Еретик - Gabriel Krieger

как в остальных мирах. Вот он отпил из кубка жидкость, похожую на вино… Стоп, откуда у него в руках кубок, его же не было… И почему его, передо мной же сидит девушка и я уверен, что она всегда здесь сидела на этом гигантском мамонте. Я решил, что схожу с ума, нужно проверить, все ли со мной в порядке. Так, одна рука, вторая, третья… так, вроде как все на месте: две головы, шесть рук и две пары ног. Фух, можно и успокоится. А затем все вернулось на свои места и мой собеседник весело рассмеялся. А вот мне было не смешно, совсем, это был худший бэд трип за всю мою жизнь и он был реален… или же нет? Трудно сказать. Мы снова оказались друг напротив друга на креслах, на столике рядом стоял Штоф с виски, коробка сигар и мясная закуска. Я налил себе полный стакан и залпом выпил, пытаясь привести свои чувства в порядок. Голова вроде прояснилась, и уже неспеша я достал из коробки кубинскую сигару, отрезал конец гильотиной, закурил и, медленно потягивая древесного цвета напиток, вопросительно взглянул на своего собеседника.

— Итак, ты вытащил меня с той веселой вечеринки по случаю моего отлета из мира живых для…

— Ты уже и так знаешь, зачем я позвал тебя. Точнее, в общих чертах я уже рассказал, что от тебя требуется: появится в том мире и устроить локальный апокалипсис. И да, для простого смертного ты справился просто великолепно. Подумать только, уничтожить бога при помощи силы науки, это мощно. Я определенно в тебе не разочарован. Ты сделал даже больше, чем я рассчитывал, хотя никто и предположить не мог, что к нам заявится этот кусок тухлятины для разборку с тобой.

— Я знал… точнее догадывался, поэтому и заготовил несколько сюрпризов. Отвечая на не заданный тобой вопрос скажу только одно: у меня есть еще. Как ты и просил, я работал над проектом по сдерживанию проявлений твоей буйной натуры в том числе и летальными способами. А теперь пожалуйста по конкретнее: с чем мне предстоит иметь дело и какие у меня будут возможности.

— Вот даже как. Я не буду спрашивать у тебя, где же ты достал хаос и как смог запечатать его внутрь коробки. Я даже не буду интересоваться: сработает ли это на мне? Я хочу узнать только одно: почему ты не сопротивляешься тому что я отправляю тебя туда?

— Все просто, — я сделал еще один большой глоток и затянулся приятным дымом дорогой сигары, смакуя момент, — я знаю, насколько ты трепетно относишься к своему слову и как сильно сам не любишь отступников. Я поклялся служить тебе всю свою жизнь и, хотя, чисто формально, я уже мертв и наши договоренности теряют силу, однако только ты можешь вернуть меня обратно к Ольге, не извратив суть души. В свою очередь ты не можешь этого сделать, поскольку дал обещание, что снова приводит нас к тому, что для возвращения на бренную землю, я должен сделать то, что ты пообещал, но…

— Дай угадаю: ты хочешь что-то помимо возвращения на землю и зная твою преданность мне и науке, это вероятно будет нечто такое, что сделает тебя если не бессмертным, то достаточно могущественным, чтобы самостоятельно противостоять любой угрозе, какой бы могущественной не была воля того, кто ее на тебя направляет.

— Именно. Альфред предоставить тебе необходимые чертежи, чтобы вы могли изготовить то, что мне потребуется. Я скажу тебе, что это, а ты скажешь, сможешь ли ты сделать то, что я прошу. Я хочу, чтобы вы изготовили скелет человека в полный рост из осколков скорлупы Вечных, а затем нарастили на него мышцы и все необходимое для того, чтобы моя душа смогла поселиться в нем.

— А у тебя губа не дура. Хватило же тебе наглости такое просить. И тем не менее я отвечу тебе согласием. То, что ты уже сделаешь и что собираешься делать- очень опасно, мало кто решился бы на такое, особенно после встречи с ними.

— Я благодарен тебе, в очередной раз. Сейчас я больше всего хочу узнать, сколько прошло времени с моей смерти и как там она? — его согласие на мое условие поразило меня ничуть не меньше той легкости с которой я попросил об этом. Вечные- симбиотические организмы, которые принимают форму, необходимую хозяину. Они делают хозяина сильнее, выносливее, но главное — они могут поглощать энергию в любом количестве и из любых источников. Кроме того, тысячи таких создают живую клеть в центре нашего мира, не выпуская из него древнее зло, противостоять которому способен только творец. Оружие многих богов и верховных архангелов- Вечные. Скорлупа их яиц — удивительный материал: выдерживает любые температуры и абсолютно неразрушим, пока в нем есть энергия.

— С момента твоей кончины прошло чуть больше трех недель. Ольга в порядке, во всяком случае физически, но очень грустит о твоей гибели, очень эмоционально… — на последних словах, Габриэль поежился так, как будто его ударили по нерву.

— Что она такого натворила, что даже ты поморщился? — как хороший товарищ, я не преминул ткнуть его в больное место.

— Она словно с цепи сорвалась: трижды изувечила Влада, записалась на передовую и пообещала оторвать мне все что можно, если я ее не пущу. За последнюю неделю участвовала в двух вылазках с таким остервенением, что ее теперь опасаются даже те, кто ходил с ней для защиты. Просто чтобы ты понимал: Ольга в одиночку зачистила целое гнездо с почти двумя десятками упырей, а когда мы поймали коллаборационистов из людей, она самолично допрашивала одного из них. Я не особенно люблю предателей, но мне его жалко стало исключительно как мужчину. Выдал он нам, конечно все, однако настроение это не подняло ни на йоту.

— Судя по всему, дела наши совсем не очень. Насчет Оли могу сказать только одно- она молодец. Только прошу не говори ей пока ничего, ты и сам понимаешь, что я могу не вернуться или застрять надолго, не хочу обнадеживать ее.

— Дела хуже, чем ты даже представить себе можешь. Десятая часть всех нелюдей и около миллиона коллаборационистов среди людей. Идет полномасштабная война, благо пока они не могу заниматься переброской войск, но положение не из легких. Основная проблема- вы. Поставки ресурсов блокируются на многих уровнях, бюрократические проволочки вытягивают из меня все соки. Вводить военное положение я не могу, потому как сейчас идет в основном партизанская борьба и вставление палок в колеса. Я бросил