Карьерист. Трилогия - Антон Фарутин

— Вот! Я тебе про то и толкую! НЕ-НОР-МАЛЬ-НО. — по слогам произнес и снова возбужденно заулыбался Баринов, в глазах которого уже заплясали азартные огоньки.

— Ты хоть видишь какая низкая квалификация у людей пошла? Как людишки измельчали? Что стало нормой? Не пьет и в открытую не ворует — уже хорошо, а? Нет, у нас такого добра навалом, а вот толковых, правильных парней — единицы! И этот мне нравится! Так что ты, Виталя, делай свою работу, копай глубже, но напрямую его не трогай, не вспугни. Я чувствую, этот сокол еще расправит свои крылья и полетит. А мы знаешь где будем? Мы, Виталик, на этих крыльях еще выше взлетим. Мы всех сделаем, и весь НПЗ нашим станет, вот увидишь. Время только нужно.

Баринов остановил свой монолог, поняв, что как всегда начинает распаляться. Он вдруг резко погрустнел, и на его лицо набежала серая тень скорби. Он замолчал на время, находясь мыслями в совершенно другом месте.

— Так что не перегни палку, Виталик. Аккуратно работай, — наконец тихо произнес он, подводя резюме встречи.

С докладом было покончено, но Шекнер не уходил. Он молча смотрел на Баринова, ожидая разрешения хозяина кабинета. Президент Галактион Групп тоже молча смотрел на Шекнера, на душе у него было тяжело и муторно. Казалось эта игра в молчанку будет вечной. Наконец Баринов сглотнул, набрал воздуха в легкие и спросил:

— У Тимофея был?

— Да.

— И..?

— К сожалению, ничего нового. Сам Тимофей все еще не в себе, поговорить с ним пока не представляется возможным. Как только состояние изменится, мне сразу доложат.

Баринов помрачнел и отвел взгляд, его кулак непроизвольно сжался.

— Я говорил с замначальника СИЗО, ему будут обеспечены максимально комфортные условия.

— Э-э-эх..

Баринов протянул что-то неопределенное и махнул рукой, отпуская Шекнера. Начальник службы безопасности взял со стола папку, молча поднялся, плавно развернулся, и не прощаясь вышел из кабинета. Баринов оперся локтями о столешницу массивного стола и положил голову, ему было невыносимо тяжело.

**

Демьян Петрович был в задумчивости целый день. Ему не давали покоя события минувшего дня — и микрофоны оказавшиеся в его кабинете сразу после беседы в Нефтяном Клубе, и охранники, топавшие за ним следом от дома до работы и обратно. Прямо натуральный конвой получался.

Вечером в коридоре около приемной он случайно встретился с юристом Савицким и Шекнером, выходящими из кабинета босса. Савицкий бодро прошел мимо, погруженный в свои собственные мысли, а Шекнер как обычно подозрительно глянул на Демьяна, но все же спросил:

— Все в порядке?

— Да, все отлично, спасибо. Только хотел вас спросить — может быть мне одного охранника будет достаточно? А то как-то в машине совсем тесно стало, а я думаю ничего страшного не случится…

Шекнер просверлил взглядом Демьяна, и быстро прикинув что-то в уме, сказал:

— Посмотрим…

На этом диалог был закончен, и Шекнер развернувшись, ушел по коридору. Демьян остался в приемной один. Он взглянул на часы, было 19:30, пора было готовиться к отъезду.

Он вернулся в свой кабинет и принялся собирать вещи. В дверь негромко постучали и вошла Агафья Сергеевна, миловидная старушка в темно-синем халате.

— Не помешаю? — спросила уборщица и не особо дожидаясь ответа, поставил на пол ведро с водой и принялась по хозяйски протирать тряпкой ручки двери.

Затем она прошла к подоконнику, отдернула штору и стала протирать его той же тряпкой. Агафья Сергеевна убирала кабинеты директоров Галактиона уже восьмой год и очень гордилась своей работой. Ей импонировало, что она лично знает все руководство и особенно нравилось, что сам Андрей Михайлович не раз делал ей комплименты. То скажет «вы сегодня хорошо выглядите», то похвалит ее деревянные бусы — «ах, какие у вас бусы шикарные». В общем, старушка была крайне довольна и работой и зарплатой, которую ей платили.

