Солдаты из гранита - Александр Тамоников

Передав сообщение военному атташе российского посольства, Карим вернулся в управление.

Атташе посольства России в Афганистане, подполковник Леонид Борисович Сомов, получив сообщение Редана, тут же связался с генералом Володарским, начальником антитеррористического управления, указом президента России назначенного руководителем всех мероприятий спецслужб по недопущению расширения влияния ИГИЛ в Афганистане.

Генерал-полковник ответил лично и без промедления:

— Добрый вечер, Леонид Борисович.

Володарский мог позволить себе говорить открытым текстом, так как связь осуществлялась через специальные спутники импульсной, защищенной связи.

— Здравия желаю, Александр Михайлович.

— Судя по твоему звонку, у тебя есть новости.

— Есть, товарищ генерал-полковник.

— И, конечно же, добавишь: одна плохая, другая очень плохая, с какой начать, да?

— Никак нет, новость одна, оценить ее предстоит вашим специалистам.

— Слушаю тебя.

— На меня вышел Карим.

— Вот как? Значит, что-то серьезное, мы не задействовали его последний год. Что он передал?

Сомов доложил суть переговоров с подполковником Реданом.

— Так, — проговорил Володарский, — значит, Карим сбросит информацию в 22.00?

— Так точно!

— Ты вот что, подполковник, сразу же переправь ее в закодированном виде в Москву. Офицеры технического отдела будут ждать. Посмотрим, что передал Карим. Но не мелочь, уж точно. Ради мелочи он не стал бы выходить на контакт.

— Так точно.

— Как в Кабуле, Леонид Борисович?

— Тепло, днем жарко, сейчас терпимо.

— А в Москве второй день дождь, и холодно, всего пять-шесть градусов.

— Я бы с удовольствием поменял кабульскую теплую погоду на непогоду в России.

— Это понятно, но каждый должен быть на своем месте. Вот и ты сегодня задержись в кабинете, после отправки сообщения Карима, возможно, придется реагировать в экстренном порядке.

— Как обычно. У нас по-другому не бывает.

— Здесь я с тобой согласен. В общем, жду информацию. Не прощаюсь.

— До связи, Александр Михайлович.

Военный атташе отключил аппаратуру, прошел в жилой корпус, у него было время для отдыха.

Генерал-полковник Володарский после сеанса связи с Кабулом позвонил в Службу внешней разведки, генерал-майору Каманину. Володарскому недавно присвоили очередное звание, Каманин тоже был представлен, но его присвоение перенесли на февраль, чтобы на День защитника Отечества прикрепить к погону вторую золотую звезду.

— Здравствуй, Александр Михайлович, богатым будешь. Или я буду, не разбираюсь в приметах. Только что сам собирался звонить тебе.

— Значит, оба будем богатыми. Хотя вряд ли. Ладно, зачем хотел позвонить?

— Хотел, но позвонил ты, тебе и отвечать.

— У меня пока ничего особенного нет, кроме того что на связь в Кабуле неожиданно вышел Редан.

— Начальник отдела ГУНБ?

— Да. Но информацию, что он сбросил, я получу только после 22.00. Вот и хотел узнать, у тебя что-нибудь новое по Афгану есть?

— Есть кое-что, Александр Михайлович. Получена информация агентуры в Пакистане. По данным агентов стратегического внедрения, у селения Наваруст, можно сказать, в самом селении, которое расположено недалеко от Пешавара, появилась колонна из шести машин, двух внедорожников, вооруженных пулеметами, и четырех грузовиков, два из которых тентованы, и тенты запломбированы. С колонной прибыли сорок девять человек, сорок из которых, судя по поведению, новобранцы. Интересный факт, у них форма и знамена ИГИЛ. Старший отряда — некий Наджиб Кадери, с ним опытные бойцы. Стоянка, очевидно, временная. Командир отряда постоянно выходит на связь с неустановленным абонентом в Афганистане. Примечательно то, что от Наваруста идет прямая дорога к Хайдарскому проходу и далее к Джелалабаду, а оттуда можно попасть в любой район страны. Агенты также отмечают посещение Наджибом Кадери начальника пакистанского погранотряда, заставы которого контролируют в том числе и проход.

— И что все это, по-твоему, означает? — спросил Володарский.

— «Духи» однозначно собираются в Афганистан, но кого-то или чего-то ждут. Непонятно, зачем перебрасывается неподготовленный отряд. При желании эмиссары ИГИЛ могли нанять в Пакистане сотни профессиональных наемников, а набрали молодых, необстрелянных.

— Если бы мы, Георгий Алексеевич, знали, что на уме у террористов, то давно бы уничтожили их, — вздохнул Володарский.

— Это так, но нет ничего хуже «непоняток». Терпеть не могу, когда ситуацию запутывают до предела.

— Гораздо хуже, если без предела. Но ладно. Информацию принял. Посмотрим, что скинул Карим. Возможно, его информация прояснит ситуацию и со странной колонной в Наварусте.

— Ты тогда позвони мне.

— А разве домой не поедешь? На квартиру я позвонить не могу, сам понимаешь, секретность.

— Я задержусь, тем более что у меня еще полно дел. Сегодня на связь должны выйти ребята из Сирии и Ирака. А информацию оттуда надо рассматривать немедленно.

— Понятно, хорошо, Георгий Алексеевич, я позвоню. До связи.

— До связи, товарищ генерал-полковник.

Володарский положил трубку и по внутренней связи вызвал помощника капитана Власова.

— Слушаю, товарищ генерал-полковник, — ответил тот.

— Тебе придется задержаться. И найди Жукова, он тоже будет нужен.

— Понял.

— Еще позвони в столовую, пусть на троих приготовят ужин на 20.00.

— Ужинать будем в столовой?

— Да.

— Понял, выполняю.

— Послушай, Гена, тебя жена еще из дома не выгоняет?

— Нет, но ситуация близится к этому.

— Да, не повезло нашим женам. Ладно, заказывай ужин, найди Жукова и можешь съездить домой до 21.30. Так что заказывай две порции. В 21.40 быть в управлении.

— Разрешите остаться, Александр Михайлович? Я лучше в управлении побуду.

— Тогда три порции.

Володарский отключил телефон, откинулся на спинку кресла и подумал: хуже нет — ждать, тем более неизвестно чего. А Карим мог сбросить такую информацию, решение по которой придется принимать немедленно, и это значит, не исключено, что и выходить на Самого. Ну, что там гадать, как говорится, поживем — увидим. Не в первый раз разруливать экстренные ситуации. Желательно, конечно, работать в плановом режиме, но не получается. Все больше по обстановке и в режиме реального времени.

В 22.10 в кабинет вошел капитан Власов, доложил: