Зубровский - Валерий Павлович Павликов

— Кадыровцы устроили засаду, — удрученно пробормотал помощник.

— А он не мог попасть к ним в лапы?

— Исключено. Умаров видел его труп.

Эмиссар сел, загремел четками.

— Достаточно полчаса, чтобы русская контрразведка выбила из него все детали операции, — сказал он после паузы. — Мы задумали большое важное дело — нельзя допустить срыва из-за глупой случайности.

— Вы же сами называли его львом, — осторожно напомнил Фанум.

Закаев усмехнулся, погладив рыжую бородку.

— Даже лев станет зайцем, если им займутся специалисты. Остается только надеяться, что он мертв.

— Да-а-а, — помолчав, протянул Фанум. — Аллах примет его с радостью.

Какое-то время Закаев размышлял.

— Что теперь прикажешь делать? — после паузы обратился он к помощнику. — Инженеру позарез нужны чертежи. Где теперь их достать?

— Они больше не нужны, — спокойно ответил Фанум.

Эмиссар с недоверием посмотрел на помощника.

— Что ты сказал?

— Это и есть вторая новость, — пояснил помощник. — Хорошая. Немцу удалось решить проблему без чертежей. Эта его новая идея с гидравлическим ударом, похоже, вполне реальна. Вот посмотрите, — он протянул эмиссару лист бумаги.

Закаев взглянул на лист, где на схеме были указаны места установки взрывателей. Первичный взрыватель предлагалось установить в самом низу грузового лифта. Рядом — три дублирующих, а радиовзрыватель — на гребне плотины, примерно на равном расстоянии от каждого берега.

— Ну что ж, — эмиссар потрепал кота по загривку, — он знает, чем рискует. Но теперь у нас новая проблема. Вы, надеюсь, уже подумали о подрывнике? Учтите, от этого человека будет зависеть все…

Фанум был готов к этому вопросу.

— Такой человек есть, — быстро ответил он. На стол эмиссару легла кожаная папка. Видя, что шеф молчит и не спешит знакомиться с личным делом, лежащем в папке, он продолжил: — Мастер спорта по биатлону. Физкультурный институт в Смоленске, затем шестимесячные курсы в Саудовской Аравии. Отлично стреляет, бегает, работает с ножом. Знает русский, арабский, английский…

— Прямо Джеймс Бонд какой-то, — недоверчиво усмехнулся Закаев. — Где он? Тащите его сюда…

Фанум улыбнулся с заговорщицким видом, и эмиссар понял — сейчас будет сюрприз:

— Минутку…

Помощник подошел к двери, открыл ее и сказал:

— Входите!

Она вошла из темного коридора на середину светлой комнаты, встала рядом с Фанумом и принялась по-женски осматриваться вокруг.

11

Когда трупы боевиков были уже почти засыпаны землей, вдали над перевалом раздался ровный гул мотора, и вскоре там показалась темная точка. При приближении к ущелью она обрела силуэт сначала гигантского зеленого кузнечика, а потом — вертолета.

— Кого это черт несет? — недовольно пробурчал Анискин, который сидел на поваленном бревне возле разожженного костра, время от времени поворачивая шампуры с нанизанными на них кусками баранины. Рядом на поленнице дров расположился сержант Колотилин.

Через минуту, вздувая пыль и клочья рыжей травы, Ми-8 приземлился в двадцати метрах от костра. Дверь кабины открылась, и оттуда выпрыгнул высокий стройный офицер в полевой форме с погонами майора. Придерживая на ходу слетающую с головы фуражку, он подошел к сидевшим возле костра.

— Майор Зубровский, — обратился он к Анискину, и протянул свое удостоверение.

Не поднимаясь с бревна, Анискин просмотрел корочки и вернул майору.

— Чем могу служить?

— Если не возражаете, хотелось бы взглянуть на трофеи.

