Остров пропавших душ - Ник Пиццолатто

Я выехал на федеральную трассу. Машин на ней заметно прибавилось. Когда она больше ничего не сказала, я произнес:

– Ты стреляла в своего отчима.

– Я стреляла в стену, так что ему еще повезло.

– Боже, черт побери. А ты не думаешь, что он вызовет копов?

– Нет, копов он не вызовет. Они ему там совсем не нужны.

– Боже мой, но как можно было сделать такую глупость?

– Лучше уж ты ругайся, чем вот так поминать имя Господа всуе. Что тебя так в Иисусе привлекает, что ты поминаешь его каждую минуту?

На эстакаде появилась еще одна полицейская машина. Мне показалось, что она наблюдает за нами с равнодушным вниманием филина.

– А тебе не кажется, что тебе бы стоило обо всем мне рассказать? Мы ведь уже об этом говорили. И даже слово одно употребляли – вроде как честность?

– Я бы тебе все рассказала, если бы ты спросил.

– Но ты сама сказала мне не спрашивать.

– И я очень благодарна, что ты прислушался ко мне.

– Все это называется похищением ребенка. И все они уже скоро будут идти по нашему следу. – Я почему-то заговорил шепотом.

Тиффани поочередно осматривала нас, но, как мне показалось, она не была особо испугана и не очень возражала против того, чтобы быть с нами.

– И совсем это не похищение, – ответила Рокки. – Он никому ничего не скажет и никуда не заявит. Он даже обрадуется. Бабки-то все равно будут приходить ему.

Я покачал головой. Каждую минуту я проверялся в заднем зеркале на предмет копов. Но в зеркало было видно только массу фургонов, машин и больших, восемнадцатиколесных тягачей: сверкала хромовая отделка, затемненные стекла отражали солнечные лучи.

– И что же мы будем со всем этим делать, как думаешь? – поинтересовался я. – Рокки, я не могу понять, что за игру ты затеяла. Смысла во всем этом нет никакого.

– Понимаешь, мы с ней где-нибудь спрячемся на время. Я найду работу или что-то в этом роде. Теперь я буду за ней присматривать. Кроме того, ей уже скоро в школу.

– В школу? Ты же не собираешься… о, Господи.

– Помнишь, что я рассказывала тебе вчера? Про Вонду? – Девушка повернулась ко мне, одной рукой поглаживая голову ребенка. – Так вот, ей, – она кивнула на сестренку, – должно повезти больше.

Девочка посмотрела на меня с таким подозрением, что я сразу же понял, что она совсем не дурочка. Потом она зевнула и уткнулась носом в бок Рокки.

– Понимаешь, мы… То есть, что я хочу тебе сказать… Все эти разговоры о том, что нас преследуют… теперь эта малышка тоже часть всей этой заварухи. Ты об этом-то хоть подумала?

– Тебе придется поверить мне на слово, если я скажу, что это все-таки лучше того, как она жила до сих пор. – Рокки не отвела взгляда от моего лица. – Да и как они нас найдут? Подстригись. Я тоже что-нибудь сделаю со своими волосами. Да и потом, нас ведь теперь трое. А они разве ищут троих?

Яйца у меня похолодели, когда я увидел еще одну полицейскую машину, которая появилась на разделительной полосе. Но она оказалась впереди нас, и я дал ей возможность оторваться далеко вперед.

– Я вас просто подвожу. Но действуете вы на свой страх и риск. Мы так не договаривались.

– Но мы же можем продолжить то, о чем договорились. Просто теперь я буду еще и присматривать за Тиффани.

– Тебя послушать, так это совсем просто, особенно если вспомнить, как ты до недавнего времени присматривала сама за собой. Кажется, ты вообще не представляешь, о чем говоришь. Как будто ты просто все время надеешься, что что-то хорошее должно вот-вот произойти. Но когда этого не произойдет, то ты очень сильно разочаруешься.

Тиффани протянула ручонку и коснулась жестких кончиков волос моей бороды.

– Как у Санты? – спросила она, взглянув на сестру.

– Да, детка. Ты абсолютно права, Тиффи. Как у Санты.

– Но ты не Санта, – опять повернулась ко мне девочка.

Это расстроило меня еще больше.

– Ну а деньги-то ты хоть достала?

– Не очень много, – нахмурилась она. – У Гэри было всего восемьдесят баксов, и я их забрала. Там даже на продажу ничего не было, правда.

– А кто будет следить за твоей сестренкой, пока ты будешь находиться на этой своей воображаемой работе?

Она облизала пальцы и стерла ими пятнышко грязи на щеке девочки.

– Может быть, это будет работа, на которую я иногда смогу брать и ее. А иногда она будет находиться в школе. Черт возьми, приятель, даже полные идиоты в этом мире умудряются поднять своих детей.

– Только не всегда удачно. – Я сжал руль.

– Знаешь, – заметила Рокки, – чем больше я об этом думаю, тем меньше тебя понимаю. Ты-то что так волнуешься?

Я хотел заорать в голос, но потом мне пришло в голову, что все, что я хочу сказать, так или иначе связано с будущим, а его-то как раз у меня и не было.

– Помнишь, что ты мне рассказал? – спросила девушка. – Так вот, приятель, мы просто даем тебе шанс. Сейчас мы тебе вроде бы не нужны. И я это понимаю. Но может наступить время, когда мы тебе понадобимся.

Тиффани засопела и заерзала на сиденье, устраиваясь поудобнее под рукой Рокки.

– Я вас обеих оставлю.

– Хорошо, – был ее ответ.

Потом мы надолго замолчали, и тишину нарушал только ветер за окнами. Его звук напоминал звук скользящего с горы лыжника. На горизонте появились тяжелые облака, и я почувствовал, что мы просто жалкие жучки, ползущие по самому краю мироздания. А ведь так это, в какой-то степени, и было.

Я продолжал двигаться на запад, и солнце светило нам в спины. Лица девочек стали сонными. И здесь я опять вспомнил то старое правило. Ты мотаешь только свой срок, и ничей больше. Но что происходит после того, как твой срок закончился, подумал я? Посмотрел на спящую девочку, которая засунула один кулачок себе под подбородок.

– А зачем ты сняла глушитель? – задал я вопрос.

– Я думала, что так будет страшнее. – Рокки пожала плечами и стала что-то рассматривать за окном.

– Ты когда-нибудь была в Галвестоне?

Она отрицательно покачала головой.