Лютый беспредел - Сергей Майдуков

— Звони, — разрешила она.

— Без обид?

— С обидами. Но они теперь маленькие. Вот такие.

Ника показала кончик мизинца. Ногти у нее были аккуратно подрезаны и не покрыты лаком.

— Так я позвоню! — крикнул Сергей на бегу.

Голос у него был счастливый. Он верил в то, что позвонит и все будет хорошо. Ника тоже верила. Она махнула рукой и побежала в другую сторону.

Когда Сергей ворвался в зал, Сильва был уже там.

— Двести отжиманий на кулаках, — сказал он.

Сергей с готовностью принял привычную позу.

— Не сейчас, — поморщился Сильва. — По возвращении. Садись и слушай. Горцы совсем оборзели. Час назад двоих наших на рынке подрезали. Петюня еще ничего, а Киборг вряд ли выживет.

— Суки! — понеслось отовсюду. — Кончать их! Гнать из города к такой матери!

Сергей подивился тому, как много «бульдогов» успело собраться в зале, пока он выяснял отношения с Викой сперва наверху, а потом на улице. Служба оповещения работала четко, дисциплина была на высоте.

Он уже знал, что их команда борется за место под солнцем с двумя враждебными группировками, одна из которых состоит из «синих», а вторая — из «черных». Синими или расписными назывались уголовники, питавшие пристрастие к татуировкам. Черными были выходцы из Осетии, которые закрепились в Неверске и вздумали качать здесь права. Сильва и его парни собирались потеснить тех и других, чтобы самим держать город и местный бизнес. В данный момент война шла за рынок, откуда сейчас снимали сливки все кому не лень. На встрече с вожаком осетин Сильва дал понять, что больше не потерпит чужаков на своей территории. Коварные дети гор согласились, а сегодня неожиданно напали на бригаду Киборга, совершавшую обход.

Чтобы не будоражить публику понапрасну, спортсмены не лезли на рожон, как делали их предшественники в девяностые. Никто не забирал у торгашей приглянувшиеся шмотки, не чавкал взятыми без спросу плодами и не лапал девок. Все проходило чинно и гладко. Деньги собирали не парни, а тетка, требовавшая плату за места, так называемые «местовые». Цена на билетиках проставлялась одна, а на деле была совсем иной, десятикратно, а то и стократно превосходила официальную, в зависимости от площади торговой точки и цены товара. В результате денег набиралось столько, что нести их приходилось в рюкзаке.

— Но сегодня мы без навара, — подытожил Сильва. — Черноусые все увели. Наша задача не только поквитаться за пацанов, но и вернуть свое. На следующей неделе арсенал подгонят, а нам платить нечем. Серьезные люди не захотят иметь с нами дело, если мы не заберем весь объем, как договаривались.

Ответом был негодующий гул. «Бульдоги» не могли допустить, чтобы их посчитали недоговороспособными.

— С этим все ясно, — продолжал Сильва, прохаживаясь среди сидящих на полу питомцев. — Теперь о самой акции. На Южной развилке есть ресторан и шашлычная, они принадлежат осетинам. Там между двумя и тремя часами обычно обедает их пахан. Рахманом его кличут. Вот мы к нему сейчас и наведаемся. Подождем, пока он войдет, а сами следом.

— У черных стволы, — вставил кто-то.

Сильва уставился на него черными глазами. Сергей думал, что сейчас последует расправа, но ошибся. Видимо, Сильва решил, что сейчас не время показывать власть.

— Они свои стволы в задницы засунут, когда мы Рахмана возьмем, — сказал он, недобро усмехаясь. — Действуем тремя группами. Коля-Воля со своими ломится через главный ход. Додон шумит в подсобке. Это для отвлечения внимания. Я с пятью бойцами войду прямо через витрину. Машиной стекло пробьем — и в зал.

— Там ступенек и бордюров нет, мы проверяли, — солидно доложил Рафик. — Окно вровень с землей, проскочим.

И снова Сильва не отреагировал на то, что его перебили. Он обвел взглядом присутствующих и сказал:

— Во внедорожник помещаются шестеро. Вот мы вшестером и дадим копоти. Рахмана берем за кадык и предупреждаем: сунется кто, главному чебуреку вашему конец. Он сам прикажет своим, чтобы не стреляли. И башли отдаст, чтобы в живых оставили.

— А мы? — спросили из зала.

— А мы его увезем, — ответил Сильва, усмехаясь. — В качестве заложника.

— А потом?

— А потом закопаем. В качестве трупа.

Одни парни засмеялись, другие притихли. Сергей принадлежал ко второй половине. Он вдруг остро осознал, что после сегодняшней вылазки его жизнь никогда не будет прежней и он сам станет другим. Ну и пусть. Не один он такой! Их целая команда.

Он чуть не лопнул от гордости, когда, подбирая пятерку, Сильва указал и на него тоже. Наконец-то он в числе посвященных. На него полагаются, его считают надежным. Это было великой наградой. Сергей изо всех сил сдерживал улыбку, которая просилась на лицо.

Когда Сильва проводил инструктаж с избранной пятеркой, вопросы не задавались. Все только слушали, позволяя себе лишь минимально короткие реплики и кивки в знак согласия и понимания. Задача перед передовым отрядом стояла сложная и ответственная. Каждый должен был знать свое дело и свое место. Вкратце все сводилось к тому, чтобы не позволить кавказцам помешать Сильве. Он лично намеревался брать Рахмана. Пятерка атаковала, контратаковала и держала оборону, не позволяя противнику освободить своего главаря.

Помимо Сергея в джип к Сильве забрались Шестерня, Колобок, Занзибар и Густав. Все были в темных спортивных костюмах, тонких кожаных перчатках и плотных шапочках. Вместо кроссовок обулись в тяжелые армейские ботинки. Дубинок и кастетов не брали, потому что такие штуковины лишали подвижности. Ножами тоже не пользовались. Они были спортсмены и привыкли полагаться на собственные силы и ловкость. Кроме того, искусству обращения с ножом нужно учиться, а махать им без толку — себе же дороже обойдется.

Сильва остановил внедорожник в пятидесяти метрах от кавказской забегаловки с гордым названием «Терек». Возле двух мангалов кучковались любители шашлыков. Стеклянная витрина ресторана была разрисована горными пиками, мешавшими увидеть, что происходит внутри.

Остальные машины пока не подъехали, но должны были появиться с минуты на минуту. Нервы у «бульдогов» были внатяжку, а тут еще здоровенная фура вырулила на стоянку и остановилась таким образом, что загородила «Терек».

— Блин! — выругался Колобок звенящим от волнения голосом. — Приплыли. Что делать будем?

— Надо отменять акцию, — пробубнил Густав. — Вон тачка Коли-Воли на подходе. Они ворвутся, а мы тут…

— Сильва, — сказал Сергей, внутренне дивясь спокойствию своего голоса. — Я пойду водиле заясню, чтобы отъехал.

— Действуй, Серый, — одобрил Сильва. — Потом не возвращайся, чтобы время не терять. Стой рядом. За нами вбежишь.

— Понял.

Сергей подбежал к дальнобойщикам, выбравшимся из кабины грузовика.

— Назад, — приказал он. — Фуру убрали, мигом! Повторять не буду.