Продолжение следует, или Воронежские страдания - Фридрих Незнанский

Затем эти двое спорили до хрипоты и пришли наконец к единому решению: поскольку встреча назначена уже на завтра, на утро, организовать слежение еще с ночи, чтобы не вызвать подозрения, если будет организовано встречное наблюдение за объектом, то бишь за Георгием Витальевичем. Эти киллеры в одиночку работают, только когда твердо уверены, что задача выполнима. Или клиент — лопух. А этот наверняка знает, что у Корженецкого крутая охрана, значит, может применить и отвлекающий маневр. Вот тут его и надо отследить, чтобы затем взять в клещи. Задача вполне решаемая…

И на том успокоились. Правда, у Георгия Витальевича вызывало какое-то смутное беспокойство слово «объект», употребленное в его адрес, но… у «этих» же своя терминология…

Вернувшись домой, как всегда, поздно, успокоенный отчасти Корженецкий — Катя уже позвонила ему из Курска о том, что они прибыли и их встретили, — еще в подъезде отпустил свою охрану и поднялся в квартиру. На лестничной площадке своего этажа, выйдя из лифта, сразу обратил внимание на то, что один плафон на потолке светил тускло, будто в нем погасла одна лампа, а лампа во втором плафоне мигала, готовая вот-вот погаснуть.

Дом был не элитный, но все же построенный по новому проекту и вполне добротный. Квартира Корженецких состояла из двух спаренных, а все остальное было как у всех. Не любил Георгий Витальевич пускать пыль в глаза. Деньги должны работать, а вовсе не дразнить тех, у кого они отсутствуют. Посмотрел он на мигающую лампу и решил сразу позвонить в ремонтную диспетчерскую службу, чтобы прислали электрика, — не самому же лезть под потолок и снимать плафоны, да и ламп таких у себя давно уже никто не держит.

Только снял плащ и взялся за трубку, как в дверь — звонок. Спросил — кто? Ответил сосед, Игорь Кузьмич, приятный, приветливый старик. Попросил на минутку выглянуть на площадку, вопрос, мол, есть. Ну, понятное дело, тоже из-за света, наверняка. Вот и выглянул Корженецкий к соседу, значения не придал. А на площадке оказался неизвестный тип. И одной рукой словно бы приветствует Георгия Витальевича, а вторую в кармане держит, но так, что с одного взгляда ясно: в его руке — пистолет.

— Я решил не ломать вам завтрашний день новыми заботами, Георгий Витальевич, — совсем другим голосом, спокойным баском заговорил незнакомец. — Давайте накоротке поговорим, да и поеду я по своим делишкам. А вы, кстати, зря за свою семью-то беспокоились, они ведь никому не мешают. Ну, доехали? Все в порядке? И слава богу… Можно войти?

Этот незнакомец говорил настолько спокойно и даже дружелюбно, что Корженецкий почему-то успокоился, поняв, что именно сейчас непосредственная опасность ему не грозит. Хотя пистолет в кармане все-таки сильно смущал. И вид у незнакомца был немного странный: фигура подтянутая, видно, не слабый мужик, а лицо пожилого человека. Но и это скоро объяснилось. Незнакомец отрекомендовался «соседом» Щербатенко, с которым он «тянул» на зоне весь свой срок — тоже по старой, 102-й статье. И «откинулись» они фактически вместе. Но еще в колонии Щербатый подрядил его на «мокруху». Не хотел, уже совсем завязал было этот незнакомец с прошлым, но… короче, судьба индейка. Проигрался Щербатому. А отыгрываться было нечем. Но Щербатый долг простил и добавил еще столько же. Вот и подписался, выходит, исполнитель. Так что тут все чисто и законно…

Корженецкому оставалось только усмехнуться по поводу «законности», но у каждого свой взгляд. А почему у этого незнакомца возникло вдруг желание переиграть заказ? Тоже, оказалось, просто. Щербатый тогда смухлевал, он ловко и подло подставил своего партнера по картам, а это проигравшему позже, когда «поезд уже ушел», открыли «сидельцы», у которых со Щербатым были свои счеты. Узнал он и о том, что у Щербатого это далеко не первая подстава.

