Дикий батальон - Вячеслав Миронов

— При чем здесь Аллах! Ведь это Боб стреляет, а не Аллах ихний! — вполголоса сказал кто-то из толпы.

— Тьфу! — я сплюнул под ноги. — Дикие твари из дикого леса.

— Всем заткнутся! — вид у Боба был страшен. Не каждый день свои ракеты на головы мирных людей бросать собираешься.

Да, еще вся эта затея пахнет трибуналом. Делать самопроизвольные пуски боевых ракет — это круто! В тридцать седьмом за такие «шалости» по решению «особого совещания» ствол в затылок без разговоров. Слава богу, миновали те времена.

А ведь эти самые ракеты людей защищать должны были. М-да! Дерьмо все это и ситуация дерьмовая, когда оружие защиты повернуто против мирного населения.

— Василий Степанович! А может не надо? Не стреляй! Нас всего-то 15 человек, можем не справиться!

— Не справимся — эти уроды справятся с нами! — командир был зол. Глаза его метали молнии. Было видно, что дай ему волю, он Гуся на кусочки разорвет. Но охрана следила зорко за нашими телодвижениями.

— Эх! Не получится! Не получится!

— Помолчи! Командир принял решение.

— Повторяю, товарищи офицеры. Я решил стрелять. Попрошу всех подойти к карте. Эту горушку «П-18» берет на пределе.

9

— Старший лейтенант, вернее бывший старший лейтенант, подойди ближе, чтобы твой хозяин не думал, что его обманывают. И слушай внимательно.

Серега, красный как рак, высоко подняв голову, с умным видом медленно прошествовал к карте.

— Берет на пределе «СНР», отрабатывает по ней без проблем. Но изделие надо закинуть на 50–60 километров, а может даже и дальше. Предлагаю метод «К-3» с дистанционным управлением подрыва заряда. Пару минут прошу вас обдумать мое предложение. Вы все специалисты, и разжевывать вам ничего не нужно.

Первым смысл сказанного командиром дошел до Смирнитского — офицера наведения. Он заулыбался в вислые усы.

— Батько, согласен я. Тильки, болванка-то може от удара сдетонируе!

Тут всех как прорвало. Поток технических терминов сыпался со всех сторон.

Я же стоял как баран и улавливал знакомые слова. А напротив стоял бывший старший лейтенант бывшей Советской армии — так и не стал ты полноценным старлеем Российской армии! Стоит и глазками хлопает. Говорили же в училище: «Учи матчасть! Пригодится!» Что же теперь ты будешь Гусю докладывать?

— Все, товарищи, хватит думать! Майор Иванов, прямое расстояние по карте до селения занести в систему наведения. Басов, Курмилев, Сидоров — за операторов РС. Горин, возьмете с собой Макова, вдвоем, думаю, справитесь на старте. Зампотех — на дизеля!

— Э, дорогой! Так не пойдет! Никто без моего разрешения не выйдет отсюда! — подал голос недовольный Гусь.

— Тогда сам и запускай! — командир был резок.

— Хорошо. Но со всеми, кто будет выходить, пойдут мои люди, и они будут стрелять, если что-то пойдет не так!

— Ты меня уже достал своими страшилками — во! — командир резко, как ножом, провел у себя по горлу ладонью.

— Хорошо, идите, но чтобы все быстро было! — Гусь начинал нервничать.

Мы с Гориным сорвались с места. Впереди Горин — комбат старта, я рысью сзади.

— Леха! А я что делать буду, я же не рублю в вашей системе? Неужели Боб будет стрелять? — спросил я, догоняя Горина. Бежать и говорить было не совсем удобно. Но другого момента не будет. За нами следом вывалился толстый боевик.

— Не боись, связь! Батя сказал: «Зер гут!» А ты со мной, чтобы Гусю глаза лишний раз глаза не мозолить.

Сопит кто-то сзади. Обернулись. Толстяк галопирует изо всех сил. Автомат болтается на шее, мешает бежать. Не служил он в частях, где оружие выдают. А может, и вообще не служил.

— Олег, охрана наша совсем из сил выбилась, давай быстрей, хоть поговорим без него.

Оставшийся километр мы бежали в ускоренном темпе. Вот она, родимая. Перешли на шаг метров за пятьдесят. Что что, а училищная закалка снова пригодилась, да и в части не давали расслабиться по физо. Были передовиками. Вот и гоняли по всем дисциплинам.

— Олег! Стрелять будем. Попадать — нет. Тебе достаточно?

— В принципе. А покурить есть? — мы тем временем дошли до кунга пусковой.

— У меня нет. Но тут есть маленький тайничок-нычка. Там бойцы постоянно прятали бычки. Я их гонял за это. Но когда все начало лететь к чертям собачьим, так и лазить тоже перестал. Посмотрим сейчас. Может, что и завалялось.

— Успеется. Смотри-ка, охрана почти прибежала, у него стрельнем.

— Ага, если только от инфаркта не помрет раньше.

Толстый уже не бежал, а шел. Его пошатывало, ватные ноги он переставлял кое-как, брюки приспустились и мешали при ходьбе. Куртку расстегнул почти до пояса. Автомат просто висел на шее, руки положил на него. Кепи засунуто под погон. Лицо красное и все мокрое от пота, взгляд мутный.

— Эй, киши, сигареты бар?

Остановился. Согнулся пополам, автомат почти достает до земли, крупные капли падают в песок. Распрямился, растирает грудь.

— Не помрет?

— Не должен.

— Эй! Сигареты бар?

— Йок! Нэт курить. Зачэм так быстро бегать?

— Командир приказал. А ты как воевать-то без сигарет будешь?

— Ладно, Олежа, хватит лясы точить, пошли атомную бомбу готовить!

— А ты, киши, ничего здесь не трогай. А то взорвется! Бум! Понимаешь? — Горин изобразил руками взрыв. — Понимаешь?

Аника-воин лишь устало мотнул головой, продолжал растирать грудь.

— Ты иди, посиди в той будочке, посиди, отдохни. Обратно еще быстрее побежим.

Толстый тяжко вздохнул и поплелся к будке, а мы — к установке.

— Леха, а может грохнем толстого и автомат заберем?

— Заманчиво, но они там наших перебьют. А мысль хороша! Не искушай, Олег, не искушай! А сможешь его по-тихому убрать?

— Элементарно. Я морально уже давно готов к этому, а технически нас этому с первого дня училища готовили.

— Давай пока не будем! Но у самого руки чешутся!

Тем временем мы подошли к установке.

— Значит так, Олег. Вот тебе щетка. Вот разъем почистить контакты, а потом пристыкуй, а я сигарет или бычкунов поищу.

— Издеваешься?

— Надо так. Делай.

Минуты две я добросовестно ширикал щеткой по контактам, потом присобачил их на место. Спустился вниз. Присел на станину, прислонился спиной и затылком к металлу. Сижу, жду и думаю, что же будет-то. Если не эти чмыри прибьют, так свои же матку наизнанку вывернут. Тьфу! Куда не кинь, везде клин!

— Олег! Ты где? — послышался голос Горина.

— Здесь я, Леха, под отбойником! Туточки!