Истребитель снайперов - Иван Стрельцов

Несколько «быков», вскочив со своих мест, опрометью бросились из обеденного зала. Они прекрасно понимали, о ком идет речь.

Погоняло Всезнайка носил невысокий дородный мужчина с интеллигентной внешностью и не менее интеллигентными повадками. Его возраст приближался к шестидесяти. Несмотря на увлечения диетами, спортом и подкрашивание седины, прожитые годы все-таки проявлялись на внешности, как водяные знаки на купюре.

Поговаривали, что Всезнайка работал экспертом-аналитиком в советском торгпредстве в ФРГ. После развала великой империи бросил семью, работу и уехал в Амстердам. Со временем основал небольшую информационную фирму. Несмотря на то что в фирме работали всего три компьютерщика и пара аналитиков плюс сам Всезнайка, от которого не было тайн экономического или политического характера по обе стороны Атлантического океана, фирма продавала информацию и всевозможные резюме всем желающим. Но это была лишь видимая часть огромного айсберга, основной же доход был от нелегальных операций. Плотно общаясь с перебравшимся на Запад «родным» российским криминалом, Всезнайка доставал для него необходимую информацию, от безопасных маршрутов перегонки угнанных автомобилей до закрытых схем сигнализаций ювелирных магазинов и банков. Тут, как правило, задействовалась целая сеть платных осведомителей, которых нанимали по мере необходимости. По желанию заказчика Всезнайка, как хорошая сводня, подбирал для той или иной группировки необходимого специалиста. Как было в случае с Ашотом Каспаряном и Шатуном.

И если Арийцу с некоторых пор было все равно, куда подевался наемник, то Бушлата это как раз теперь очень интересовало.

Через полчаса вернулись отъехавшие «быки» и привезли с собой невысокого мужчину, пытающегося скрыть свою полноту дорогим костюмом из английского темно-коричневого сукна.

— В чем дело, Николай? — возмущенно спросил вошедший в сопровождении трех верзил толстяк. В его голосе не было даже намека на страх. Он был лет на десять старше Бушлата, что давало определенные преимущества в разговоре.

— Кто такой Шатун? — игнорируя восклицание гостя, задал вопрос законник.

— Наемник. Одно время служил в Иностранном легионе, потом, получив французское гражданство, уволился и стал работать на себя. Участвовал в нескольких рискованных предприятиях и каждый раз умудрялся срубать солидный куш. Его уже год разыскивает Интерпол, но конкретно даже они не знают, кого же искать.

— Почему он вальнул Арийца? — спросил Бушлат, умалчивая, что он сам оплатил ликвидацию, правда, к тому времени уже мертвого Ашота.

— Не знаю, — пожал плечами Всезнайка. — Возможно, что-то изменилось в планах, и одна из сторон, не желая идти на уступки, прибегла к угрозе применить силу.

А дальше, как говорится, дело техники. Кто проворнее, тот и прав.

— Куда он мог податься?

— Да куда угодно. В Америку, в Африку, у него везде есть связи, люди с его опытом всегда в цене.

— Где же его искать? — Бушлат сложил пальцы в замок и сжал их так, что даже в дальнем углу был слышен костный хруст.

— Все зависит оттого, что же заставило Шатуна расторгнуть контракт с Ашотом, — деловито пробормотал старик. — Насколько я помню, обычно он не расторгал своих контрактов. Значит, семья. Он ведь не беспризорный подкидыш. В этом случае его дорога лежит в Россию, домой…

— Я нашел их, — в помещение ввалился Панцирь. — После небольшого задушевного разговора «петухи» сознались, что отвезли его в аэропорт. Так что тю-тю, наш беглец уже балдеет под елками, березами.

— Вряд ли, — покачал отрицательно головой Всезнайка. — Шатун — настоящий профи. После недавнего инцидента он должен вооружиться, а с оружием его на борт самолета не пропустят, значит, он будет добираться автостопом, чтобы не привлекать к себе внимания. Как бы то ни было, Шатун завернет в Берлин, там где-то в пригороде у него есть квартира. Ее он обязательно посетит. Это для Шатуна как ритуал на удачу.

— В этот раз от него фортуна отвернется, — усмехнулся Бушлат, потом перевел взгляд на племянника и строго спросил: — Как экипаж яхты, живой? — Ему очень не хотелось, чтобы племяш учинил бойню, тогда прощай, спокойная жизнь.

— Да что им будет, так, попинали немного и все, — наигранно безразлично пожал плечами Панцирь.

— Вот и хорошо, что живы, — на этот раз Бушлат улыбнулся доброжелательно. — Собирайся, с братвой придется ехать в Берлин.

Несмотря на мягкий, почти отеческий тон, отказаться от сделанного паханом предложения было никак нельзя.