Брат, стреляй первым! - Владимир Колычев

— Юрочка, ну как можно! — жеманно засмущалась она.

И упорхнула.

— Вот так с ними, лярвами, надо, — непонятно кому сказал Чаус.

— Одной банки хватит, — строго сказал Витал.

И отодвинул в сторону вторую банку пива. Чаус воспринял это как должное. В присутствии Витала он мог позволять себе почти все. Но пререкаться с ним и оспаривать его слова — никогда. В «пятерке» была своя субординация.

Скоро появился Гиря. Рослый, тяжелый, неповоротливый. Но в драке, говорят, он становится быстрым, резким. И девок лупить горазд. Козел!.. Никита с неприязнью посмотрел на него.

Гире пива не досталось. Не было на это времени. Сам виноват, нужно было раньше приходить.

— Ну все, братва, по коням, — сказал Витал и первым поднялся из-за стола.

Черный, видавший виды «БМВ» стоял на стоянке рядом с кафе. Возле него внаглую пристроился задрипанный «Запорожец». Убожество в квадрате. У Никиты глаза полезли на лоб, когда он увидел, как к нему подходит Чаус, преспокойно открывает дверцу и садится за руль. Мало того, он надел серую замызганную кепку.

— А-а, — только и смог выдавить из себя Никита.

— Вот тебе и «а», — усмехнулся Витал. — Ну чего застыл? Живо в машину!..

Никита сел на заднее сиденье «БМВ» рядом с Гирей. Не очень приятное соседство. Но не сгонять же с переднего сиденья Витала…

Иномарка шла ходко. Вован чувствовал себя на дороге королем. И нарушал правила движения без зазрения совести. Зато Чаус за рулем «Запорожца» не грешил. И не удивительно, что он смог продержаться на хвосте у «БМВ» не более полминуты. А затем затерялся в потоке машин.

— А я думал, «запор» с вертикальным взлетом, — нарочито презрительно сказал Никита.

— Ну, не с вертикальным, — сказал Витал. — Но до места долетит… Зато у него в багажнике ядерная боеголовка.

— Да ну? — не поверил Никита.

— Вот тебе и ну… Арсенал наш в этом «запоре»… По «тотоше» на каждого, два «калаша» на всех, куча «лимонок». И даже гранатомет… Впечатляет?

— Вообще-то, да…

— А почему на «запоре» все это возим, врубаешь?

— Не…

— А ты врубай… Ты вот, положим, мент. Тебе надо пару-тройку машин досмотреть для плана. Какую тачку ты остановишь?.. Ну, думай…

— Ну, какую-нибудь покруче, — ответил Никита.

— Во! Если ты крутой мент — дернешь крутую тачку. Если так себе, то тормознешь простую иномарку, «Волжанку» там, «Жигуль». Но в любом случае не «запор». Западло, типа, с «запором» возиться…

— Ну да…

— А если еще за рулем какое-то чмо в замызганной кепке, то ты в его сторону даже и не посмотришь… Ну, как тебе наши замутки?

— Продуманно…

— Точно, продуманно… Вот поэтому, Ник, мы все на свободе. За «решки» садиться не собираемся… Так, Вован?

— Да без базара! — кивнул тот.

И бесцеремонно подрезал на повороте синюю «семерку». Машина едва не врезалась в придорожный столб. Надо было видеть глаза подрезанного водителя…

— Ты в армейке много из автомата стрелял? — спросил Никиту Витал.

— До сих пор тошнит…

Никита умел стрелять и с положения «лежа», и с колена, и стоя. На месте и в движении. В простую мишень и в движущуюся. И точно клал пули в цель.

— Ништяк. Значит, за тобой автомат… Хотя, конечно, хорошо бы без пальбы обойтись. Ни к чему это…

Минут через десять машина остановилась возле магазина, занимавшего весь первый этаж угловой «сталинки».

— Пошли, телевизор посмотрим, — недобро усмехнулся Витал.

Взгляд его заледенел, лицо окаменело. От спокойного беззлобного Витала не осталось ничего. Сейчас Никита видел перед собой беспощадного бандита. Такому человека прибить — что плюнуть.

В магазин двинулись вчетвером. Впереди Витал, за ним свита — Вован, Гиря и Никита. Чаус остался в «Запорожце». Для подстраховки.

Внутри магазина все сияло чистотой и комфортом. Мрамор, стекло, пластик. А еще прохлада — работал кондиционер. Всюду протянулись стеллажи. На них стояли телевизоры всех фирм и любых размеров, видеомагнитофоны, музыкальные центры. Это в одном зале.

Во втором — стиральные машины, холодильники, кондиционеры.

— Громада, моща, — восхищенно протянул Вован.

— Ты прикинь, брат, какие «бабудьки» здесь крутятся, — кивнул Витал.

К нему подошел худощавый паренек в черных брюках, белой рубахе.

— Что-то желаете? — угодливо спросил он. Витал на него даже не взглянул.

— Сколько? — ткнул он пальцем в огромный «Панасоник».

— Тысяча двести долларов… Но сегодня у нас первый день работы. Сегодня у нас скидки…

— В смысле, кидаете? — ощерился Вован. И надавил на паренька взглядом. Тот аж сжался. Он уже понял, кто к нему пожаловал. Четыре крепких пацана в кожаных майках и спортивных широкополых штанах. И цепи — у одного золотая, у остальных серебряные. На одного Гирю глянешь — каждую ночь кошмары сниться будут.

— Я вас не совсем понял, — промямлил паренек.

— Ща в репу заеду, сразу поймешь! — вызверился на него Гиря.

— Где тут у вас старший? — так же свирепо спросил Витал. — Директор, блин, где?

— А сейчас… Позову…

— Да нет, шваль, ты нас к нему отведешь… Перед кабинетом директора в приемной за компьютером сидела секретарша. Симпатичная, с воловьими глазами. Наверняка для мебели ее сюда посадили. Или еще кое для чего.

— А я знаю, у нее под юбкой ни фига нет! — громко заявил Вован и показал на нее пальцем.

Гиря гадко засмеялся. Девушка залилась краской. И стала медленно подниматься со своего места.

— Сиди, цыпа, а то ведь трахнем ненароком, — гоготнул Гиря.

— Где директор? — спросил ее Витал.

— Там! — показала она пальцем на дверь. — Только он не один…

— Кто с ним, баба?

— Мужчина…

— А он чо, педик? — похабно ухмыльнулся Гиря. Но его шутка осталась незамеченной. Витал открыл дверь и первым ввалился в кабинет. За ним последовали остальные. В том числе и Никита.

Директор — грузный круглолицый мужчина приятной наружности — сидел за массивным столом. На кожаном диване по левую руку от него сидел еще один мужичок. Тоже весьма представительной наружности, в очках.

— Здоров, мужики! — небрежно бросил Витал. И даже подмигнул директору. Он явно чувствовал себя хозяином в этом кабинете. Все правильно, за кем сила, тот и хозяин.

— Чем могу быть вам полезен? — слегка заволновался директор.

— Да вот, телевизор у вас хотим купить…