Тайный груз - Олег Владимирович Кондратьев

Такой длинный монолог окончательно иссушил нутро бородача, и он стал озираться в поисках бутылки. Журналист немедленно вставил в его растопыренную пятерню чуть початую бутылку виски. Жажда оказалась так сильна, что шахтер тут же присосался прямо к горлышку и, лишь когда емкость опустела больше чем наполовину, блаженно икнув, вылил остатки в свой стакан.

– Васян всегда был себе на уме. И хоть давно уже тут работал, ни с кем близко не сходился. Пока новичок не объявился. Это, наверно, с полгода назад. Что они друг в друге нашли? А новенький тот еще жук оказался! Быстренько огляделся, разобрался, где работенка не особо пыльная, потом в отдел кадров кучу каких-то дипломов и справок представил – и, пожалуйста тебе, не кайлом в забое махать, а сразу на должность бригадира-учетчика! А ведь в горном деле ни уха ни рыла!

– А где ж он теперь, такой шустрый? – поинтересовался Талеев незаинтересованным тоном. – Небось уже замдиректора стал, а?

– Так, может, и стал бы, да я ж говорю тебе: уехал по каким-то своим делам на материк и сгинул.

– Как это «сгинул»?

– Как многие! Трудно с Севером по-настоящему подружиться. Вот и не возвращаются из отпусков. Пришлют потом бумажку по почте: «Прошу уволить… рассчитать… деньги перевести…»

– И этот так же, да? Как его… ну…

– Симочка.

– Какая «Симочка»?

– Кликуха у него такая была. Очень он на неё обижался. А чего такого, если у тебя фамилия Симаков?

Ну наконец-то! На благодатную почву пролились декалитры импортного виски, раз появились-таки долгожданные всходы. Теперь тема инопланетян приобретала вполне конкретный смысл. Копать надо дальше в этом верном направлении!

– И Васян о нем ничего не знает? Разве такое может быть? Корешились все-таки.

– Да никто с ним особо не корешился. Жили они с Васяном в одной комнате, вот и притерлись друг к другу. Симочке вообще никто не нужен был, он на островах человек случайный. Здесь ведь большинство из-за денег роет. Ну, и такие есть, кого на материке «припекло». Так вот, Симочка из них. У меня глаз наметанный!

Журналист плеснул себе в стакан несколько капель и не обошел вниманием тару собеседника.

– А Васян без него вовсе смурной стал, бывало за весь вечер слова не скажет. Хотя он редко по вечерам в общаге оставался, всё его на природу тянуло. Ха! Это с нашей-то погодой! Меня даже как-то раз вытащил.

– Что, на пришельцев поглазеть?

– А вот ты, москвич, не смейся! Он знаешь как интересно рассказывал?!

– Ну-ну, видал я таких «рассказчиков»! Даже фильм о них в Сибири снимал. Будто их на летающую тарелку силой или обманом завлекали, а потом всякие эксперименты проводили или даже куда-то с собой возили, на ихнюю Альфу-Центавру. Уж так интересно рассказывали!

– Я за Сибирь ничего не знаю, и Васян совсем о другом говорил. Будто этим пришельцам на людей ровным счетом наплевать, если мы не станем в их дела вмешиваться и на глаза им попадаться. Только больно уж странные у них тут дела. – Бородач даже оглянулся через плечо, чтобы убедиться, что их разговор никого в комнате не заинтересовал. Потом продолжил, изо всех сил приглушая голос: – Они у нас снег воруют!

– Чего-о-о-о?!

Шахтер и вовсе зашипел:

– Тише ты! Снег, говорю, тут добывают. И к себе… увозят. Тайком! Даже не снег, а целые куски льда. Васян говорил, что, видно, у них на планете все повысыхало, как в пустыне, вот они к нам и повадились.

Час от часу не легче!

– Да вы на пару с Васяном «тормозухи» насосались или, как ее, «стекляшки»! – Шахтер отрицательно замотал головой. – Точно, точно! Вот ведь мы с тобой сейчас хорошо уже на грудь приняли, – шахтер кивнул согласительно, – и никаких пришельцев! Потому что приличную вещь употребляем.

Бородач озадаченно уставился на Талеева. Потом в его глазах мелькнуло какое-то подобие рациональной мысли:

– Но я же сам видел! Когда меня Васян с собой взял.

– Зеленых человечков? Или каких-нибудь монстров из мультфильмов?

– Да нет же! Мы по прибрежному леднику на снегоходе проехали, а потом в пещеры залезли. Я сказал, что не пойду дальше, потому что холодно и темно, провалиться можно куда-нибудь. И вообще слишком тесно для моих габаритов, – Арнольд слегка повел широченными плечами, – я там всю одежду изорвал и сам поцарапался. А Васян сказал, что тут недалеко и у него с собой фонарь есть. Мы чуть вдоль прохода проползли и увидели. Там прямо из стен – и сверху, и снизу – целые ледяные пласты вырезаны!

– Подумаешь! В ледниках постоянно какие-то подвижки происходят, вот и отвалились.

– Ты чё, москвич, глухой? Я же сказал: вырезаны! Я шахтер! Двадцать лет на-гора выдаю уголек. Сам, вот этими руками тонны его покрошил! Так знаю, наверно, как разрез выглядит. – Бородач не на шутку раскипятился.

– Ладно-ладно, верю я. Ты же и правда классный специалист, – вот теперь еще и детину этого успокаивать надо, – давай лучше за таких настоящих мужиков, как ты, выпьем!

Неожиданно возникшая неловкость была мгновенно потушена изрядной порцией спиртного. Они даже примирительно расцеловались, а Талеев еще и клятвенно пообещал, что завтра же свою «кобру»-начальницу хоть силой в настоящую шахту затащит и будут они снимать фильм про Арнольда. А еще надо будет сходить в те пещеры, где лед вырезан. Такие снимки могут заинтересовать Академию наук.

– Не-е-е, братан, туда лучше не соваться. Ну их в задницу, этих пришельцев! Хрен знает, чего они натворить могут, если поймут, что их раз… раз-об-ла-чили! Чё, нам снега жалко? Васян так и говорил: не дай бог им на глаза попас-с-с-я!

Язык Гериного собеседника начал заметно заплетаться, а глаза уже наполовину прикрылись тяжелыми веками. Надо было поторопиться.

– А ты кому-нибудь рассказывал о пришельцах?

– Ха! Я чё, враг себе, да? За такие рассказы у нас в два счета на материк отправят и в «дурку» сдадут. У меня вот друг был…

Но Талеев не дал сбить себя с темы:

– Арнольд! А как же они лед этот к себе перевозили? На «тарелочках»?

– Ну ты даешь, Москва! «Пе-ре-во-зи-ли»! – У шахтера еще хватило сил передразнить собеседника! – Васян сказал, что они его… как это… им-пор-ти-ру-ют, во!

– Может, телепортируют?

– Так я и сказал!

Все. От шахтера вряд ли что еще можно было узнать. Оставался последний простенький вопрос:

– А ты и сейчас вместе с Васяном живешь или переехал?