Удавка для опера - Владимир Колычев

— Да пойми ты, сто тысяч долларов на дороге не валяются…

Люси беспомощно молчала. Она не хотела помогать ей. Но сто тысяч долларов для нее сумасшедшие деньги. Как отказаться от них?

— Хорошо, — наконец согласилась она. — Сто тысяч. И еще столько же сверху…

— Ну вот и умница…

Инга могла бы отдать ей все деньги, которые были в доме.

Надо же, как ей не повезло. В кабаке в глаз получила.

Павел ее утешил. Всю дорогу до Семиречья они снова на заднем сиденье куролесили. А потом высадили его сестру и мента, двух влюбленных голубков. На лавочке возле ее дома оставили их ворковать. А сами в темный лес. И в джипе остаток ночи провели. До самого утра трахались.

А потом он ее домой подвез. К пятиэтажке на краю города. К первой попавшейся. Мол, там она и живет. Только оттуда глухими улочками она за город вышла, лесом пошла, к тайному лазу подобралась. И подземным ходом в свою комнату. Выгнала Люси из теплой постели.

Целых два часа не пользовалась она вибратором. Одних воспоминаний о бурной ночи хватило. Павел на славу постарался. Настоящий мужик… А друг его — полный кретин.

Инга для этого мента — пустое место. А она очень не любила, когда ее игнорируют. И не удивительно, что этого Рому она возненавидела.

Он во всем виноват. Во всем, что с ней случилось. Надо было сначала вывести ее из зала, а потом уже драться. Тогда бы не было у нее этого позорного фингала.

А он есть. И приходится выкручиваться. Завтра Матвей возвращается. Увидит синяк под глазом, начнутся вопросы. Кто, что да где?.. Сказать, что ударилась об умывальник в ванной, — глупо. Матвей не мальчик, не поверит.

Но можно свалить все на Люси. Сказать, что поругалась с ней. И та в расстроенных чувствах ударила свою хозяйку. Отсюда и фингал.

Только Люси боится принимать на себя вину. С потрохами ведь Матвей сожрет ее. Но двести тысяч сумма нешуточная.

— В общем и валю все на тебя, — заключила Инга.

И облегченно вздохнула.

— А можно, меня уже здесь не будет? — жалко спросила Люси.

— Как это не будет?

— Я заберу деньги и куда-нибудь уеду…

— Куда?

— К бабушке, в Саратовскую область, например… А мужу скажите, что я ударила вас, а затем украла деньги… Я ведь знаю, где они лежат. А ключ от сейфа у вас выкрала. Могло же так быть?

— Могло, — нахмурилась Инга.

Это не так уж хорошо, когда прислуга знает, как можно обворовать своих хозяев. Забрать у них полмиллиона долларов, отложенные на мелкие расходы.

* * *

— Эй, пацан, тормозни!

Грубо его окрикнули, без должного почтения. Как будто он школьник, а не старший лейтенант милиции. И не важно, что на отдыхе.

Рома обернулся. И увидел троицу. Дворовые пацаны. Одному лет восемнадцать. Высокий, крупной комплекции. Другой среднего роста, коренастый. Нос перебит. Боксер, видно. Третий вообще сопляк, первому в пупок дышит.

— Это Витька. А это Димка, — зашептала Рита. — А этого, который мелкий, я не знаю…

Он провожал ее домой. Из кино возвращались, с самого позднего сеанса. Как братик с сестричкой на местах для поцелуев просидели. Самое большее, он руку ее в своих ладонях немного подержал. Ну разве мог он когда-нибудь подумать, что из него выйдет такой вот пай-мальчик.

Хорошая из них пара. Пай-мальчик и пай-девочка. Рита — девчонка красивая. Такие обычно капризными бывают, привередливыми. А она, видно, в строгости выросла, неизбалованная. Или от природы такая. Умная девчонка, начитанная, говорит красиво, стихи пишет. Но тихоня и скромница.

Прав Пашка. О такой жене только мечтать. И чего греха таить, мечтает Рома. Нужна ему Рита. И отбить ее никто у него не сможет.

Вон, ухажеры ее доморощенные пожаловали. Кулаки у ребятишек чешутся.

— Друзья детства? — усмехнулся Рома.

— Да, наверное… — кивнула Рита. — Рома, только ты их сильно не бей.

— А кто сказал, что я их бить буду?.. Я что, на Бармалея похож?

— Нет, на Бармалея ты не похож, — нежно улыбнулась Рита и легонько коснулась его руки. Ему стало приятно-приятно.

— Тот, который самый высокий, как его зовут?

— Я же говорю, Витька. Он с пятого класса за мной увивается…

— Нахал!

Рома направился к недорослям.

— Привет, Витек! — с залихватским видом поздоровался он с неудачливым ухажером. — Не узнаешь?

Витя зло смотрел на него. Но в то же время в его взгляде появилась растерянность. Ошеломил его Рома. Своей широкой улыбкой сбил с толку.

— Не узнаю, — его глаза забегали.

— Да это ж я, Рома Лозовой!.. Ну привет, братуха! Сколько лет, сколько зим…

И Рома протянул ему «краба». Будто друга детства встретил. А ведь видел этого Витю впервые. И по годам он ему в друзья не подходил. Слишком молод.

Витя неуверенно пожал руку. И его дружки тоже поприветствовали Рому.

— Дела у тебя как, а, Витек?

— Да ничего, — как бычок на веревочке, пошел у него в поводу этот увалень. — Только вот проблемы кое-какие…

— Какие проблемы, Витек?

— Ты моя проблема…

Бычок смоляной бочок. Брыкается.

— Витя, я тебя что-то не пойму. Тебе что, не нравится, что я мент?..

— Ты?! Мент?! — вылупился на него Витя.

— Ну да, — для убедительности Рома достал свои корочки и показал их в развернутом виде. — Вот, оперуполномоченный уголовного розыска, старший лейтенант Лозовой…

— Уголовного розыска?! — На Витю жалко было смотреть. — А-а, ну тогда ладно… Тогда мы пошли. Пойдем мы, а-а?..

Рома даже пожалел этого паренька. Надо же, так ненавязчиво закошмарил его. Зато драки избежал.

Недоросли исчезли, как будто земля их поглотила. Рома вернулся к Рите.

— Ну вот, а ты говорила, драться…

— Ты у меня самый лучший, — мило и застенчиво улыбнулась она.

— Куда завтра пойдем? — спросил Рома. — Может, в ресторан?

— Нет. Лучше в кино…

— В кино так в кино. Тогда до завтра.

— До завтра!

Рита привстала на цыпочки и чмокнула его в щеку. И бегом в свой подъезд.

* * *

Нырков просто поверить не мог. Какая-то сука посмела поднять руку на его жену. На его Ингу! И все из-за того, что та обругала ее. А обругала за дело. Какого хрена эта тварь полезла в карман ее халата, когда Инга купалась?

— Зачем она туда полезла? — спросил Матвей.