Спасти обязан - Игорь Викторович Пидоренко

не упал, хотя устал смертельно. Настолько, что готов был даже не уснуть, а действительно умереть здесь, под землей и бетоном. Шаг, еще шаг, еще один. Левой, правой, левой, правой. Ну, еще немного, еще чуточку. Стало казаться, что никогда уже не будет конца пути, так и побреду, изредка отталкиваясь плечами от стен и заставляя себя переставлять ноги. Только я хотел заорать от ужаса, как чей-то голос вкрадчиво, но так что эхо заметалось в тишине тоннеля, произнес: «Все, приехали!»

Не открывая глаз, я почувствовал, что руки мои, сведенные за спиной, цепкой хваткой держат стальные обручи. Мне приходилось сводить знакомство с наручниками, так что сомнений на сей счет не было. Лежал я на правом боку, и перед лицом определенно что-то находилось — плотная, пахнущая кожей поверхность. Это была спинка дивана, того самого, что стоял в гостиной. Но, помнится, засыпал я на нем не один. А где же Настя? Сон слетел мгновенно, нужно было понять, что делается за спиной.

Там не происходило ничего особенного. Кто-то негромко переступал по паласу, двигал кресло. Разговаривали на уровне шепота. Потом раздалось приглушенное мычание, и лоб мой покрылся потом. Голос был Настин. Похоже, мы, наконец, отбегались. Прореху закрыли и поймали нас, так и не успевших проскочить линию флажков. Плохо. Ничего, ничего. Как в старом еврейском анекдоте: «Из любой ситуации всегда есть два выхода». Не надо пока резких движений, подождем, посмотрим.

Пробормотав что-то бессмысленное, я попытался шевельнуться. Эта попытка не осталась без внимания. Меня крепко взяли за плечи, развернули и посадили. Глазам открылась безрадостная картина. В комнате за время нашего сна появилось пять или шесть посторонних. Национальность их так сразу определить было трудно. Сквозь щель между неплотно задернутыми шторами пробивался серый предутренний свет — самое сейчас было время, чтобы брать нас тепленькими, разоспавшимися. Нет, положительно работа спаса расслабляет. Разве я позволил бы раньше повязать себя вот так, запросто? Да еще при подобном раскладе событий! Позор на мою голову! Правда, пока еще не седую…

Вольно мне было таким образом размышлять. В сумерках удалось разглядеть, что Настя сидит в углу на полу с руками, как и у меня, заведенными за спину. Рот заклеен лентой широкого пластыря, а на плечи накинут халат, чтобы скрыть ее наготу. Забавно, эти люди стараются не пробудить чувство стыда у дамы. Знали бы они, что дама может сделать, сними с нее наручники! Но, вполне вероятно, и знали, потому что металлические браслеты оставались на ее запястьях.

Один из визитеров пододвинул поближе к дивану кресло, сел и уставился на меня. Остальные стоя расположились полукругом за его спиной. Я ждал, а они молчали.

— Алик и Серж — твоя работа? — наконец спросил тот, что сидел.

— Не понимаю, — выдавил я, хотя уже догадывался, о ком речь. И тут же моя голова дернулась от хлесткой пощечины. В ушах немного зазвенело, зато голова прояснилась окончательно.

Вкуса крови на губах не чувствовалось, значит, пока все цело.

— На Полянке, на Полянке, — объяснил сидевший. — Или тебя там не было?

Лица его я как следует разглядеть не мог, не хватало света.

— Почему не было? Только когда я пришел, они уже валялись. Наверное, друг друга положили.

Еще одна пощечина.

— Братьями они были, — почти ласково выговорил визитер. — Это ты понимаешь? Не могли они себя положить, потому что — братья. А за них теперь мы тебя мучить станем.

Был в его речи странный акцент, что-то кавказское. Ну, это сейчас не такая уж редкость в столице, несмотря на постоянные попытки очистить город от «гастролеров» с юга.

— Правда не трогал, сами, дураки подставились, — как можно мягче сказал я.

И ведь не врал! Но все равно доказать свою правоту не мог. Вспомнил кое-что из своих трюков и начал осторожно шевелить пальцами. Наручники не представляли из себя чего-то сверхсложного. Только бы минут пять меня не трогали. Я, конечно, не Копперфильд, но…

Запищал сотовый телефон в кармане у одного из стоявших за креслом. Он послушал и что-то прошептал на ухо главному. Тот скривился.

— Ладно, сейчас поедем. Жалко, что времени нет поговорить с этим козлом по-свойски. Поднимайте девку, ее тоже заберем.

Мне нужны были еще десять секунд. И я их получил.

Эти ребята действительно не знали, с кем имеют дело. Когда Настю, подхватив под мышку, поднимали с пола, она взорвалась. Одним движением плеча скинула халат, чтобы не мешал двигаться, и стала работать как следует. То, что руки скованы за спиной, ее совершенно не стесняло. Оставались ведь еще ноги! Весьма длинные. Уж ими она действовала в полную силу. Наши гости разлетались по углам, как игрушечные. А среди них молнией металась обнаженная Настя. Действительно, зачем мы вчера бегали, спасая свои жизни. Надо было атаковать!

Тут и я вступил в игру, освободив, наконец, одну руку из наручников. Особенной злобы не было, но вырубать их приходилось по серьезному. Что мы совместными усилиями и выполнили. Девушка замерла посредине комнаты. А я занес кулак над последним из оставшихся в сознании. Это был как раз тот, кто лупил меня по лицу.

— Погоди, — сказала Настя, переводя дух. — Надо его допросить.

Я нехотя разжал пальцы. Ничего не поделаешь, она была права. Как, однако, удачно все получилось! И не нужно никуда идти, чтобы искать на свою голову приключений и добывать информацию. Сейчас, так сказать, не отходя от кассы, все и узнаем.

Покопавшись у поверженного противника в карманах, я нашел ключ от наручников, освободил Настю, снял браслеты со своей руки и заковал теперь уже его. Потом приподнял за грудки и бросил на диван. Сам же неторопливо оделся, собрал с пола оброненное визитерами оружие, поднял упавшее кресло и сел в него. Роли наши поменялись.

— Ну что, поговорим?

Пленник что-то прошипел на непонятном мне языке и добавил по-русски:

— Муса с тебя живого кожу снимет!

Ну, вот уже и стали поступать первые сведения. О Зеленом Мусе я кое-что слышал. Значит, это его люди. Итак, Хромов, Муса. Кто еще?

— До Бога высоко, до Мусы далеко, — философски заметил я. — Он ведь может и не узнать, кто его людишек грохнул. Нас еще поймать надо. А это, как ты убедился, совсем непросто. Но есть деловое предложение. Будешь слушать, или мне утюг где-нибудь здесь поискать?

Он разлепил губы:

— Давай, говори.

— Сейчас ты быстренько ответишь на несколько моих вопросов, а потом, не исключено, мы соберемся и вместе с тобой поедем к Мусе. Добровольно. Он ведь нас видеть хотел?

— Смотря какие будут вопросы.

— Ничего страшного, немножко разъяснений. Настя, ты кофе не сваришь?

Моя подружка уже успела одеться. И уже давно не задавала вопросов. К примеру, о поездке к