Разборки третьего уровня - Василий Головачев

В шесть часов вечера они с Натальей поехали надень рождения к ее друзьям, с которыми успел сдружиться и Василий. Компания была действительно веселая, добрая, неагрессивная, любившая розыгрыши и шутки, отдыхать с ними было легко и приятно.

Валентина Брускова, ближайшая подруга Натальи, снова рассмешила всех историей, которые вечно происходили с ней и с мужем. Одну из таких историй Василий помнил еще с прошлой встречи – рассказала ее не Валентина, а Наташа.

Произошла история во время празднования Восьмого марта.

Собралось на Восьмое марта на квартире у Брусковых человек десять, выпили, закусили, потанцевали, послушали анекдоты – муж Вали Алексей был мастак на это, снова выпили, а когда стали расходиться, из спальни в прихожую вдруг вышла с трагическим лицом Валентина, держа в вытянутой руке бюстгальтер, в чашки которого свободно уместилась бы мужская голова.

– Вот, полюбуйтесь! – голосом, соответствующим ее облику, изрекла Валентина. – Нашла за батареей отопления. Ну что мне с ним, моим суженым, делать? Как жить дальше? Посоветуйте.

Гости оторопели, переглядываясь, не зная, что сказать, – так убедительно было поведение хозяйки.

– Валь, что за шутки? – нашлась наконец одна из ее подруг, Ольга.

– Действительно, Брускова, – поддержала Ольгу Раиса, – любишь ты людей разыгрывать.

– Какие розыгрыши?! Какие шутки?! – повысила голос Валентина. – Первый раз, что ли? То трусы нахожу, то полотенце чужое, теперь вот это…

В прихожую выглянул Алексей, глянул на жену.

– Чего шумишь, гостей пугаешь? Что это у тебя в руке?

– Сам не видишь, что ли? – Лицо Валентины стало плаксивым, на глаза навернулись слезы. – Кто к тебе ходит, пока я на работе? Чей это бюстгальтер?!

– Да ты что, Валь? – забормотал изумленный Алексей. – Кто ко мне может ходить, да еще с такими… габаритами! Я ведь тоже целыми днями на работе. Может, твоя мама забыла?

– Вот и позвони, выясни, а я послушаю.

Растерянный Алексей оглядел притихших гостей, обреченно снял трубку, набрал номер:

– Вера Васильевна? Это я, Леша… вы у нас… э-э… извините, конечно… случайно свой бюстгальтер не оставили? Нет? Очень жаль!

Все молча смотрели на взмокшего Алексея, ожидая развязки сцены, и тут Валентина не выдержала, расхохоталась до слез. Выяснилось, что бюстгальтер был податен ей коллективом парикмахерской в качестве шутки…

– Что? – опомнился Василий, выплывая из глубин воспоминании, отреагировав на вопрос сидевшей слева Наташи.

– Что с тобой? – повторила вопрос девушка, которая всегда улавливала его состояние, хотя внешне он казался таким же, как всегда. Значит, все же следует держать себя плотнее, никто не должен видеть борьбы в его душе – его мучило предложение Коржакова.

– Все нормально, – ответил Вася, сжимая пальцы подруги, понимая, что все как раз ненормально. Однако и он не был виноват в том, что не может жить долго без круговорота друзей и врагов, без риска, взгляда или выстрела в спину, без волнений и тревог…

Расходиться начали в начале двенадцатого ночи, когда за стеной раздались звуки музыки и загалдели голоса. Лица Раисы и Виктора, у которых собралась компания, поскучнели.

– Опять… – со вздохом произнесла хозяйка. – Хорошо, что мама ночует у бабули.

– А в чем дело? – остановился у порога Василий.

– С месяц не можем жить спокойно. Наши соседи переехали в другой город, а на их место переселилась одна… мать-героиня! Каждый день пьянки да гульки, шум такой, что не только мама уснуть не может, а весь подъезд! И ведь начинают, подлецы, именно в полночь, а бывает, и в час ночи, и в два.

– Не пробовали втолковать?

– Пытались, – махнул рукой муж Раисы, высокий, но худой и субтильный человек, далеко не спортсмен. – Молодые ребята, им море по колено, пригрозили, что если еще раз сунемся…

– Понятно. – Василий придержал Наталью за локоть. – Подожди меня здесь, я сейчас.

– Не ходи, – покачала головой Рая, – мало ли что случится, еще зарежут.