное, когда жал мне руку. — Андрей Мамонов. А от чего канат порвался? Вроде бы прочный.

— Не выдержал напряжения! — хохотнул парень. — Первый раз на моей памяти такое случилось.

— Господа! — раздался голос судьи. — Поступило предложение закончить встречу вничью. Магического воздействия не обнаружено, всё по-честному.

Мы согласились, даже не раздумывая. Обменялись рукопожатиями, похлопали друг друга по плечам и спинам. А возле бревна началось какое-то подозрительное шевеление. Несколько работников принесли десять плотно набитых мешков. Судья поднял руку, привлекая к себе внимание.

— Не желают ли русские друзья испытать свою ловкость и силу на бревне? Команда из пяти человек. Правила простые. Кто устоит на бревне — тот и победил.

— Не, я — пас — тут же отказался Воронцов. За ним, подумав, отошёл в сторону Глинский.

После недолгого совещания мы сформировали команду. Удивило, что Буремский согласился помахать мешком.

— Если столкнут — хоть в водичке искупаюсь, — весело оскалился он.

Конечно же, я тоже не мог остаться в стороне. Такие забавы только распаляют желание показать свою удаль. Да и перед девушками покрасоваться лишний раз можно. Они вовсю нас поддерживали, как настоящие болельщицы. К нам с Иваном присоединились Мишка Кочубей, Данька и крепкий Макс Шувалов. Ему и предстояло первым взойти на бревно с мешком.

Я понимал, что не зря выбрано пять игроков. Это командный бой, и кто-то должен победить. В этом весь Харальд. Он воспитывает элиту, которая никогда не пойдёт на сделку с врагом. Для неё неприемлема ничья. Только победа или смерть с последующим вознесением в Асгард. Пока я размышлял на эту тему, Макс улетел с бревна и с громким всплеском шлёпнулся в яму с водой. Ему со смехом помогли вылезти оттуда и послали переодеваться. Шувалов рванул со спринтерской скоростью. Всё же не лето на дворе, да и ветер прохладный периодически налетает.

Данька Захарьин тоже долго не удержался. После двух ударов он закачался, и пока искал равновесие, третья оплеуха свалила его в воду.

— Всухую надерут, — мрачно произнёс Кочубей, готовясь к бою. — У них координация лучше. Явно частенько тренируются.

— А ты злости набери, — посоветовал Иван, присматриваясь к оставшимся соперникам.

Это что же получается? Нам достались «танки»? Массивные плечи, мощные ноги, на руках бугрятся мышцы. По сравнению с ними Буремский выглядит гномом, впрочем, и я далеко от него не ушёл.

С трибун раздался победный вопль девчат. Мишка-таки умудрился свалить противника с бревна, и даже изобразил какое-то танцевальное па в порыве радости.

— Ну что, я пойду? — Иван покрутил шеей. — Попробую сходу завалить бычка.

— Давай, ты сможешь, — подбодрил его я и негромко добавил: — Если почувствуешь что-то необычное — не пугайся, действуй резко и быстро.

— Ох, мутишь ты что-то, Мамонов, — хмыкнул Буремский и, подхватив мешок, легко взбежал на бревно.

Моя идея заключалась лишь в том, чтобы помочь Ивану удержаться наверху после ударов. Для этого пришлось потихоньку спрессовывать Силой ядра воздух и проталкивать его в сторону бревна. Признаюсь, было трудно манипулировать потоками энергии под взором соперника и тех, кто находился на стене. Любое странное движение руками сразу вызовет множество вопросов. Пассы — один из элементов магического воздействия. Их трудно спутать с чем-то другим. Пришлось идти на хитрость. В первую очередь погружаюсь в пустоту, чтобы в ней сформировать необходимое количество энергии и с помощью раскрытой ладони, опущенной вниз, толкать её в сторону бревна. Пока Буремский сдерживает атаки противника, да и сам контратакует. Оба шатаются, но падать и не думают. Цепкие парни.

Медленно подвожу «платформу» к снаряду и равномерно распределяю её таким образом, чтобы Иван при неудаче не свалился сразу вниз, а почувствовал упор под ногами и сбоку. Со стороны это качание может вызвать подозрения, но вряд ли судья сможет «увидеть» в нём действие