Исповедь Сатурна - Чингиз Абдуллаев

Сначала был телефонный звонок. Странный телефонный звонок,который я запомнил. Было воскресенье, и мы в это утро собирались поехать вместес Сашей и ее друзьями за город, в наш домик, находящийся в горах. Она уже селав автомобиль, когда раздался телефонный звонок, и мне пришлось вернуться спорога. Нужно было послушать свое сердце и не возвращаться. Хотя какая глупость— верить в приметы. Они бы все равно рано или поздно дозвонились или появилисьу меня дома.

Я вернулся в дом и поднял трубку. Почему-то я не стал ждать,когда включится автоответчик.

— Слушаю вас, — сказал я привычно по-английски,полагая, что это звонит кто-то из друзей Саши.

Но в ответ услышал незнакомый мужской голос:

— Здравствуйте. Это господин Алекс Келлер?

— Да.

«Неужели из рекламного агенства?» — подумал я сраздражением.

— Извините нас, господин Келлер, вы раньше не жили вРоссии? — спросил незнакомец, и я вздрогнул.

— Кто говорит? — спросил я у этого типа.

— Ваш старый знакомый. Я хотел бы уточнить, что вы тот самыйАлекс Келлер, который приехал в нашу страну шесть лет назад.

— Я действительно приехал в Америку шесть лет назад. Нотолько не из России, а из Испании. Кто со мной говорит? Вы не представились.

— Извините. Меня зовут мистер Барлоу я адвокатиммиграционной службы, и мне хотелось бы с вами встретиться.

Только этого мне и не хватало. В этот момент я больше думало неприятностях, связанных с иммиграционной службой, чем о своих бывшихдрузьях. О них я думал меньше всего. Неужели всплыли мои прежние дела в Россиии теперь меня официально депортируют из страны? Неужели спустя столько лет онисмогли вычислить, кто именно скрывается под именем Алекса Келлера?

Я услышал крик Саши. Она звала меня, высунувшись из салонаавтомобиля. Нужно было спешить, но этот звонок вывел меня из состоянияравновесия.

— Извините, мистер Барлоу, — пробормотал я, —мы только недавно получили американское гражданство, и к нам не было никакихпретензий со стороны иммиграционных властей. Во всяком случае, мой адвокат мненичего не говорит.

— Он об этом не знает, — сразу ответилБарлоу, — я думаю, что ничего страшного не происходит. Нам нужновстретиться и обсудить некоторые мелкие проблемы, которые у нас есть. И задатьвам несколько вопросов. Я думаю, вы не станете возражать?

— Нет, конечно. Куда я должен приехать?

— Не беспокойтесь. Мы сами приедем к вам завтра утром.В десять часов. Вас устроит?

— Конечно. Я буду ждать вас, мистер Барлоу. До свиданияпо-английски говорят «бай», съедая первое слово. Он мне так и сказал:«Бай-бай». Почему-то эти слова напоминают мне колыбельную, когда женщины поют«Баю-бай». Может, поэтому я так раздражаюсь, когда слышу это слово. Но яположил трубку и долго стоял, мучительно размышляя, что именно могло произойти.

В этот день мое настроение было испорчено. Ничто меня нерадовало. Ни барбекю, которое мы устроили на поляне перед нашим загороднымдомиком, ни друзья Саши, которые бурно веселились и танцевали шумной компанией.Барбекю — это наш шашлык, только у нас нужно все самим доставать — уголь,специи, разделывать и мариновать мясо. В общем, мы все делали сами. А в Америкевсе можно купить в магазине. Хотя, наверное, сейчас все изменилось, и вроссийских магазинах тоже можно купить уже приготовленное мясо для барбекю.

Мы вернулись домой, и даже Саша обратила внимание на моестранное состояние. Но в тот вечер я ничего ей не сказал. Готовился к разговорус мистером Барлоу прокручивая все детали нашего переезда в Америку. Утром вдесять часов у нашего дома притормозила машина. Из нее вышли двое. Один былкоренастый, лысоватый, с круглым лицом, темно-зелеными глазами, аккуратноподстриженной короткой бородкой и усами. Другой был повыше ростом, с неприятнойвнешностью клубного вышибалы. У него был перебитый нос, мохнатые брови, тяжелыйподбородок. Я еще подумал тогда, что это охранник мистера Барлоу. С человеком,имеющим подобную внешность бывшего боксера, нельзя вести интеллектуальныеразговоры. Но в иммиграционной службе работают разные люди.