Слепой стреляет без промаха - Андрей Воронин

– Ладно, тогда я возьму белые.

Быстро расплатившись, купив большой букет, Глеб аккуратно взял его на руки – так, как обычно держат маленького запеленутого ребенка, и направился к машине. Он даже не стал дожидаться, когда девушка отсчитает сдачу.

– Богатый, наверное, – сказала одна из девушек.

– Если бы он был очень богатым, – заметила другая, – то наверняка не ездил бы на «восьмерке».

– Это ни о чем не говорит, – ответила подруга. – Ты видела его часы?

– Нет, на часы я не обратила внимания.

– Так вот, такие часы стоят штуку баксов.

– Сколько?

– Штуку, – улыбнувшись, сказала девушка. – Один мой знакомый бизнесмен купил себе такие.

– Да ладно тебе врать! Все твои бизнесмены торгуют в ларьках.

Девушки расхохотались, понимая, что каждая из них по-своему права…

Глеб слышал их разговор. Да, действительно, часы у него были дорогие.

Куплены они были не здесь, не в России. Когда-то давно он купил их в специализированном магазине. Он долго выбирал, приценивался. То, что он искал, ему не попадалось. Но вдруг он увидел хронограф. Часы лежали в дальнем углу витрины на черном бархате.

– Вот эти покажите, – сказал тогда Глеб, и услужливый хозяин магазина туг же достал часы.

Глеб примерил. Это было именно то, что ему хотелось. И Глеб Сиверов даже не стал торговаться. Он рассчитался и, довольный, покинул магазин.

«Да, девочки, вроде бы на вид простушки, а в вещах разбираются. И глаз у них наметан. Ладно, все это ерунда».

Глеб удобнее устроился на сиденье, положив шелестящий букет рядом с собой.

«А вот теперь можно к Ирине», – подумал он, повернул ключ, запустил двигатель, и его «восьмерка» рванула с места, взвизгнув колесами.

– Ну и ездит! – сказала девушка, глядя на быстро удаляющиеся красные габаритные огни «восьмерки».

– Сломает голову, – заметила подруга, и они опять захохотали.

– Везет тебе на богатых клиентов, Соня! Везет.

– Да, вот такая я, – сказала девушка. – Вот повезло бы мне еще на мужа, никогда бы не торчала здесь на улице.

– А мне нравится продавать цветы. Все-таки это хороший товар.

– Мне, если признаться, тоже нравится. Но я не люблю, когда покупают четное количество роз.

– А кто же это любит? – отозвалась подруга.

И они вновь стали серьезными, сосредоточенными, снова стали смотреть по сторонам, выглядывая покупателя.

И, завидев мужчину или женщину, обративших внимание на их цветы, начинали зазывать:

– У нас, только у нас самые лучшие розы! Самые свежие! Возьмите, мужчина, в подарок! Возьмите, не пожалеете!

Но час был довольно поздний, и вскоре девушки стали собираться, тем более что приехал «пикап», который забирал их цветы, чтобы завтра вновь привезти девушек и цветы на это место, рядом с ВДНХ.

* * *

Москву Глеб знал прекрасно. Он свернул в Берингов проезд и уже через семь минут оказался у дома Ирины Быстрицкой. Из автомобиля он взглянул на окна ее квартиры. На окнах кухни были жалюзи. Ему даже показалось, что сквозь них он видит силуэт Ирины.

«Наверное, волнуется. Какой же я все-таки…»

Но он не стал додумывать. Он резко свернул к дому, заехал во двор и вклинился своей «восьмеркой» между «москвичом» и обшарпанным «джипом». Затем выбрался из машины, бережно взял шелестящий сверток, огляделся по сторонам.

Ничего подозрительного не было. Двор был тих и спокоен. У одной из машин под развесистой акацией возились двое парней. Они были явно чем-то озадачены.

Капот их «жигулей» был поднят. Один светил зажигалкой, второй, отчаянно матерясь, копался в моторе. В другой раз Глеб, наверное, помог бы, но не сейчас.

Сейчас он думал об Ирине.

Глеб быстро взбежал по лестнице и остановился перед дверью, обитой коричневым дермантином. Приложив букет к глазку, нажал на кнопку звонка. За дверью послышалось движение. Глеб реально представил себе, как Ирина прильнула к глазку.

– Кто там? – раздался ее голос, в котором была радость.

– Это я, – ответил Глеб, и дверь тут же раскрылась. В мягком свете прихожей стояла Ирина. На ней был шелковый золотистый халат. Ее темные глаза блестели, волосы волнами падали на плечи.

– Ух! – воскликнул Глеб, переступая порог. – Это тебе, Ирина, – он подал букет.

– Какая прелесть! – воскликнула женщина, уткнувшись лицом в пряно пахнущий букет. – Какие они прекрасные! Здравствуй, Федор, – Ирина отвела в сторону букет, привстала на цыпочки и нежно поцеловала Глеба в губы.

Он обнял ее за плечи, прижал к себе и почувствовал своим телом, что и Ирина прильнула к нему. Ее полные губы приоткрылись, и Глеб жадно поцеловал женщину.

– Хватит, хватит, не здесь… – сказала Ирина, увлекая Глеба в квартиру.

Защелкнулась дверь. Глеб оглянулся. Он всегда реагировал на всевозможные щелчки и металлические звуки, тем более, щелчок замка был похож на щелчок взводимого затвора.

– Ты задержался, и я уже начала волноваться.

– С машиной возникли проблемы.

– Что такое? – поинтересовалась Ирина.

– Да что-то не хотела заводиться. Пришлось повозиться.

Глеб соврал, но не почувствовал никаких угрызений совести. Ирина взяла руки Глеба в свои ладони и посмотрела на них. На одном из суставов была кровь.

– Ты где-то поранился, Федор?

– Да, когда открывал капот, – вновь соврал Глеб. Ирина знала Глеба как Федора Молчанова.

– Ну что же ты стоишь, проходи, – сказала женщина, заглядывая Глебу в глаза.

– Погоди, дай я на тебя полюбуюсь, – сказал Глеб и отошел чуть в сторону.

Ирина была хороша собой. Ее влажные черные волосы вились крупными локонами. Ирина улыбалась. Ее лицо сияло.

– Где ты пропадал так долго, Федор? – негромко спросила она.

– Да ты знаешь, были дела…

– По-моему, ты загорел.

– Нет, просто обветрился.

– Ну проходи же, проходи к столу. Я тебя ждала, приготовила пирог, сделала несколько салатов. Извини, все это было сотворено на скорую руку. Ты позвонил и предложил поужинать, но я подумала, что самый хороший ужин – это дома – Да, конечно, – кивнул Глеб, подошел к Ирине, прижал ее к себе и поцеловал в шею Он ладонями провел по спине Ирины и почувствовал, что кроме халата на ней ничего нет. И это его взволновало – Ну пойдем же, пойдем к столу.

– Погоди, я помою руки.