И вот тогда «подписавшийся» пришел к выводу, что у Корженецкого могут быть собственные конкретные причины избавиться от угрозы. Потому что если не уберет Коржа он, вынужденный теперь уже выступать в роли киллера, то Щербатый легко найдет за триста тонн любого другого исполнителя. А что именно так и случится, можно не сомневаться, надо просто знать Щербатого. Но из тухлой ситуации есть реальный выход. Те же триста тонн — на бочку, и Щербатый откинет копыта. Короче, желаешь перекупить свою судьбу, действуй. Потому что исполнитель — вот он. И никаких свидетелей рядом.

Выбор пришлось делать немедленно. И Георгий Витальевич вынужден был его сделать. К сожалению, конечно, ситуация-то понятная…

Что еще надо? А совсем немного для начала. Нужна четкая цветная фотография, на которой должен лежать клиент с дыркой во лбу. Рана легко рисуется гримом или клюквенным вареньем. Но сделано должно быть грамотно. Для чего она нужна? Чтобы предъявить Щербатому, потому что другими способами к нему сейчас и не подобраться. А он в обязательном порядке потребует документального отчета. Сам кидал других, не грех и его кинуть.

А вот окончательный расчет с Корженецким, — это можно произвести и потом, попозже, исполнитель сам позвонит. Однако никаких подстав, засад и погонь быть не должно. Жора ведь понял уже, наверное, что достать его — для профессионала большого труда не составит.

Ну и всякие недвусмысленные предупреждения последовали — по поводу Кати и малолетних Маши с Леночкой, отправленных им в Курск к своей родне.

Сказано было также и о том, как обойтись с фотографией: положить в конверт и ждать команды, где его оставить. В общем, условия довольно сносные, если бы не сам факт заказа на устранение сумасшедшего соперника. Отвык уже от таких решений Корженецкий. Но… делать нечего, пришлось принять условия.

Он проводил гостя, унесшего с собой и конверт с авансом, закрыл за ним дверь, а когда почти сразу же выглянул в дверное «очко», на площадке никого уже не было. Ловким оказался мужик-то…

Но еще больше удивился бы Георгий Витальевич, если бы узнал, что весь его разговор с неизвестным, фактически в ультимативном порядке предложившим свои услуги по устранению бывшего партнера по бизнесу господина Щербатенко, был записан на чувствительный диктофон. И условия работы, и сумма гонорара, наконец, его согласие на физическое устранение противника, и даже комментарии по поводу передачи аванса.

На следующий день, когда Георгий Витальевич рассказал своим помощникам про визит позднего гостя и выдвинутые тем условия, сотрудники только головами качали: всех запросто обвел вокруг пальца. И ведь как подготовился! Тут тебе и голос, так похожий на речь соседа, и освещение, при котором ничего толком не разглядишь, не запомнишь, и слежка за семьей, вплоть до билетов до Курска. Нет, один человек не мог бы сделать столько дел сразу, наверняка тут у них действует целая организация. Даже странно, что наемный киллер столько лет просидел за колючкой, а ремеслу своему не разучился. Так размышлял начальник СБ. Значит, лучше пока выполнять поставленные им условия — имелась в виду фотография — и ждать, пытаясь проследить, где и когда он проколется. А юрист соображал, как сделать, чтобы денег не отдавать. Какую ловушку можно подстроить киллеру в финансовом плане…

А о том, что у хозяина семья — фактически по-прежнему на мушке, что у Георгия Витальевича никогда не было намерений «заказывать» или убивать кого бы то ни было, об этом они как-то совсем и не думали. Вот же что с людьми большие деньги делают! К чему приводят!