В поисках Валгаллы - Клайв Касслер

— Пахнет неплохо, — заметил он.

— Так и должно быть, я влила в это блюдо полбутылки вина.

— Тогда нам не понадобятся коктейли. Твои слушания закончились? — спросил он, когда обед подошел к концу.

— Во вторник состоится заключительное заседание.

— Тебе повезло с Салли.

Лорен кивнула:

— Если бы не она, Зейл все еще разгуливал бы по земле, обделывая свои грязные делишки. Его самоубийство решило множество проблем.

— Что ожидает его сообщников?

— Им будет предъявлено обвинение. Сейчас в Министерстве юстиции все сотрудники работают сверхурочно, возбуждая дела против тысяч чиновников и политиков, получавших взятки от его шайки. Последствия этого скандала будут ощущаться еще долгое время.

— Будем надеяться, что это послужит хорошим уроком для тех, кто ради денег готов пойти на все.

— Большая группа следователей и аудиторов как раз занимается офшорными инвестициями и банковскими счетами Зейла и его подручных.

Питт замолчал, уставясь в бокал, в котором плескались на донышке остатки недопитого вина.

— А что будет с нами?

— Все останется по-прежнему.

— Ты в Конгрессе, а я под водой, так, что ли? — не без горечи произнес он.

— Так будет лучше для нас обоих, — сказала Лорен, но уже заметно смягчившимся тоном.

— Выходит, прощайте навсегда мои надежды в один прекрасный день стать дедушкой?

— Не так просто конкурировать с призраком.

— Саммер? — медленно проговорил Питт, и глаза его заволокло дымкой воспоминаний.

— Ты никогда не сможешь забыть ее.

— Мне казалось, что однажды это удалось.

— Мэйв?

— Когда Саммер погибла в море, а Мэйв умерла у меня на руках, внутри меня что-то оборвалось. — Он потряс головой, словно пытался стряхнуть с себя воспоминания, как собака стряхивает воду, потом потянулся к Лорен и поцеловал в губы. — Но сегодня у меня снова есть чудесная женщина, которую я, к моему стыду, ценю куда меньше, чем она того заслуживает.

И надо же было так случиться, чтобы именно в этот душещипательный момент кто-то позвонил в дверь ангара.

— Ну кого еще там принесло, черт бы его побрал?! — недовольно проворчал Питт, переведя взгляд на экран монитора видеокамеры, установленной над входом.

Перед дверью он увидел молодую пару: мужчину и женщину. Рядом на каменных ступенях стояло несколько чемоданов.

Брови у Питта поползли вверх.

— Похоже, они приехали надолго, — ядовито заметила Лорен.

— Понятия не имею, кто они такие.

Он уже собирался нажать кнопку интеркома, но Лорен удержала его руку:

— Я спущусь вниз и постараюсь избавиться от них.

— Интересно, что они подумают, увидев тебя в таком виде, — ухмыльнулся он.

— Я поговорю с ними, не открывая двери.

Питт пожал плечами и потянулся за своим бокалом, но не успел сделать и глотка, как Лорен позвала его снизу:

— Дирк, думаю, тебе лучше спуститься.

Странная интонация ее голоса заставила его насторожиться. Он отставил бокал в сторону и спустился по трапу. Лорен, приоткрыв входную дверь, разговаривала с посетителями.

Оба выглядели немногим старше двадцати. Молодой человек на добрый дюйм превосходил ростом хозяина дома и имел такие же, как у него, волнистые черные волосы и зеленые глаза. Питт внимательно вгляделся в его лицо, и у него перехватило дыхание. Ему показалось, что он видит свое зеркальное отражение, только помолодевшее лет на двадцать пять.

Он перевел взгляд на девушку, и сердце у него ёкнуло. Разве можно было забыть эти рыжие волосы и огромные серые глаза. Воспоминания нахлынули на него, и он вынужден был ухватиться за створку двери, чтобы не упасть.

— Мистер Питт, — сказал молодой человек, улыбаясь.

Это был не вопрос, а констатация факта. Лорен невольно вздрогнула, увидев эту улыбку, так похожую на ту, которую она много раз видела на лице любимого.

— Да, я Дирк Питт.

— Мы с сестрой давно мечтали встретиться с вами. Уже двадцать три года, если быть совершенно точным.

— Ну что ж, вот мы и встретились. Чем могу быть полезен? — спросил Питт, заранее зная, какой ответ услышит.

— Мать была права, мы очень похожи.

— Ваша мать?

— Ее звали Саммер Моран, а ее отца и нашего деда — Фредерик Моран.

— Она и ее отец умерли во время подводного землетрясения на Гавайях много лет назад.

— Мать выжила, хотя и осталась калекой. У нее был поврежден позвоночник, сломаны обе ноги и изуродовано лицо. Она больше не могла ходить и на всю жизнь осталась прикованной к постели и инвалидному креслу.

— Я не могу... Нет, я не верю этому! Я потерял ее в океане, куда она бросилась, чтобы спасти отца.

— Поверьте мне, сэр, — вступила в разговор девушка, — это чистая правда. Мать сильно покалечилась при столкновении с подводными скалами, но ее вытащили и спасли люди деда. Проплывавшая мимо рыбачья лодка подобрала их и доставила на ближайший остров. Оттуда мать переправили в Гонолулу, в госпиталь, где она месяц находилась между жизнью и смертью. Большую часть пребывания там она оставалась без сознания и не могла даже назвать своего имени. В конце концов примерно через год, когда она более или менее оправилась, ее перевезли в дом отца на остров Кауаи, где она и оставалась до своей смерти. К счастью, весьма значительное состояние, доставшееся ей в наследство, позволило ей иметь все необходимое, в том числе квалифицированный медицинский уход.

— Когда же и где родились вы и ваш брат? — спросила Лорен, безуспешно пытаясь скрыть свои прелести под пресловутым пиджаком.

— Мы родились в госпитале, где она лежала, спустя примерно девять месяцев после землетрясения.

— Вы близнецы? — удивилась Лорен. — Вот уж ни за что бы не подумала!

Девушка улыбнулась:

— Да, хотя между нами мало сходства. Мой брат похож на своего отца, а я на мать.

— Почему она не известила меня? — нервно спросил Питт.

— Мать была уверена, что, сделай она это, вы немедленно примчались бы на Гавайи. Она не желала, чтобы вы видели ее искалеченное тело и обезображенное лицо. Ей хотелось, чтобы вы помнили ее такой, какой она была раньше.

— Если бы я только знал! — простонал Питт.

— В этом нет твоей вины, — попыталась утешить его Лорен. — Согласись, у нее были веские основания хранить свой секрет.

— Если она еще жива, я хочу знать, где она сейчас.

— Мать умерла месяц назад, — сказал молодой человек. — Последнее время она очень плохо себя чувствовала. Она похоронена на родном острове, на холме с видом на океан. Она боролась за свою жизнь до тех пор, пока я и сестра не закончили колледж. Только тогда она рассказала нам о вас. Ее последним желанием было, чтобы мы встретились с вами.