Архив клана - Лев Пучков

— А у нас были другие варианты?

— Да, были. Этого послали подальше, тормозим другого. Не срослось — третьего. И так до тех пор, пока не найдём не очень впечатлительного камрада, с которым можно договориться.

— Ну да, в принципе тоже вариант, — немного подумав, согласилась Ева. — Но уже всё, поздно. Да и как-то быстрее так…

Я жил гораздо ближе к «базе», чем Ева, так что мы направились ко мне. Однако добраться кратчайшим путём и без происшествий не получилось, так как по дороге пришлось решать проблему, вызванную отъёмом транспортного средства.

Минут через пять после начала движения нам наперерез с прилегающей выкатилась кавалькада из четырех иномарок. Мы успели проскочить, но супостаты уверенно пристроились к нам в кильватер, быстро нагнали и стали теснить к обочине.

— Дебилы, — снисходительно хмыкнула Ева. — Я и свою-то тачку не особо жалела, а уж эту… Держись, штурман, ща будет «шорт-прыг-скок». Совсем шорт, но жёстко.

— «Штурман»?

— У нас гонка. Я пилот. Ты тогда кто?

— Эмм…

— Короче, держись!

Ева вильнула влево, ощутимо саданув в борт прижимавшей нас «Ауди», и тут же резко вывернула руль вправо. Наша машина на пару секунд накренилась, вставая на два колеса, — я от неожиданности вскрикнул (думал — всё, перевернёмся сейчас!) — перевалила через бордюр и, пропрыгав раненым мустангом по газону с декоративными кустами, влетела в первый попавшийся двор.

Во дворе мы ненадолго остановились, и Ева в два счёта выкинула из машины навигатор.

— Не понял…

— По навигатору ведут, больше никак, — пояснила Ева, трогая машину с места. — Сейчас посмотрим…

Мы проскочили в следующий двор, встали неподалеку от выезда, загнав машину между детской площадкой и навсегда припаркованным «пирожком» со спущенными колесами, и принялись наблюдать за тем местом, где только что выкинули навигатор.

Вскоре туда подъехали наши преследователи.

Высадившись из машин, они принялись обследовать двор. Было их десятка полтора, все довольно крепкие и внушительные, и они медленно шли в нашу сторону, проверяя машины, так что мне стало немного не по себе.

— Слушай… А если не только по навигатору? Вдруг в этой тачке «маяк» — тогда они нас сейчас…

— Скажешь тоже — «маяк»! — Ева, наблюдавшая за соседним двором, нервно прядала ноздрями — опасная близость врагов её возбуждала. — Больно много чести для такой дерьмовозки.

— Нет, но всё же… Может, пока не поздно…

— Побежим — привлечём внимание. Сиди спокойно… — Ева неожиданно откинула спинку моего сиденья, опрокинула меня и ловко оседлала. — Нет, лучше лежи, надо же спрятаться, да?

— Ева, прекрати!

— Хмм-ммрр?

О, нет! Я прекрасно знаю это протяжное хмыканье-урчание: оно означает экстренную готовность к спонтанному прелюбодеянию в самых неподходящих условиях.

— Ева, не надо, ну я прошу тебя! — шёпотом взвыл я. — Нас в любой момент могут попалить!

— Ну так давай же насладимся последними секундами жизни, мой страстный идальго…

— Да какое тут, на хрен, наслаждение?! Какое, в ж…, идальго?! Они буквально вот они, в двух шагах!!!

— Хммм… Мррр…

— Ева, отвали!

— Хммм…

— О боже…

Не буду оскорблять вас описанием сладострастных подробностей, скажу только, что Ева взяла меня примерно так же, как на стрельбище: бурно и скоротечно. Накопила потенциал во время беготни по бункеру и при стыковочных процедурах, аккумулировала либидо (или прану — в общем, чего-то там точно аккумулировала) и теперь взорвалась буквально за минуту — без воплей и яростных криков, вполне контролируемо, только тихо рычала и один раз, в самом конце, испустила глубокий протяжный стон и больно укусила меня за плечо.

В общем, я и опомниться не успел, как всё было кончено.

— Хммм… — Блаженно зажмурившись, Ева показала мне кукиш. — А ты, как дурак, остался без подарка. Я ценю, конечно, что ты у нас любитель затяжных прыжков… Хмм… Но иногда надо всё делать быстро…

Это уж точно: тут не до «подарков», все мои помыслы были сосредоточены на хмурых здоровенных брюнетах, которые в это время буквально в трёх шагах от нас обыскивали соседний двор.

Минут через пять после того, как Ева пришла в состояние полной гармонии с окружающим миром, брюнеты закончили поисковые работы, несолоно хлебавши убрались восвояси.

— Ну вот, а ты боялся, — расслабленно хмыкнула Ева. — Дурашка…

Да, теперь мне это тоже показалось забавным: пикантная сцена в машине, в двух десятках шагов от людей, которые готовы тебя убить. А не далее как десять минут назад я полагал, что это дико и противоестественно.

Наверное, у меня какие-то проблемы с психикой: по логике, у человека уравновешенного не должно так быстро меняться мнение…

* * *

На базу я вернулся в первом часу ночи. Я мальчуган неглупый и местами даже прозорливый, так что привел себя в порядок, плотно поужинал и прихватил с собой кое-какие предметы первой необходимости и небольшой запас провианта. Интуиция подсказывала, что из-за этого странного происшествия мне придется задержаться на работе как минимум на сутки, а то и более.

В моё отсутствие поднятые по тревоге соратники времени даром не теряли. База была оцеплена милицейским спецназом (своего подразделения для таких случаев у нас пока нет и, подозреваю, нескоро будет), во дворе работали эксперты Ольшанского с передвижной лабораторией, а мои коллеги, восстановив уничтоженную Евой электропроводку, усердно обыскивали верхние помещения и бункер на предмет обнаружения следов пребывания нежданных гостей.

Увы, к моменту моего прибытия таковых следов обнаружено не было, и в связи с этим у коллег возник ко мне ряд вопросов. Не буду скрывать — вопросов весьма щекотливых, а подчас откровенно неудобных. Скажу больше — временами мне казалось, что это вовсе не дружеская беседа с коллегами, а натурально перекрёстный допрос.

Виной тому была моя искренность: не думал, что придется отстаивать свою версию, поэтому не заготовил веских аргументов, не отрепетировал последовательность, не озаботился сглаживанием острых углов, а просто вывалил всё как есть, от души и без утайки.

Реакция коллег была живой и непосредственной.

Юру очень интересовали интимные подробности, и он с серьёзным видом требовал зарисовать основные позиции, на что я сдуру и по рассеянности согласился:

— Хорошо, если надо, сделаем…

Я ведь малевщик, мне это нетрудно.

Ольшанского, похоже, эротическая сторона происшествия тоже не оставила равнодушным: он сказал, что нужно непременно провести следственный эксперимент, причём как можно быстрее, и посоветовал немедля вызвонить Еву. Я послушно повелся, но Ева, слава богу, была недоступна — то ли вырубила все телефоны и завалилась спать, то ли умчалась в какой-нибудь бункерный клуб, где мобильная связь не работает, это вполне в её стиле.