Оккультные миражи - Александр Зарницын

Игорь внимательно посмотрел на врача и тихо прошептал:

– Как мне обращаться к вам и кто вы по должности?

– Будем считать, что я исполнительный директор этого уникального центра. Вас это устроит?

– Да-а-а-а-а, – хрипло выдохнул Захаров. Глядя на самодовольное лицо собеседника. – И в чем же уникальность вашего центра?

– Ну, если вы согласитесь сотрудничать с нами, то у вас будет время убедиться в этом.

– А если нет? – поморщившись, уточнил пленник.

– А если нет, то вы в ближайшее время, узнаете, что такое поцелуй смерти и как забирается дыхание у жертвы, магическими тварями или озверевшими от крови демонами, с металлом в голосе проговорил директор.

– Ну, что же…, звучит интригующе – беззвучно смеясь, пробормотал пациент. – Мне надо подумать.

– Думайте, – пожав плечами, проговорил доктор, – у вас примерно восемь часов. После того как пройдет это время, мы вернемся с вами к этой теме.

Захаров с трудом проглотил тягучую слюну и облизнув сухие, опухшие губы тихо спросил:

– А почему у меня именно восемь часов, сер?

– По истечению этого времени, закончится действие наркотиков и вы начнете погружаться в болевой шок. Да и нашим санитарам нужно будет подготовить вас, к тому самому поцелую смерти.

– Как это? – прохрипел Игорь, тяжело дыша.

– Все просто, мистер Захаров! Мир делится на мир света и мир тьмы, в этих мирах жизнь как впрочем и само время течет и развивается по своим законам.

Наша клиника – это обитель оккультных наук, где живут сверхъестественные явления и сущности. Мы научились создавать и программировать их, на те или иные действия, но их нужно подкармливать. Все эти эфирные двойники и иллюзорные призраки, нуждаются в том самом предсмертном человеческом дыхании, с которым уходит дух умирающего человека. Именно он то и является той самой пищей, благодаря которой живут и набирают силу, порожденные нами существа. Это не наша прихоть…, просто так устроен мир теней.

– Ну, что же…, звучит круто, что и говорить, – поморщившись, отозвался пленник. – Средневековые оккультисты, наверное просто были ангелами по сравнению с вами?

Врач внимательно посмотрел на Захарова и покачав головой, задумчиво произнес:

– Скорее наоборот. Мы синтезировали методики древних магов и колдунов, усовершенствовали их на практике. Это у нас теперь нет откушенных языков у пленников, а расчленение тел мы применяем лишь в крайнем случае. Например для наиболее агрессивных сущностей, которые получают заряд от ужаса умирающей жертвы, которая чувствует как ее пожирает неведомое существо.

Если вы откажитесь сотрудничать, то вас ждет встреча с этими тварями. И тогда вы будите умолять нас, отдать вашу растерзанную плоть, рядовым монахам – пустынникам. Которые передадут ваше тело и дух по своим оккультным законам Великому ничто и, где вас встретит мир Великой пустоты и тишины. Так что думайте, выбор за вами.

– Значит…, значит, если я соглашусь сотрудничать, то избегу этой участи? – смахнув пот с лица, спросил пленник.

– Конечно! – воскликнул врач. – Мы вылечим вас, вы восстановитесь после аварии, а когда поправитесь, то с ужасом и удивлением, окунетесь в новую работу. У вас начнется новая жизнь, очень насыщенная жизнь. Вы узнаете нечто большее чем жизнь простого смертного.

– Звучит конечно заманчиво, – хрипло пробормотал Захаров. Стараясь не потерять сознание. – Только почему вы так уверены, что я подойду вам?

– Мы внимательно изучили ваш психологический портрет и поняли, что вы подходите нам.

– Я, не понимаю вас, – тяжело дыша, отозвался Игорь. Роняя голову на грудь.

– Ну, ну, мистер Захаров! – улыбаясь, выкрикнул врач. – Соберитесь, пожалуйста, мы же только начали с вами общаться.

С этими словами, он нажал под столешницей кнопку и в туже секунду в комнату ввалились двое санитаров крепкого телосложения, в зеленых, больничных костюмах.

Приведите его в чувство! И побыстрее!

Санитары бесцеремонно наградили пленника серией увесистых пощечин, затем один из них принялся с остервенением тормошить Захарова.

– Смотрите не затрясите его! – выпалил врач. – Вот, вот, мистер Захаров, открываем глазки! Подержите сами голову или вам помочь?

– Я сам буду держать, – тихо выдохнул Игорь.

– Вот и хорошо, – покачав головой, пробормотал хозяин кабинета. – Мы с вами говорили о темном и светлом начале человека. Вы понимаете, о чем я говорю?

– Да, конечно…

– Вот я и говорю, что у вас преобладает темное начало и вы на подсознательном уровне, стремитесь к его развитию.

– С чего это вы взяли? – пробормотал пленник. Из последних сил удерживая качающуюся голову.

– Убить или изувечить человека, для вас не представляется чем-то из рода вон выходящим. Не скрою, что вы сильно огорчили нас, так внезапно покинув отель, мы и предположить не могли где вас искать. Но помог случай…

– Какой еще случай? – выдохнул пленник. Едва держа качающую голову.

– Все просто! За рулем вашей машины, должен был находиться другой человек, но нам повезло и вот мы мирно беседуем с вами. Вы меня слышите?

Захаров с трудом присмотрелся к двоящемуся профилю врача и тихо выдавил:

– Стены вашего кабинета завешены огромными зеркалами… Зачем вам столько зеркал?

Врач с самодавольным видом, глянул на стены и тихо сказал:

– Все до банальности просто. Частенько ко мне забредают наши заблудившиеся подопечные. Многие из которых, имеют вполне сносный костяк, внешность. Они довольно сносно и связно говорят. Поэтому бывает частенько затруднительно понять кто находится перед тобой. Это можно понять только при помощи зеркал! Эфирные твари не отражаются в зеркалах, в отличии от живого человека.

– А ведь вы, сер, боитесь этих своих призраков, – криво улыбнувшись, пробормотал Захаров. Тяжело дыша при этом.

– Довольно, мистер Захаров! – выпалил директор, вскакивая. Мгновенно побагровев от ярости. – Кривляться и геройствовать будите в другом месте! Уверяю вас, что в наших подвалах вы найдете много интересных собеседников, перед своей мучительной смертью. Швырните его на галеры!

Захаров не помнил как его тащили под руки куда-то вниз по лестнице, что-то выговаривая в его адрес. Он не помнил как оказался на бетонном полу, какого-то едва освещенного коридора. Среди десятка каких-то оборванных как и он людей, разного возраста.

Лежа на сыром, холодном полу, он вдруг почувствовал, что сильно продрог, а холодный пот заливающий глаза, не дает ясно рассмотреть все происходящее вокруг. Ему вдруг стало казаться, что кровь отхлынула от лица,