Мститель - Александр Тамоников

– Здорово, мужик! Бог в помощь!

Грибник ответил:

– Здравствуй, спасибо!

– Испугался, что ли?

– Да испугаешься, пожалуй, когда со спины неожиданно появляется человек. И, главное, неслышно, словно дикая кошка.

– Не бойся! Я не бандит, да и какие сейчас в лесу бандиты?

Грибник внимательно посмотрел на Кабадзе:

– Видать, долго по лесу бродишь, одежда грязная, мятая, да и сам выглядишь не очень. Заблудился, что ли?

– Угадал! Тебя как зовут-то?

– Николаем!

– Меня Гиви!

– Грузин?

– Да! В этом есть что-то странное?

– Нет! Все под одним богом ходим. У всех у нас по две руки, две ноги и голова. Как наш батюшка говорит, все люди братья.

Кабадзе усмехнулся:

– Значит, мы с тобой родственники. А насчет «заблудиться», то ты прав. Сутки уже брожу по лесу. Только утром вышел к усадьбе, по голосу петухов понял, что и деревня рядом. Машину увидел. Твой «Москвич» у развалин стоит?

– Мой!

– А сам откуда будешь?

– Из Вейска. Сюда по осени постоянно езжу. Грибов тут пропасть, и местные не ходят.

– Что так?

– Считают это место дурным.

– Почему?

– Ты пруд у развалин видел?

– Тот, что осокой зарос? Видел!

– Так вот, лет тридцать-сорок назад пацаны в этом пруду утонули. Пошел по округе слух, что объявился призрак помещика Комарина. Развалины – это его бывший особняк, да и все вокруг тут принадлежало ему. А как царя да Временное правительство в Питере скинули, так местные усадьбу разорили. Семью помещика вместе с ним убили. Тела бросили в болото. Оно сразу за поляной начинается. Ну а теперь, мол, помещик из болота вышел и начал мстить потомкам тех, кто убил его семью. Ерунда все это, но местные жители из деревни сюда не ходят. А мне – так и хорошо. За час-два набью грибами полный багажник.

Кабадзе понимающе кивнул головой:

– До чего же все-таки народ еще у нас темный!

– Осторожный!

– И ты не боишься так далеко отъезжать от дома на своей машине? «Москвичу», наверное, лет сорок?

– Около того. Но он у меня исправный. Недавно сосед-механик движок перебрал, коробку заменил, редуктор. Запчасти дорого обошлись, по всей области собирал. Зато теперь могу на своем раритете хоть до твоей Грузии доехать!

– Ой ли?

– Отвечаю! А ты откуда? И как умудрился заблудиться?

Кабадзе вздохнул:

– Я из Москвы. С друзьями приехали в Карск. У одного из товарищей родственники там живут. Затарились вином, мясом да и на реку. Вечером гулянку устроили. Выпил я много, решил облегчиться, спьяну пошел подальше от палаточного лагеря. И ушел так, что назад дороги не нашел. Кемарнул немного, чтобы голова прояснилась, а потом пошел куда глаза глядят. Ручей переходил, споткнулся, упал. Промок. Развел костер, обсушился. Поэтому и камуфляж грязный да мятый, чем его стирать и гладить в лесу?

Грибник согласился:

– Это так!

Кабадзе продолжил:

– В общем, блудил, пока к помещичьей усадьбе не вышел. А увидев машину, стал водителя искать. И далеко я от Оки ушел?

– Ну это кому как! Верст тридцать отмахал точно. А если кружил, то и поболе. Голодный, наверное?

– Барана бы живьем съел. Вода в лесу есть, а вот с едой проблема.

– Знающий человек и в лесу жрать найдет!

– Я больше к горам привык, лес для меня чужд. Не знаю леса, не привык.

– Понятно дело. Барана у меня нет, но жена кой-чего в дорогу положила. Салом не брезгуешь?

– Я ж не мусульманин.

– Да? А я думал, на Кавказе мусульмане живут!

– Ошибался. Грузины и армяне православные.

– Ты смотри… Не знал.

– У тебя в Вейске, наверное, семья большая?

– Была большой! Со временем родители померли, сын в Москву тоже перебрался, работает там на стройке. Остались мы вдвоем с женой. Летом сын внуков привозит. У нас их двое, мальчик и девочка. Тогда в хате весело. Сейчас пусто.

Кабадзе указал на почти полную большую корзину:

– Зачем же тебе столько грибов?

– На засолку. Часть сын заберет, часть продадим. Так и живем! Пенсии-то не хватает ни хрена.

– Да, на пенсию, пожалуй, не проживешь.

– Так что пойдем, накормлю тебя. Или сам ступай. Машина открыта. На заднем сиденье сумка с термосом. Там сала шматок, колбаска, хлеб, зелень разная. Чай крепкий в термосе! Ешь, сколько хочешь! Я до вечера и потерпеть могу!

– Спасибо тебе, добрый человек! А закурить не дашь? Сейчас больше всего курить хочется, а сигареты промокли. Хотел высушить – бесполезно, расползлись.

Грибник достал из кармана ветровки пачку «Примы»:

– Без фильтра куришь?

– Сейчас любые пойдут!

– Тогда забирай, травись на здоровье.

Николай передал Кабадзе пачку. Кабан прикурил сигарету, жадно затянувшись. Выпустив дым, сказал:

– Хорошо! Крепкие!

– Других не потребляю. Как привык с детства, так и не меняю!

– Правильно делаешь. И дешево, и сердито!

– И это тоже аргумент веский!

– Так проводить или сам жратву найдешь?

– Сам найду!

– Ну и ладно, а я пойду еще корзинку наберу, ты эту полную захватишь?

– Конечно!

– Лады!

Грибник поднялся, с хрустом потянулся:

– Эх, косточки мои древние, недолго осталось по лесам ходить, скоро и останется одно – на печи лежать да с женой лаяться.

– И самогон пить, так?

– Самогон – это непременно, при нынешней жизни без самогону нельзя. От тоски сдохнешь. Сейчас не то, что раньше.

– Ты сигареты-то забери.

– Да чего уж там, кури! Меня от них тошнит, с утра полпачки высадил.

– Спасибо!

Николай повернулся к Кабадзе спиной. Кабан прикинул рост грибника, его одежду. Она должна подойти ему. Бандит достал нож, окликнул грибника:

– Николай?!

Тот обернулся:

– Чего?

И в это время Кабадзе нанес мужчине, который был готов поделиться с ним последним, сильный удар в челюсть. Николай, выронив корзину, упал на спину. Кабан бросился на жертву. Рывком перевернул тело, схватил левой рукой за волосы, упершись коленом в позвоночник, рванул голову вверх и правой, вооруженной рукой одним движением рассек несчастному горло. Грибник захрипел, задергался. Из раны толчками хлынула черная кровь. Кабан отпустил жертву, проговорив: