Ирония Джокера - Мария Росси

Анджело и Филиппо посмотрели на Джемму, руку которой еще крепче сжал Адольфо.

— Джемма, что скажешь? — Дон сохранял спокойствие, а у самого сердце стучало так, что казалось, его слышат все вокруг.

— Пап, дедушка, мне потребовалось время, чтобы осознать и принять тот факт, что я люблю Адольфо, который стал для меня многим в этой жизни. Я люблю его осознанно, понимая и принимая тот факт, что в нашем союзе никогда не будет детей, и вы, действительно, можете нас осуждать за любовь брата и сестры. Но так вышло, что наша любовь именно такая, ни как у всех. Но мы будем ею дорожить.

— Прошу вас разрешить нам с Джеммой встречаться, — Адольфо стоял гордо, открыто и уверенно смотря в глаза Дону и Анджело, не выпуская маленькую ручку девушки из своей сильной и большой ладони.

— Садитесь, — сказал Филиппо, и Адольфо с Джеммой сели на диван напротив разместившихся в креслах Анджело и Дона, и теперь уже обе ладошки девушки были в руке мужчины, — Я рад, что вы доверяете нам с Анджело свои чувства, говорите о них открыто и честно. Это всегда важно было и будет для нашей семьи. То, что Адольфо любит мою дочь и внучку Анджело, я знаю уже более 15 лет. Мне, как мужчине и отцу, приятно осознавать, что твоя любовь, Адольфо, ни на минуту не ослабевала все эти годы, а наоборот становилась вместе с тобой зрелой. Вы хорошо чувствуете друг друга, заботитесь и дорожите отношениями, уважаете и соблюдаете личные границы. Адольфо заслужил право быть рядом с моей дочерью. Я не буду возражать, если вы начнете встречаться как пара. Анджело, твое мнение по этому поводу? — он обратился к отцу, который уже своим взглядом дал ответ.

— Если честно, я ждал этого разговора раньше. Но вам потребовалось время, чтобы разобраться в себе, понять, когда отношения брата и сестры переросли в нечто иное. Вы уже столько лет вместе, и могу сказать с уверенностью, что вы действительно созданы друг для друга. Я поддерживаю ваше решение.

— Папа, дедушка, — Джемма кинулась их целовать, — Спасибо большое за понимание. Для нас это очень важно, и простите, что у вас не будет внуков и правнуков.

— Спасибо, Филиппо. Спасибо, Анджело, — Адольфо пожал им руки, — Я вас не подведу. Джемма — самое лучшее, что есть в моей жизни.

— Мы с Анджело тоже хотели с вами поговорить, но ждали, как вы разберетесь со своими чувствами. Но раз вы любите друг друга и готовы пройти всю жизнь вместе даже без детей, — Джемма и Адольфо переглянулись, а дедушка расплылся в счастливой улыбке, — пришло время вам кое-что узнать. Адольфо, ты помнишь, как тебя представили малышке Джемме, когда ты в 15 лет появился в нашей семье?

— Да. Я ее троюродный брат, — Адольфо не скрывал сейчас своего непонимания сути вопроса.

— Правильно. Так было решено сообщить вам обоим и всем остальным членам Клана. О том, что ты не родственник Джемме и не мой племянник, знаем только мы с Анджело. Адольфо, на самом деле твой отец не был мне двоюродным братом. Он был самым близким моим другом. В тот день, когда Эбигейл и Эми вылетели самолетом в Англию, с ними были и твои родители. Я должен был к ним прилететь вместе с Антонио Марино через три дня. С твоим отцом у нас была договоренность, которую мы оформили письменно, что если кто-то из нас двоих погибает или умирает, то мы воспитываем детей как троюродных брата и сестру. Наш южный сектор Семьи — это территория твоего отца. Согласно его письменной воли, — Филиппо протянул Адольфо запечатанный конверт, — как только ты определишься со своей избранницей и начнешь с ней официально встречаться, вступишь во власть на этой территории. Ты и так ею занимаешься вот уже 8 лет.

Джемма и Адольфо не шевелились, пока слушали Филиппо. Потом девушка начала поглаживать своей рукой его руку, а по ее лицу стали катиться как горошинки слезинки. Все молчали несколько минут.

— Я никогда не сопоставлял дату авиакатастрофы, в результате которой погибла Эбигейл и ее подруга, с датой гибели своих родителей. Когда их не стало, я как раз учился в Англии, а через 3 года вы забрали меня к себе. Помню, что я наотрез отказался учиться в этой стране дальше, меня сильно тянуло на родину. И тогда вы сказали, что на самом деле приходитесь мне двоюродным дядей и рады моему возвращению в Италию, и что у меня есть младшая сестра. В тот момент я был счастлив снова иметь семью, да еще и сестричку, — он выдержал паузу, — Если бы вы знали, Анджело, Филиппо, как я вам благодарен за все, что вы для меня сделали. Я счастливый человек. И самое мое большо счастье — это Джемма. Больше мне ничего не надо. И я так рад, что на самом деле мы не родственники, сможем иметь детей, уж дочку обязательно, — он обнял Джемму, продолжавшую молча плакать, поцеловал ее щеки, лоб, носик и крепко прижал к себе.

— Филиппо, Анджело, вы столько для меня в этой жизни сделали, я хочу отказаться от сицилийской части в пользу клана Манчини. Мы одна семья, которую нельзя разлучать. А вместе мы справимся со всем на свете.

Анджело и Филиппо были тронуты словам этого парня, и тем, что они сейчас видят. А еще они понимали, что Джемма в надежных, благородных и порядочных руках безгранично любящего ее мужчины. А это счастье и для них. Большое человеческое счастье.

ГЛАВА 33

«Боюсь, мой друг, все только началось…»

У.Шекспир

Джуди Митчел через сутки уже была в своей квартире в Америке.

— Привет. Я дома, долетела отлично, все хорошо, — она помахала рукой в видеокамеру.

— Уже скучаю. Отдохни перед работой.

— Сейчас приму душ и спать. Вещи потом разберу.

— Я люблю тебя, Джемма. Будь осторожна.

— Люблю тебя, мой Адольфо. Всем от меня привет. Пока, пока, — она подмигнула и сбросила звонок, отправила отдельные смс папе и дедушке.

Уже утром детектив Митчел в первых рядах приехала на работу, и практически сразу же ее вызвал к себе в кабинет капитан