Последний путь - Антон Ярыгин

— Никак нет! — ответили солдаты хором.

— Разойтись и выполнять, — махнул рукой капитан.

* * *

Петренко не просто так отправил Гаджиева в трущобы. Ему хотелось, чтобы тот поумерил свой гонор. И он знал, что с тем подходом, который наверняка попробует применить лейтенант, у него ничего не получится. А вот отправляемых за периметр ему было действительно жаль: маловероятно, что им удастся найти беглецов. А если и удастся, то вряд ли они согласятся вернуться домой. Потому что знают, что здесь их ничего хорошего не ждёт.

Тем не менее у него самого была работа, которую тоже надо было сделать. Почему он сам, а не кого-либо из воинов отправит — тут дело личное, пожалуй.

* * *

— Сергей Иваныч, — заходит к начальнику Тохи и Коляна секретарь, — тут эта…

— Что? — спрашивает Сергей Иванович.

— Мягков и Красиков не явились сегодня. И на связь не выходят, — секретарь разводит руками.

— А от меня-то что? — не понимает его начальник.

— Так вы же должны быть в курсе? — говорит секретарь.

— Ну теперь да, в курсе. Дальше? — крутнулся в кресле начальник.

— На кордоне говорят, что они вчера видели, как они на машине с прицепом валили из города, — поясняет подчинённый.

— С прицепом? — удивлению Сергея Иваныча не было предела.

— Да. Такой знаете, типа домика, — говорит секретарь.

Сергей Иванович понял, про какой прицеп сказал ему секретарь. Похоже дело пахнет жареным. Ему бы тоже такой прицеп и такую машину…

— А чего ради они валили отсюда? — забеспокоился начальник.

— Да за ними какая-то чёрная машина гналась, — пожимает плечами секретарь. — Без опознавательных знаков.

— Ясно, спасибо. Увольняй обоих — они не вернуться, — махнул рукой начальник.

— Есть, — секретарь разворачивается и уходит.

Всё, сомнений быть не может — их контрабанда заинтересовала кого-то наверху. Либо что-то ещё. В любом случае — к нему придут. Однозначно. Поэтому он начал тоже собираться. И довольно быстро. Схватил какую-то сумку и начал грести всё подряд: свою одежду, книги, графин с водой. Про оружие тоже не забыл — в этом мире без него никак.

— Доброе утро, Сергей Иванович, — раздалось со стороны двери.

Несостоявшийся беглец глянул на Петренко и обомлел: он никогда раньше не видел своего соседа по лестничной клетке в форме СБ союза глав города. Вдобавок он глянул на его погоны и понял — всё, далее бег невозможен.

— Здравствуйте, чем обязан? — как можно более непринуждённо отвечает он Петренко.

— А вы, как я погляжу, куда-то торопитесь? — Петренко только лишь слегка приподнял левую бровь.

— Нет-нет, что вы? Что-то случилось? — как можно спокойно отвечает Иваныч.

— Короче, Сергей, — отвечает Петренко, усаживаясь в кресло неподалёку. — Не буду ходить вокруг да около. Двое твоих людей похитили то, что является правительственной собственностью.

— И что же? — Сергей уселся в своё рабочее кресло и облокачивается на стол.

— Тебя это волновать не должно. Где они? — вперивает взгляд в Сергея капитан.

— Без понятия. Куда-то сбежали, — честно отвечает Сергей.

— Ах да! Откуда у них деньги на кемпер? Откуда у них деньги на его броню? Откуда деньги на пулемёт? И на много ещё чего, а? — Петренко рывком поворачивается на пол-оборота к хозяину кабинета.

«Ничего себе экипировались, ребята!» — думает Иваныч. Теперь ему стало интересно — откуда деньги он догадывался. Но вот куда они так рванули — неясно.

— Не могу знать, — отвечает он, разводя руки в стороны.

— Ладно, тогда про деньги: наверняка они успели сбагрить всё имущество, которое хотели бросить. Но ведь из официальных источников им бы только на бронированный прицеп хватило бы. Так откуда? — слегка наклонив голову спрашивает капитан.

— Ничего не знаю, — отвечает Сергей.

Петренко резко встаёт и рывком подходит к столу. Затем наклоняется над ним так, что его лицо оказалось близко к лицу Сергея. Руками упирается в стол, обнажая расстёгнутую кобуру. Сам же Иваныч резко откатывается на стуле в стену.

— Всё ты знаешь! И про контрабанду из-за периметра, и кому что сбываете! — обходит стол капитан.

— Тогда что ты от меня хочешь? — Сергей становится обратно невозмутимым.

— Я хочу знать о них всё! — Петренко хватает левой рукой Сергея за ворот.

— Да-да, я им говорил, что их дела ни к чему хорошему не приведут, — начал Сергей, однако капитан резко потянул его за ворот, затем быстро перехватил и впечатывает его головой в стол.

— Не ври! — кричит ему в ухо Петренко.

— Ох! — хватается Иваныч за разбитый нос. — Ладно, ладно! Короче…

Далее он рассказывает, что Тоха с Коляном — единственные, кто мог ездить далеко за периметр. Потому что у них одних был автомобиль, а не электромобиль. Начальство прикрывало глаза на их вылазки только потому, что они привозили действительно стоящие вещи. Которые, вдобавок, имели низкий фон.

— Я с этих поставок тоже кое-что имел, — продолжает каяться он. — Но куда они дальше всё девали — неизвестно. Во всяком случае мне.

— Короче, — капитан ослабил хватку, отходя от стола, — тебе рекомендую написать по собственному. Если не хочешь вылететь с позором, конечно. Потому как ты просто подтвердил всё то, что мы знаем. И срок за твои делишки тебе идёт нехилый.

Он развернулся и пошёл. Дойдя до двери он резко оборачивается к Сергею и добавляет:

— Ах да, чуть не забыл: за такие дела вообще возможен расстрел, — и так добродушно улыбаясь махнул рукой, разворачивается к двери и бросает через плечо: — Удачи!

* * *

Гаджиев был опытным воякой. Во всяком случае он так думал. Ему было непонятно — зачем капитан отправил с ним кучу людей? Он один в этих трущобах такого шороху наведёт, что вся тамошняя голытьба будет дрожать от страха даже после его ухода. Поэтому он особо не заморачивался тем, что надо бы разделиться, зайти с разных сторон. Он зашёл в трущобы как победитель. Однако почему-то никто не стремился упасть к нему в ноги. Более того — вообще никого не было. И тут до него начало доходить, что что-то тут не так… И тут он видит мужика, который смотрится… Не то, чтобы как нищий или бич — одет довольно опрятно. Но видно, что одежда, как бы это сказать? Второй, если не третьей, свежести.

— Ну здравствуй, рядовой Гаджиев, — обращается нищий к нему.

— Для тебя лейтенант Гаджиев, нищеброд! — он резко гаркнул, и девятнадцать стволов направились на мужика.

Внезапно, со всех сторон, появилась куча стволов,