Черные ястребы - Кирилл Казанцев

– Пошли-пошли, – торопил Юнис.

Чешских метеорологов загнали в тесную пещерку, вырубленную прямо в скале. У стены лежали скрученные в трубку грязные матрасы, стопка потрепанных журналов, кое-что из посуды.

– Где вода, а где параша, разберетесь сами. – Руслан захлопнул сваренную из толстых прутьев арматуры решетчатую дверь и запер большой навесной замок.

Еще четверо членов «Черных ястребов» ожидали приказаний командира.

– Не светиться тут! – крикнул Руслан. – Почему без масок?

Кавказцы засуетились, вытаскивая из карманов скомканные трикотажные маски с прорезями для глаз.

– Отставить. Надевай маску только ты, Казим. – Руслан ткнул пальцем в грудь моложавого кавказца с острым носом, густой бородкой и глубоко посаженными хитрыми глазами. – Останешься за чехами присматривать. Бабу из дому только по нужде выпускать, и мешок не забывай ей на голову надевать. Мы до темноты должны управиться и вернуться. За мной.

Руслан с тремя вооруженными кавказцами подошел к краю скалы, на которой располагалось убежище «Черных ястребов», и сбросил вниз веревочную лестницу. Террористы торопливо спустились по одному и вскоре исчезли за поворотом узкой горной тропинки.

Казим тут же поднял лестницу, свернул ее и спрятал за камни. После чего проверил, надежно ли заперт замок на каменном мешке, и вернулся в хибару.

Франтишка Сагнер сидела за столом и расплетала косу, поглядывая на свое отражение в кривом осколке зеркала. Моложавый кавказец присел на деревянный чурбак у входа, уперся ногами в дверной косяк и, положив автомат на колени, принялся разглядывать молодую женщину. Глаза его так и сверкали в прорезях.

– Ты не очень-то зыркай. Не для тебя стараюсь. – Франтишка вытащила из кармашка джинсовой куртки миниатюрный деревянный гребень и принялась расчесывать волосы.

– Самшитовый, – произнес боевик.

– Знаю. Я его здесь покупала на базаре. Люблю всякие фольклорные штучки и порядок. Вот потому и причесываюсь.

– Мой дед такие вырезать умеет, – отозвался моложавый кавказец.

– Тебя как зовут?

– Зачем тебе мое имя знать? – насторожился боевик.

– Должна же я тебя как-то называть. Меня вот Франтишкой зовут.

Боевик помялся, а затем тихо произнес:

– Казим мое имя.

– Ну, вот и отлично, познакомились. Ты не думай, у меня обиды на тебя нет. Тебе командир приказал меня сторожить – ты свою работу и делаешь. – Молодая женщина, расчесав волосы, снова заплела их в косу, положила осколок зеркала на стол и осмотрелась. – Грязно живете, братцы, как звери в норе. Давно последний раз подметали?

Казим пожал плечами и, возможно, впервые задумался над вопросом чистоты в убежище «Черных ястребов».

Франтишка достала из кармашка бумажную салфетку, провела ею по столу и продемонстрировала черное пятно Казиму.

– Грязь повсюду. – Она поднялась из-за стола. – Знаешь что, Казим, сходи-ка ты наломай веток, будет веник, а я подмету. Ведь у вас на Кавказе это не мужская работа.

Вскоре наломанный из свежих веток веник уже мелькал в руках домовитой Франтишки.

– Видишь, это же просто. Каких-то пять-десять минут, и дышится легче. Ты бы воды принес и тряпку подыскал. Тут у вас и помыть не помешает.

Казим немного посомневался, почесав бороду, а затем приказал:

– Отойди в дальний угол и сядь, – после чего прикрыл за собой дверь, запер ее на щеколду и отправился на поиски ведра.

* * *

Это только в крупных городах кавказцы предпочитают ездить на машинах престижных марок. Только там они раскатывают на «Мерседесах» да «БМВ», а у себя на родине отдают предпочтение более практичному транспорту.

Потрепанный с виду «УАЗ» пылил по проселку. Пыльный шлейф накрывал табачную плантацию. Пропольщицы даже бросили работу и стояли, прикрывая лица рукавами.

Руслан сидел рядом с водителем. Оружие бандиты даже не прятали, словно знали, что их никто не станет останавливать. Да и места здесь были нелюдные.

– На этот раз, Руслан, прокола не будет? А то с меня уже и чехов хватило, – оскалил прокуренные желтые зубы тридцатилетний балкарец, сидевший за рулем.

Он вел машину на полном автомате, абсолютно слившись с ней – казалось, даже не смотрит на дорогу, хотя умудрялся при этом объезжать все препятствия.

– Кто ж его знает, Мутай, – отозвался главарь «Черных ястребов». – Если и на этот раз подстава окажется, я этому Тимуру голову отверну.

Машина промчалась вдоль табачного поля и, вписавшись в крутой поворот, пошла на подъем.

– Точно второй поворот после моста? – Мутай привычно крутил баранку. – Знаю я это место, там часто рыбаки останавливаются. Только вчера я проезжал и никого там не видел.

– Приедем – проверим, недолго осталось. – Руслан держался одной рукой за поручень на приборной панели, второй поглаживал цевье автомата.

Каменистый серпантин дороги забирал вверх. Скалы подступали с обеих сторон. Проселок выскочил на мост, далеко внизу мелькнул бурный, грязноватый после недавних дождей водный поток.

– Есть, на этот раз не подвел Тимур, – осклабился Руслан и указал на ярко-оранжевую палатку, стоявшую на берегу реки.

Мутай сбавил скорость.

– Близко не подъезжай. Оружие лучше под куртки спрячьте. Не стоит спугнуть их раньше времени. Небось им про нас уже понарассказывали. Кто-нибудь может испугаться и позвонить, прежде чем мы их возьмем. Короче, так, джигиты, шапки на самые глаза натяните и улыбки во весь рот. Мы мирные граждане.

Мутай подрулил к самой скале, заняв небольшой карман, предназначенный для разъезда машин. Руслан, приложив к глазам бинокль, принялся рассматривать стоянку рыбаков.

– Тачка навороченная стоит, снасти крутые. Удочки побросали. Напились они там, что ли? – всматривался он в пейзаж. – Все, идем. Если кто из палатки высунется – вы рукой приветливо помашите, пусть думают, что мы их за своих знакомых приняли.

Кавказцы выбрались из машины и, пряча короткие автоматы без прикладов под куртками, неторопливо двинулись к стоянке рыбаков.

– Точно, напились, – щурился Руслан на поблескивающие в лучах солнца пустые бутылки, лежавшие возле палатки.

И все же тревожное чувство не покидало командира «Черных ястребов» – как-то уж все слишком удачно складывалось, богатая добыча практически сама шла к нему в руки. Судя по машине и экипировке, люди здесь остановились состоятельные. Такие сумеют заплатить за себя выкуп в несколько сот тысяч долларов – не то что нищие чехи. С русскими и договориться проще, они наличными рассчитаются без особых проблем.

Ярко-оранжевая палатка чуть заметно колыхалась на ветру. Руслан приложил палец к губам, давая знак своим товарищам, чтобы ступали тише. Из-под полога палатки торчали ноги, обутые в расшнурованные туристические ботинки.