Полный контакт - Алим Тыналин

Я размял мышцы. Присел пару раз, потянулся, разогревая связки. Вихрастый ждал на ринге.

— Ну, ты долго там, балерон? — спросил кто-то из боксеров. — Давай быстрее.

А плевать. Мне важно выйти на ринг в полной готовности. Спарринг с боксером — это серьезно. И мне не хотелось бы и в самом деле искать пятый угол, как сленге боксеров обозначают нокаут. Поэтому я размялся полностью, вплоть до кистей рук и ступней. Несколько раз глубоко вдохнул и выдохнул.

— Ты че, уснул, что ли? — спросил вихрастый. — Или обделался?

Каратисты угрюмо молчали. Они тоже прекратили занятия. Все посетители спортзала собрались у ринга. Боксеры с одной стороны. Каратисты с другой. Тренеры пока что не появились.

Я попросил капу и перчатки. Каратисты замялись. Только один побежал в раздевалку. Высокий и тощий. Длиннорукий. С желтым поясом. Принес мне капу. Пожал руку.

— Удачи.

Другой боксер дал перчатки. Наш долговязый каратист помог их зашнуровать. Я кивнул в знак благодарности и направился к рингу.

Пролез между канатами. Попрыгал на месте. Дощатое покрытие отозвалось гудением и скрипом.

— Тебя как зовут? — спросил я у противника. — Долго боксом занимаешься?

Вихрастый поднял кулаки в перчатках, подошел к центру ринга.

— Антон меня зовут, — ответил он невнятно. Во рту капа. — Почти кмс по боксу.

Да, это серьезно. Антоха не вчерашний зеленый новичок. Опытный. Наверняка участвовал в соревнованиях.

Я кивнул.

— А я Ермолов Витя. Смотри, Антон. Мы же правильно друг друга поняли? Я дерусь по правилам карате. Ты по правилам бокса. Три раунда. Или до нокаута. Все верно.

Антоха кивнул. Теперь, перед боем, он стал чуточку другой. Серьезный, собранный. Весь подобрался, втянул в себя руки-ноги, прикрыл уязвимые части тела. Молодец, чувствуется, что участвовал во многих боях.

Я сунул капу в рот.

— Ну давай, поехали.

И Антоха почти сразу пошел в атаку. Сразу видно, молодой да ранний. Хочет взять напором.

У меня в прошлой жизни хватало опыта таких поединков. У нас в секции тоже было такое разделение.

Рядом тренировались боксеры. Иногда борцы, в другие дни. Дзюдоисты захаживали. И почти со всеми мне приходилось драться.

Помнится, один бой я проиграл вчистую. Мне попался опытный противник. Уже не помню, какой у него там титул был.

Он, не мудрствуя лукаво, работал обычными двоечками и троечками. На подскоке. Перед тем, как пробить реальный удар, дергал финты.

Видимо, тоже уже встречался с каратеками. Получил от них ногой по голени. Поэтому осторожничал. Я тогда не работал руками. Понадеялся на ноги.

Но из-за его тактики ничего не получилось. Удары ногами проходили впустую. Зато он точно и резко всаживал в меня те самые двоечки и троечки. Последний удар каждой серии настоящий. И один из них оказался роковым. Я ухнул в аут.

Так что, с тех пор я более грамотный. И работаю не только ногами. И руками.

Сейчас Антоха сразу атаковал. Думал сходу навязать ближний бой. Видимо, предполагал, что я буду отступать. Но зачем мне это? Я и в ближнем бою чувствую себя, как рыба в воде.

Одна из основных проблем каратистов — плохая работа корпусом. Поэтому голова и туловище остаются хорошей мишенью в ближнем бою. Но не в моем случае.

Я сам подскочил к противнику навстречу. Сделал финт рукой, другой. Антоха уклонился. Тут же ушел в другую сторону, качая маятник.

Но ведь у нас не бокс, дружище. Куда же ты дрыгаешься? Еще один финт, а потом удар коленом. Хидза-гэри. Прямой, в живот противника. Желательно, в солнечное сплетение. Чтобы вырубить наверняка.

Во время удара я неизбежно раскрылся. Противник тут же воспользовался этим. Врубил мне жесткий апперкот. С небольшого разворота.

Мы достали друг друга почти одновременно. Я чуть раньше. И это меня спасло.

Бамц! Голова загудела. Я машинально отскочил назад. Когда опомнился, увидел, что противник согнулся и тоже отошел к канатам. Да, я его неплохо зацепил.

Впрочем, Антоха крепкий парень. Быстро восстановился после моего удара. Поднял перчатки к подбородку. Опять пошел на меня. Какой настырный.

Снова подскок. Быстрый, как молния. Кросс правой через мою руку. Удар в скулу. Я едва успел отшатнуться.

Тогда Антоха пошел дальше. На меня. Атаковал сильными, отработанными ударами. Чередовал боковые и прямые. Не давал вздохнуть.

Боксеры зашумели. Подбадривали своего товарища. Чего же мои молчат, словно воды в рот набрали?

Тут я уже был готов. Я всегда хорош в обороне. В контратаке. Главное, не стоять на месте. Движение — это жизнь. И путь к победе.

Я уходил в сторону. Скакал по рингу. Отбивал атаки противника. Подставлял блоки, гасил удары, увеличивал или рвал дистанцию.

Изредка контратаковал. Когда видел, что Антоха подставляется. После случая с коленом он опасался моих ног. Сразу видно. Следил периферийным зрением.

И я сразу воспользовался. Делал финты ногами. Типа сейчас пробью лоукик. А сам бил руками. Не каратешные удары, вроде шотэй — основанием ладони или сюто учи учи — ребром ладони. Нет, я же в перчатках.

Я бил цуки, прямые и боковые удары. Почти не отличаются от боксерских.

Руки тоже держал высоко. Защищал подбородок. Я же помнил, с кем дерусь. С боксером, который не прощает ошибок. Тут один только промах и привет, долгий сон.

Поэтому мои удары руками частенько проходили в мишень. В голову или корпус. Не сильные, но злые и колючие.

Я не целил уронить соперника в нокаут. Достаточно измотать его. Ну, а там посмотрим. Если откроется, то можно попробовать.

— Раунд! — сказал кто-то. Надо же, как быстро прошло время. Во время боя всегда так. Пролетает мигом, даже не замечаешь.

Мы разошлись по углам. Возле Антохи сразу возникли двое приятелей. Что-то энергично шептали. Давали советы по тактике. Ну, давайте. Посмотрим, чего посоветуете.

— Ты молодец, — сказал голос рядом. — Так держать.

Я оглянулся. А, это тот самый длинный. Оглобля. С желтым поясом. Стоял за канатами, у моего угла.

— Я заметил, он плечом двигает перед настоящим ударом, — сказал продолговатый. — Вот так.

И он чуть повел плечом. Вниз. Хм, надо же. Дельный совет. Попробую проверить.

— Спасибо, — ответил я. — Ты кто? Тебя как зовут?

Длинный улыбнулся.

— Я Егор. А ты Витя?

Мы стукнулись кулаками. Я почувствовал, как вспотела рука внутри перчатки. Как в бане.

— Время! — сказал тот же парень, что и до этого. Он стоял с часами в руках возле ринга.

— Ладно, удачи, — снова пожелал Егор. — И помни про плечо.

Мы снова направились друг к другу. Антоха поднял руки. И опять пошел в атаку. Только по-другому. Теперь