Огневой контакт - Альберт Байкалов

– Запомни его, Ваха. – Аслан выдержал паузу, словно давая возможность Вахе действительно запомнить Дмитрия Ивановича, затем на одном дыхании выдохнул: – Пока он не сделал нам ничего плохого…

Решетов, которому очень не понравилась манера разговора, усмехнулся:

– Ты разговариваешь со мной так, как будто я твоя собственность.

– А ты и есть моя собственность. Согласившись на мои условия, ты ею стал. Я купил тебя за комиссионные. – Он сделал еще несколько глотков минералки. Зажмурился. Затем, открыв глаза и хитро посмотрев на Решетова, добавил: – И его собственность тоже.

При этом Ваха едва заметно ухмыльнулся, бросив на Решетова взгляд, от которого стало не по себе.

– Но ведь я могу и отказаться.

– Тогда умрешь, – перебил его Аслан.

– Это почему? – вздрогнул Решетов.

– Уже много знаешь.

Решетову стало совсем плохо.

По тому, с каким брезгливым безразличием посмотрел на него Ваха, Дмитрий Иванович понял, что для этого человека он не представляет никакой ценности…

– У тебя есть бассейн?

Голос Исмаилова вернул Решетова в реальный мир. Дмитрий Иванович ожидал любого вопроса, даже не исключал стрельбы, но только никак не этого. Поэтому ему показалось, что он ослышался.

– Не понял.

– Мои люди устали. Им и мне не мешает ополоснуться с дороги, – едва скрывая свое раздражение, проговорил Ваха. – И распорядись, чтобы там был телевизор и видео.

«Странно, – подумал Решетов, отправляясь выполнять указания гостя. – Зачем ему видик?»

Приехавшие попарились в сауне, примыкающей к дому, окунулись в бассейн с кристально чистой водой, ровным счетом не обращая никакого внимания на сидевшего в плетеном кресле хозяина.

Подошел Ваха, вытирая свое загорелое мускулистое тело махровым полотенцем. На груди и правой руке багровыми рубцами зияли шрамы.

– Ну что, приступим к тому, ради чего я приехал. – Он махнул рукой стоящему на другом конце бассейна своему охраннику.

Тот направился в сторону Решетова, одновременно что-то вытаскивая из внутреннего кармана пиджака.

Дмитрий Иванович похолодел. Ноги отнялись, а во рту пересохло. Он не сводил взгляда с руки этого человека.

Краем глаза он успел заметить, как один из его людей, стоящий между ним и чеченцем, напрягся.

Однако чеченец извлек из кармана не пистолет и даже не нож. В руке у него оказалась небольшая видеокассета от видеокамеры.

– Адаптор есть? – спросил Ваха.

В его глазах появилась ирония. Состояние хозяина не осталось незамеченным чеченцем.

– Нет, но есть видеокамера…

– Пусть принесут и подключат к телевизору, – он усмехнулся: – Будем смотреть кино.

Когда все было готово, Ваха нажал на кнопку дистанционного управления. Экран огромного «Филипса» засветился.

Взору Решетова открылся какой-то плохо освещенный подвал.

За крюк под потолком был подвешен обнаженный мужчина. По избитому, в кровоподтеках и ссадинах лицу невозможно было определить даже возраст. От мошонки по ногам на пол стекала кровь.

«Ты предстанешь перед своим богом женщиной», – голос из-за кадра заставил Дмитрия Ивановича вздрогнуть.

– Он не выполнил одного своего обещания, – пояснил Ваха. – Его кастрировали, а теперь снимут с живого кожу.

Между тем в поле зрения появился человек в маске со скальпелем и миниатюрной паяльной лампой. Развернув несчастного спиной к объективу, он неторопливо провел по спине факелом. Раздался сдавленный крик.

– Это для того, чтобы кожа легче отставала, – продолжал спокойно объяснять эмиссар.

В течение получаса Решетову были продемонстрированы расправы над несколькими чем-то не угодившими Аслану людьми.

Их убивали изощренно и медленно, скрупулезно фиксируя все на видеокамеру.

Сюжетов было три. Кроме вышеописанного, на следующем демонстрировалось распиливание какого-то старика на циркулярке, от самых гениталий до горла, на другом отрезали голову…

– К чему все это?

Ваха удивленно посмотрел на Решетова.

– А ты не понял? – он зловеще ухмыльнулся. – Я даю тебе неделю на исправление ошибки, в противном случае здесь появится четвертый сюжет.

* * *

– …Такие вот дела. – Закончив свой рассказ о похищении Регины и визите Мальцева, Антон откинулся на спинку стула и оглядел сидевших за столом.

Кухня у Ежа крохотная, и поэтому от духоты не спасало даже открытое настежь окно. Лица друзей напряжены, а волосы мокрые, как после бани.

Еж, Саяпин и Туров еще несколько минут переваривали услышанное.

– А что они насчет твоей… – Саяпин осекся, не зная, как назвать Регину. Вроде не жена, не невеста, не шлюха. Об отношениях между ней и другом он мог лишь догадываться по тому, как Антон взволнован.

Поняв, о чем речь, Антон его опередил:

– Сказали, что первые два дня условия ее содержания будут хорошими.

– А потом? – Туров вопросительно уставился на Филиппова в ожидании ответа.

Тот лишь пожал плечами.

– Ха! – Еж ударил рукой по столу. – Может быть, она сейчас в коттедже, а потом ее переведут в подвал, а может быть, сейчас в подвале, а потом в яму со змеями пересадят. Тут как угодно можно понимать «идеальные условия».

– Это точно, – поддержал его Туров. Затем повернулся к Антону: – А что ты этих субчиков отпустил? Надо было их хорошо отколбасить, а потом заставить сказать, где она.

– Во-первых, эти люди далеко не дураки, а во-вторых, я не был уверен, что они что-то знают о ее местонахождении. Если бы мы их взяли, это был бы прямой вызов Решетову, а Регина, как я понял, у него.

– Хватит рассуждать. Давайте решать, что делать, а то только треп один, – не выдержал Саяпин.

– Чего здесь решать, – удивился Туров. – И так ясно, Антон и ты займетесь поиском компьютеров, а мы с Ежом – девчонкой.

– Это почему!? – возмутился Антон, но тут же осекся. До него дошло, что в его положении лучше выполнять требования Мальцева.

Анатолий реакции Филиппова не придал никакого значения, заметив, однако, что он должен всегда быть на виду у Мальцева, а Саяпин – в «тени».

– Как искать этот металлолом, – невозмутимо продолжал Туров, – я думаю, сами знаете. Первое – дать объявления во все газеты, что намерены купить компьютер, – он повернулся к Антону, – именно такую модель, что ты и вез, дорого.

– Да их в городе… – попытался было встрять в разговор Еж.

– На них номера, как на оружии, – оборвал его Туров. – Во-вторых, проверить все салоны и компьютерные клубы, а в-третьих, – он поднялся со своего места, – перетрясти весь дом, возле которого был оставлен «КамАЗ». Возможно, кто-нибудь что-то видел.