Демьян Петрович постарался поскорее собрать свои вещи и уйти, ибо знал что сейчас начнется влажная уборка пола, вынос мусора из корзин и тому подобная суета, в которой ему не было места. Попрощавшись с Агафьей Сергеевной, он вышел и направился вниз к посту охраны, где ему навстречу уже вышел водитель Слава.

— Едем? — бодро спросил он.

— Едем, — в тон ему ответил Демьян Петрович.

Сев в машину, он к своей радости заметил, что хитрый Шекнер все же внял его просьбе и оставил только одного охранника. Теперь Демьяну будет проще делать свою работу, так как перехитрить одного будет проще, чем двух.

— Домой? — спросил Слава, выезжая со служебной парковки.

— Нет, мне надо сначала в одно место заехать. Тормозни у метро — я цветы куплю, — сказал Демьян и поудобнее устроился на заднем сиденье.

Купив небольшой букет цветов, он сказал Славе ехать в сторону улицы Ленина. У небольшого четырехэтажного дома Демьян приказал остановить машину:

— Ну, тут я сам, ребята, — сказал он и оставил скучать в машине охранника и водителя.

Подхватив портфель и букет, Демьян вошел в подъезд. Закрыв за собой дверь, он немного постоял, прислушиваясь не идет ли кто следом, а затем поднялся на два пролета вверх. Осторожно выглянув в окно на лестничной площадке, Демьян убедился, что водитель и охранник мило о чем-то беседуют сидя в машине. Демьян быстро спустился вниз на первый этаж, прошел мимо почтовых ящиков, и свернув в сторону лифта прошел дальше. Там находилась вторая дверь с лестницы, которая выводила в проходной двор. Центр города представлял собой плотную хаотичную застройку старыми домами, но для разведчика это был просто рай.

Пройдя через маленький палисадник и миновав еще две проходные арки, Демьян Петрович очутился на соседней улице, где стояла с заведенным двигателем старая Нива. Когда Демьян сел в нее, машина плавно, но уверенно тронулась. Водитель не задавал никаких вопросов, а просто вел машину к условленной точке.

Когда Тарасов в первый раз рассказал Демьяну о точке эвакуации, тот не воспринял слова генерала всерьез, все-таки они не в шпионов играли. Но теперь, сидя хоть и в старенькой, но весьма резвой Ниве, он понимал, что Тарасов был опытным волком и предусмотрел многое. И самое главное — все-таки Демьян играл именно в шпионов, причем уже не играл как это было поначалу, а четко осознавал всю серьезность своего положения.

Минут через семь-восемь Нива остановилась на набережной около небольшого сквера с десятком аккуратных скамеечек и детской площадкой. С одной из скамеек поднялся всемогущий дядя Гоша с газетой в руке, и не глядя в сторону Нивы, зашагал вдоль гранитного парапета. Он был одет в длинную плотную куртку непонятного серого цвета и такие же неприметные серые брюки. В целом он больше походил на пенсионера, идущего в магазин за хлебом, нежели на представителя спецслужб. Демьян оставил букет в машине, взял портфель и вышел на улицу. Вскоре он поравнялся с неспешно прогуливавшимся генералом.

— Ну, как успехи? — спросил дядя Гоша. — Говорят с тобой уже ребята из ФПГ начали общаться.

— Откуда вы знаете? Ах, да, вам ли не знать, — сказал Демьян, поражаясь всегдашней осведомленности Тарасова. — Поговорили немного, да и разошлись. Правда, теперь Шекнер ко мне охранника приставил, ну да это я думаю вы тоже знаете.

Тарасов неопределенно кивнул головой. Они приблизились к гранитному шару, отмечавшему начало спуска к воде. Дядя Гоша уверенно начал спускаться по широким гранитным ступеням. Оказавшись внизу, Демьян обнаружил, что теперь они полностью скрыты от посторонних глаз и могут спокойно пообщаться.

— Вот у меня тут еще небольшой сувенир, не знаю правда от кого. — Демьян вытащил из портфеля жестяную коробку и приоткрыв показал содержимое генералу.

— Шустро они! — довольно хмыкнул дядя Гоша и аккуратно поводил пальчиком между проводами, рассматривая конструкцию. — Работа, конечно кустарная, но в целом свою функцию выполняет.

Он достал из коробки пучок проводов