Искатель неприятностей - Борис Седов

Когда в квартиру настойчиво позвонили, мы еще спали – было только начало двенадцатого.

– Твою мать! – сквозь сон пошлепала губками Василиса. – Кого… черти несут… чуть свет… Не открою! – Она все же выбралась из-под одеяла и прошлепала босиком к входной двери. – Кто там?

Я не смог разобрать, что ей ответили. Но говорили довольно долго. Василиса молчала и слушала. Потом наконец пробурчала сварливо:

– Откуда я знаю? Он мне не сват и не брат.

– …сосед, – невнятно проквакало ей в ответ.

– Ну и что из того, что сосед? Я должна следить за его перемещениями?

Я догадался, что разговор идет обо мне и, подскочив с кровати, на цыпочках подошел к месту событий. Василиса оторвалась от глазка и прижала палец к губам: мол, потише, ты, конь!

– Наверное, в какой-нибудь больнице, – соврала она в ответ на не расслышанный мною вопрос. – Где ж ему быть после того, как над ним потрудились ваши коллеги?

– Это ведь вы тогда вызвали «скорую»? – прозвучало из-за двери.

– Никого я не вызывала. Просто у меня не было выбора. Те мерзавцы уже хотели наброситься и на меня. Так что мне ничего не оставалось, как их припугнуть.

– Девушка, так мы и проводим служебную проверку. Надо снять с вас показания. Уделите нам десять минут.

– Я вам и так уделяю.

– И что, мы будем общаться через дверь? Откройте, пожалуйста.

– Шиш вам, – прошептала Василиса. И уже громче добавила: – Не открою. Я вас боюсь.

– Я поднесу к глазку удостоверение.

– Ваши корки сейчас не продаются разве что в аптеках. Так что, если хотите снять с меня показания, вызывайте повесткой. А сейчас либо беседуем через дверь, либо разговор окончен. Не тратьте попусту время и проваливайте.

За дверью пробормотали ругательство. Но послушались и свалили.

А Василиса накинула на плечи халатик и устремилась к кухонному окну. Чуть сдвинув жалюзи, она принялась наблюдать за улицей, попутно докладывая мне о том, что видит.

– Двое жлобов. В партикулярном. Ха, проводят проверку, пришли снимать показания, а ни у того, ни у другого нет с собой даже папочки! Так я им и поверила!

– Думаешь, не менты? – Я, уже почти полностью вернувший себе дееспособность, достал из холодильника пакет с молоком и колбасу.

– Менты, – уверенно сказала Васюта. – Кто ж еще? Ты бы видел их рожи!

– Они и правда проводят проверку?

– Не будь таким наивным, зайка. Проверить этих мерзавцев могут только три инстанции: прокуратура, ФСБ и служба их собственной безопасности. Но ни там, ни там, ни там о том, что случилось с тобой, не знают. Ты ж не писал никаких заявлений?

Я покачал головой и принялся нарезать булку для бутербродов: «И ведь отлично знает, паршивка, что я даже не помышлял о том, чтобы дать этой истории ход. Тем паче, о том, чтобы куда-то строчить заявления. Не до того было, прийти бы в себя после побоев».

– Вот видишь, не писал. Значит, никакой проверки; значит, легавые просто решили тебе добавить. Или тебя добить, – рассуждала Василиса. – Представь, что ты сейчас оказался бы дома и пустил их к себе. Вы мило бы побеседовали, попивая на кухне чаек, тебе бы пообещали, что виновные в твоем избиении будут наказаны. Потом один из этих уродов зашел бы отлить. А через несколько часов к тебе нагрянула бы группа захвата с ордером на обыск и понятыми. И без труда нашли бы в бачке унитаза пакет с анашой.

– На хрена им подобные заморочки? Не велика ли честь мне, убогому: понятые, ордер на обыск, наркотики?

Радостно щелкнул выключателем вскипевший чайник. Девочка с растрепанными лиловыми волосами пошелестела жалюзи.

– Помнишь, что я тебе говорила, когда мы ездили в «травму»? Соседке снизу по старости сносит крышу, ей скучно, ей нечем заняться. Стремление растоптать тебя, завершить эту выдуманную войну твоим полным разгромом обрело у нее форму навязчивой идеи. Более того, паранойи. А если учесть, что она наделена какой-никакой маленькой властью и у нее есть возможности устраивать провокации, почему бы этим и не воспользоваться? Ко всему прочему существует и более прозаическая причина подцепить тебя на поводок. От тебя можно ждать неприятностей, зайка. Возьмешь, вот, и, подлечившись, начнешь искать справедливости. Привлечешь свидетелей, соберешь медицинские справки и накатаешь в прокуратуру заяву на ментовской беспредел. А будет на тебя компромат, черта с два ты попробуешь рыпнутъся.

Железная логика этой совсем еще юной девчонки, вчерашней тинейджерки, меня восхищала.

– Предположим, я им был нужен именно за этим. Но тогда какого черта они сейчас ломились к тебе?