Рулетка для умных - Иван Сербин

— …Я пожалею тебя и убью быстро. Если нет, пеняй на себя.

Сергей Борисович сделал еще один шаг вперед и оказался практически на линии огня. Он двигался как-то… очень мирно. В нём не было угрозы. Так кошки смотрят совсем в другую от заинтересовавшей их живности сторону. Пока не придет время. Мафиозо с безразличным видом привалился плечом к стене. Ему нужен еще один шажок, понял я. Один крохотный шажок. Надо потянуть время.

— Можешь её убить, это уже не имеет значения. Я пришёл за твоей головой.

Тимофей буравил меня взглядом, но в его глазах не было жизни. Глаза истекающего кровью животного — вот что я видел. Он умер раньше смерти.

— Я убью тебя, — сказал наконец Тимофей. — А с Тучей мы как-нибудь договоримся.

Его палец лёг на курок. И в этот момент Сергей Борисович быстро шагнул вперед, мгновенно вскинул оружие и выстрелил. Девятимиллиметровая пуля прошила голову Тимофея насквозь, разбрызгав по стене кровь, мозги и клочки волос. Ирина закричала, и я, отшвырнув бесполезный автомат в сторону, бросился к ней, обнял и прижал к себе.

Тимофей еще несколько секунд стоял у стены, тараща на нас бессмысленные мёертвые глаза, а затем мягко завалился на бок.

Ирина дрожала всем телом, а я гладил ее по непослушным волосам и бормотал:

— Всё. Всё. Всё уже кончилось. Всё уже хорошо. Всё позади.

Господи, как же я люблю эту женщину!

Она вдруг схватила мое лицо в ладони и начала целовать, жарко и быстро. Щёки, губы, подбородок.

— Я знала, что ты придешь, — шептала Ирина сквозь слёзы. — Я все время знала. Я так ждала тебя.

Сергей Борисович опустил пистолет, из ствола которого вился дымок и, подойдя к убитому, поднял его оружие. Щелкнул затвором. Выброшенный патрон отлетел в сторону и звонко ударился о стену.

— У него оставался ещё один выстрел, — сказал мафиозо. — Иван, он мог тебя убить.

— Кто этот человек? — спросила Ирина, поворачиваясь и настороженно глядя на Сергея Борисовича.

— Это… мой хороший знакомый, — подумал я и добавил: — Я ему должен. Очень много должен.

— Я не понимаю… — Ирина растерянно смотрела то на меня, то на Сергея Борисовича.

Мафиозо покрутил пистолет в руках, бросил его на пол и сказал:

— Ну вот что, мальчики и девочки. Вечер вопросов и ответов проведете чуть позже. Скоро здесь будет очень много народу. Нам надо уходить.

Я посмотрел на Ирину, кивнул:

— Пойдём. Он прав.

Мы поднялись наверх. Ирина плохо держалась на ногах, и мне приходилось поддерживать её за плечи. Она с ужасом смотрела на следы бойни, иногда отворачивалась и утыкалась мне лицом в грудь.

Сергей Борисович шагал впереди с пистолетом в руке и внимательно посматривал по сторонам. В его походке, фигуре, в том, как он держал голову, отчетливо сквозила ленивая грация зверя, обходящего свои владения.

Мы вышли за ворота и направились к машине.

Уже выезжая на шоссе, я заметил вдали отблески синих „маячков“.

— Чёрт! — невольно вырвалось у меня.

Сергей Борисович посмотрел в зеркальце заднего вида и усмехнулся:

— Не волнуйся.

— Еще бы мне не волноваться. Нашу машину могли заметить, — сказал я.

— Конечно. Скажу даже больше: её НАВЕРНЯКА заметили.

— И ты так спокойно говоришь об этом?

— Разумеется. Свидетели ничего не скажут милиции.

— Почему?

— Они понимают: может наступить день, когда уже им придется нажимать на курок. Жизнь — престраннейшая штука. К ней очень быстро привыкаешь, а она начинает выбрасывать коленца. Так вот, когда им придётся взять в руки пистолет, их тоже кто-нибудь увидит. Понимаешь меня?

— Нет, — я покачал головой. — Не понимаю. Проблемы можно решать иначе. Без помощи оружия.

— Перестань говорить глупости, — поморщился Сергей Борисович. — От кого я это слышу? От человека, который только что устроил настоящую резню? — Ирина вся сжалась и обняла меня крепче. — Как ты думаешь, если бы мы пришли за твоей женщиной без оружия, что с нами сделали бы? Не знаешь? А я тебе скажу. Нас бы подвесили за яйца в том самом подвале, где теперь валяется этот кретин Тимоха. На нас мочились бы все кому не лень. Нас трахнули бы в задницу и, возможно, не но одному разу…

— Послушай…

— Нет, это ты послушай! — Сергей Борисович резко нажал на тормоз, остановил машину посреди шоссе и повернулся ко мне. — В жизни каждого мужика наступает момент, когда ему приходится брать в руки пистолет, чтобы защитить свой дом, свою жену и ребёнка, себя, наконец.

— Но не все же хватаются за оружие.

— Конечно. Те, которые хватаются, потом попадают в тюрьму или в психушку. Но остаются мужиками. А тех, которые не хватаются, трахают такие, как Тимоха! Трахают их самих, их жен, их детей. Приходят к ним в дом и трахают. С улыбочкой. Поверь мне, этих Тимох совершенно не волнует, чью задницу они имеют. Ср…го моралиста или дерьмового труса. Важно, что этот парень без пистолета. И не имеет значения, во что этот Тимоха одет. В форму или фрачную пару. Он просто приходит и берёт то, что хочет. — Сергей Борисович щёлкнул пальцами. — Вот так. Очень просто. Люди, которые живут в коттеджах по соседству, вовремя сообразили: можно взять в руки пистолет и при этом оставаться на свободе. Поэтому они и будут молчать.

— Это логика животного.

— Может быть. — Сергей Борисович нажал на газ. — Но животного с крепким хребтом и чувством собственного достоинства. Я никому и никогда не позволю трахать себя. Думаю, что и ты тоже. После сегодняшнего вечера. А что касается животных… Все мы, по большому счету, животные. Только ходим на двух ногах. И ты полный м…к, если до сих пор этого не понял.

Он отвернулся и замолчал. На протяжении всего оставшегося пути мафиозо не проронил ни слова. „БМВ“ на полной скорости несся к городу».

* * *

Из дверей ресторана доносилась музыка. За заборчиком маячили обвешанные разноцветными гирляндами беседки. Само здание ресторана — кирпичное двухэтажное — притулилось за черными деревьями. Когда-то здесь, похоже, был отличный сад, но со временем его запустили. Ветки переплелись между собой, и деревья начали умирать. Медленно, но верно. Очевидно, через пару лет сад придет в полную негодность и будет смотреться жалко, как его ни украшай.

Макс остановил свою «пятёрку» у самых ворот, заглушил двигатель и, посмотрев на стоящие чуть поодаль машины, заметил:

— Здесь они. «Тачки» сплошь бандитские.

Андрей тоже взглянул на ряд иномарок различной степени престижности, выбрался из салона.

Макс запер машину, посмотрел по сторонам и кивнул Андрею.

— Пойдём. Как опознаешь тех самых, покажи мне.