Задохнись моим прахом - more_popcorna

Я напрочь забыла о Джереми. И только теперь понимала насколько сильно она ждала моих действий. Это был мой последний рабочий день на этой неделе, но я уже планировала, как приду на работу и разузнаю все о Джереми Брауне.

Это я и пообещала Лав. Я боялась уходить. Боялась оставлять ее одну. К нам уже несколько раз заглядывал охранник и сама Нэнси, напоминая, что мне пора домой. В душе я надеялась, что смогу остаться с ней на ночь. Спрятаться в шкафу или в туалете. Но после того, как она вновь заговорила о Джереми, было ясно, что продолжение меня ожидает лишь в понедельник.

Глава 8. Лето отменяется.

Впервые я так спешила на работу. Все выходные просидела у телефона – вдруг меня решат вызвать на смену. Расспрашивала коллег как проходят дни. И просто сидела на диване перед включенным телевизором, кое-как убивая время до понедельника.

Обычно я наоборот оттягивала выходные. Спала до полудня, после чего искала еду, а потом снова засыпала, но уже на диване. Но тут мое ожидание подбило меня на генеральную уборку по всему дому. Новой информации в интернете о Подесте не появилось. Мое любопытство было нечем утолить. Поэтому при уборке досталось даже антресоли. Я выкинула кучу хлама, которая была в квартире еще до меня. Появилось большое пространство, которое нечем было заполнить. Видимо я хотела воссоздать в квартире ту же дыру, что образовалась у меня внутри за два дня. Так быстро я хотела вернуться к Лав и продолжить слушать ее историю.

И вот наступил понедельник. Прямо с автобуса я бегу в больницу, позабыв обо всем на свете. Даже о кофе в той кофейне. Успеваю наступить в лужи, пачкаю пальто. Меня ничего не волнует. Кроме свежей порции истории от Лав.

– Черт! – выругалась я, споткнувшись об что-то тяжелое.

Бросив свой взгляд вниз, я увидела, как рядом со мной, испугавшись, сидит маленькое волосатое существо, с большими, наполненными слезами, глазами.

– Боже, бедненькая, прости меня, – заскулила я сама, увидев перед собой маленького щенка. Даже не знаю какой породы. Я тут же, по инерции, потянулась ее гладить. Надо было искупить как-то вину.

– Хочешь, я тебе что-нибудь дам? – спросила я собачку, начав рыться у себя в сумочке.

На одно мгновение все невзгоды, окружающие меня вокруг, испарились. Даже Лав с ее ужасающей историей.

– Вот! Может тебе понравится… – предложила ей я кусочек сыра из моего ланч-бокса.

Та с удовольствием его схомячила. Ее грустный взгляд тут же пропал. И я было уже потянулась за еще одной порцией сыра, как вдруг услышала крик сзади себя.

– Эй! А ну, пошла вон! Тут тебе не свалка и не помойка! Разбрелись тут!

Это был охранник, седой брюзжащий мужчина, успевший на службе отрастить себе пузо. Он чуть было не ударил ногой это бедное животное. Оно еле-еле успело унести от нас ноги.

Ругаться в тот день с охранником я не решилась: еще мне не хватало отстранения. Проводив с грустью эту бродяжку, которая уже выбегала с территории нашей больницы, я в очередной раз расстроилась, что не могу позволить забрать себе верного друга домой – хозяйка не разрешит. Да и при моем графике работы, я не могу позволить себе полноценный уход.

Поднявшись в свое отделение, я раздеваюсь на ходу, забыв даже поприветствовать Нэнси. Она чем-то занята на посту. Закидываю в сестринскую вещи, натягиваю на себя форму и спешу, не налив даже кофе. При входе в палату сразу же вижу Лав, которая ждет меня не меньше, чем я ее.

–Привет, Лав! – восторженно сказала я, плюхаясь в кресло рядом с ней.

Его не стали отодвигать.

– Привет, Пандора, – ответила мне также она восторженно, приподнимаясь повыше.

Круги под глазами вообще исчезли. Время было около 8 утра, но вид у нее, как и у меня, был бодрый. Скорее даже возбужденный.

Кофе нам обоим уже точно не требовался.

– Ну что, начнем?

…

Знаешь, Пандора. Я не помню как очнулась.

Наверное, я делала это даже несколько раз. Помню вспышки света и чьи-то разговоры. Кто-то подходил ко мне и нависал прям над лицом. Кто-то трогал и по-моему даже пытался перевернуть. А потом я снова засыпала. Не чувствовала боли или какого-то дискомфорта. Даже не осознавала, что произошло за последние дни. Хоть и помнила.

Да, помнила я их отлично. Мне они даже снились.

Как я бегу по минному полю, и все вокруг взрывается. Кричу имя Джереми и Мелоди, не останавливаясь. У меня спирает дыхание. Везде темно. Не видно даже и толики света. Хотя бы какого-то проблеска. Только алое пламя, образовывавшееся каждый раз после взрыва, освещает мой путь.

И вот я наконец-то слышу. То голос Мелоди, то Джереми. Тихий. Удаляющийся. Робби во сне не было. И хорошо.

Попробовала идти назад. Но без толку – никого не видно. Даже каких-нибудь незнакомцев. Только я, вечно бежащая по убитой земле. Рискующая в любой момент подорваться. Прямо как тогда.

– Лав! – наконец-то я слышу чей-то голос. И не знаю кто.

Он не показывается. И не перестает меня звать.

– Лав! – кричит все сильнее. И я иду на голос.

Взрывы вокруг только усиливаются. Замедляют мой путь вперед. Иногда преграждают его. От них не скрыться. Не убежать, как я не стараюсь.

И вот наконец-то вижу его. Тот, кто меня зовет. Явная тень впереди. Которая приближается. Эту тень не цепляют взрывы. Она как будто парит над землей. И тут показывает свое лицо.

– Лав! – произносит он и наконец-то вижу его глаза. Такие яркие и пронзающие. Как тысячи ножей сразу. Прямо в грудь. Глаза алого цвета. Из радужек которых вытекает кровь. Такая же алая.

– Вот ты где, малышка, – говорит он и я понимаю кто передо мной. Трай Берри. Живой и невредимый. Идет прямо ко мне, улыбаясь.

А я уже не могу идти назад. Только по-прежнему вперед.

– Время пришло, – величественно произносит Трай Берри. В его руках что-то, напоминающее большую ягоду. Размером с апельсин, только красный. Краснее даже грейпфрута.

И вот она взрывается. И я просыпаюсь.

Лежу на жесткой кровати без матраса – ее основание буквально впивается мне в руки и ноги. Под головой твердая подушка, но даже через нее я все чувствую. На секунду мне показалось, что это теперь другой сон, пока я не повернула голову и не разубедилась в этом.

Впереди