— Да что тут смотреть, — Анискин махнул рукой в сторону братской могилы. — Колотилин, покажи…

Нагнувшись, Колотилин достал документы из лежащей на земле сумки и, отдав их майору, снова уселся на поленницу.

— Я могу их забрать? — просмотрев бумаги, сказал майор.

Анискин, не отрывая взгляда от шампуров, махнул рукой, показывая, что занят более важным делом.

— Конечно.

Майор тщательно уложил бумаги в полевую сумку, но уходить не спешил.

— Больше ничего интересного? — спросил он.

— Они с собой лишних бумаг не носят, — капитан повернул шампур с истекающими жиром кусками баранины. — Только лишняя тяжесть…

Кивнув, майор указал на разбросанные по земле бумаги. Часть из них была изорвана, другие полузасыпаны землей.

— А это что?

— А-а-а… это, — вяло откликнулся Анискин, — они им уже не пригодятся. Только задницу подтирать… — Он рассмеялся, и к его смеху присоединились стоящие возле костра бойцы. — Мы их уже просмотрели — ничего интересного… Угощайтесь, товарищ майор, — достав из огня шампур с аппетитно дымящейся бараниной, он протянул его майору.

— Спасибо, — вежливо отказался Зубровский, наклоняясь к яме. Казалось, он не разделял всеобщего веселья. — Я посмотрю тут с вашего разрешения.

— Да, пожалуйста, — недовольный отказом гостя, капитан отвернулся к костру. — Смотрите сколько влезет, а мы тут немного посидим, — и в сопровождении своих бойцов приступил к поглощению шашлыка.

* * *

Закаев замер. Он не ожидал увидеть женщину, тем более такую красавицу. Зеленые миндалевидные глаза, тонкие ноздри маленького с небольшой изящной горбинкой носа. Расчесанные на пробор иссиня-черные волосы мягкими волнами ложились на плечи и белое лицо. Внешне она никак не походила на шахидку. Скорее казалась яркой моделью с обложки модного журнала.

На вид ей было лет двадцать пять — тридцать. Но, несмотря на то, что она была изящной и довольно хрупкой на вид, выражение ее глаз и манера держаться создавали впечатление силы. Две глубокие морщины на переносице придавали характерное выражение ее лицу, свидетельствуя, что обладательница этих морщин перенесла в жизни немало невзгод.

Эмиссар смотрел на нее, не скрывая удивления.

Маленькие глазки Фанума быстро скользнули по лицу шефа. Губы его раздвинулись в довольной усмешке. Он, конечно, ожидал, что молодая женщина произведет на хозяина впечатление, но чтобы такое…

Закаев, откровенно пораженный, непроизвольно поправил галстук, его пальцы рванулись к рыжим волосам, а губы растянулись в улыбке, обнажив большие белые зубы…

— Здравствуйте, — поколебавшись секунду, он встал. В глазах его появился какой-то стеклянный блеск.

— Фатима Мадаева, — представил ее Фанум, его улыбка стала шире. — Шахидка, спортсменка и просто красавица…

Не реагируя на его шутку, девушка быстро обвела обоих мужчин глазами и села на стул рядом с эмиссаром.

— Я вкратце изложил задание, — сказал Фанум, слегка наклонившись к ней. — Она считает, что справится.

Девушка нахмурилась, и ее атласный лобик пересекли две темные морщинки.

— Справится? — переспросил Закаев, пристально глядя на нее. — А она понимает, на что идет?

— Конечно, — отрывистым голосом сказала девушка. — Аллах выбрал меня в качестве своего меча.

— Аллах выбирает для своих дел достойных, — задумчиво сказал Закаев, подойдя к ней. — Но вы понимаете, что идете на смерть?

— Да, кади. — Выражение ее лица был одновременно печально, грустно и решительно. — Если Аллаху угодно, я готова.

Закаев одобрительно кивнул.

— Очень ответственное решение.

— Моего мужа убили, — в глазах девушки что-то блеснуло, и в звуках ее голоса зазвучала такая ненависть,