Пуля в подарок - Максим Шахов

– Оружейка работает до последнего клиента, – не мог не съязвить Тарасов, идя по пустынному военному городку.

Особист курил на крылечке штаба. Увидев Артема, он швырнул окурок в темноту и приглашающе махнул рукой.

Знакомый старший лейтенант, хлопая сонными глазами, бросил на стол журнал записей.

– Не надо регистрировать, – возразил особист. – Мой контейнер открой…

На стол, звякнув, упал ключ на серебристой цепочке.

– Иди, – коротко бросил особист, и старлей убрался, закрыв за собой стальную решетку оружейки.

– Богато живешь! – проговорил Тарасов, когда особист откинул крышку контейнера.

– Я вас выведу на объект, – монотонно говорил особист. – Укажу направление. Дальше сами знаете… Связь – коротковолновая рация.

Артем взял новенький «калашников», набил кармашки «разгрузки» запасными магазинами, прихватил четыре светошумовые гранаты, подумав, пристегнул к поясу штык-нож.

– Вы скромно обошлись, – заметил особист. – Пистолет возьмите.

– Вряд ли понадобится, знаю по опыту, – возразил Тарасов.

– Как хотите, – равнодушно пожал плечами особист. – Маску будете надевать?

– Новый год, что ли? – делано удивился Артем и от шерстяной шапочки-маски отказался.

«Газик» остановился у КПП. Особист высунулся из окна, кивнул дежурному офицеру, и машина выкатилась по выжженной прожекторами белой дорожке в ночную темень.

– Забыл спросить: Умара в лицо знаете? – обернулся особист.

– Знаю… Так я за Умаром в такую рань?

– Это вы так сказали, – заметил особист и, чертыхнувшись – «газик» пошел по ухабистой грунтовке, – закурил.

«Загадками говорит, – подумал Тарасов. – Сфинкс армейский… Навидались таких… Жар-то чужими руками сподручней загребать».

Проехали километров тридцать, встретив только заплутавший расхлябанный «Москвич». Выбрались на окраину селения.

– Тормози! Туши фары! – приказал особист водителю. – Видите дальние домики? Там, по оперативной информации, сегодня отдыхает Умар со своей веселой компанией…. По завершении свяжитесь со мной.

Артем спрыгнул на траву и с наслаждением потянулся. Первые лучи солнца только начинали красить небо. Зачирикала в кустах птичка.

Чахлые деревца укрывали склон. Тарасов, сняв автомат с предохранителя, шел вперед, фиксируя обострившимся зрением мелочи ландшафта. Вон домик – похоже, брошен давно… А это вроде воронка от разрыва снаряда – вишь, как за годы травой поросла…

Хрустнула неподалеку ветка. Артем упал за поваленный мшистый ствол, вглядываясь в темноту.

Раздались негромкие голоса. Говорили по-чеченски. Мелькнули и исчезли две тени.

«Прочесывают окрестности понемногу, – понял Тарасов. – Значит, наводка правильная».

До дома с освещенными окнами он полз по-пластунски. Установив у калитки светошумовую гранату на растяжке, обежал забор и нырнул в кусты, притаился за поленницей.

В доме слышались голоса. Тарасов насчитал троих говоривших, но он мог и ошибиться. Прильнул к окну и увидел край пестрого ковра, угол стола с грязной посудой, чью-то русую шевелюру. Те двое, что прошли мимо, пока не возвращались.

Капитан Тарасов перекрестился свободной левой рукой, с размаху вышиб прикладом оконное стекло и бросил цевье на подоконник. Он скорее слухом, чем зрением, ощутил резкое движение – один из сидевших за столом метнулся в темный коридор – и пустил короткую очередь. Грохот упавшего тела смешался с дикими воплями.

На свету качнулись тени. Тот, кто показался Артему Умаром, оказался бойким: сжав обеими ладонями пистолетную рукоятку, он наугад выстрелил в оконный проем. В глаза Тарасову сыпануло древесной трухой.

С адским грохотом и вспышкой взорвалась граната, оставленная Артемом у калитки: боевики возвращались с патрулирования с немалой помпой.

Противник был захвачен врасплох и здорово нервничал: оставшийся в живых укрылся за холодильником и орал оттуда, требуя от товарища сделать хоть что-нибудь.

Артем мягко отбежал от окна, зажмурил глаза и, размахнувшись, зашвырнул в комнату свою гранату.

Вспышка и шум. Звон в ушах…

Из двора ударили автоматные очереди: парочка боевиков залегла в кустах.

Тарасов забросил за спину автомат и ударил ногой по хлипкой входной двери. Качнулся белый зарешеченный фонарь над головой. Филенки рухнули внутрь.

Ослепленные и оглушенные светошумовой гранатой чичи панически вопили и чем-то грохотали, но это было уже не важно. Держа перед собой обнаженный штык-нож, Артем шагнул в комнату. Чич с плешью на затылке слепо наткнулся на Тарасова спиной. С легчайшим треском пропоров ткань, лезвие вошло тому под лопатку. Сильно оттолкнув хрипящее тело, Артем увидел ноги второго чича, укрывшегося в щели за холодильником. Чтобы не нарываться на шальную пулю, Тарасов бросил автомат на руку и двумя длинными очередями издырявил замызганный бок холодильника. Ноги в кроссовках дернулись. Готов.

Оставались те двое. Они, похоже, уже успели сообразить, что диверсант действует в одиночку, и потому не убрались подобру-поздорову. Чичи кричали, подбадривая друг друга.

Артем прокрался к двери и выстрелом сбил фонарь. Из кустов прогремели две автоматные очереди. Тарасов примерился и запустил в ту сторону две гранаты подряд. Фейерверк был оглушительный.

Беспорядочные очереди просвистели над головой Артема. Тарасов был уже напротив калитки. В первых рассветных лучах бегущие вниз по склону фигуры боевиков были видны как на ладони. Встав на одно колено, Артем послал им вслед две пули и рысцой вернулся в дом.

Его подозрения оправдались: мертвый чич был только похож на Умара.

Кто были эти четверо? Один Аллах знает! Но уже то, что с арсеналом у ребят было все в порядке, доказывает многое. Мы на войне, и вина противника не требует доказательств…

Рассветало стремительно. Розовым засветились пышные деревья на востоке. Артем пустился в обратный путь.

На месте, где стоял «газик» с особистом, осталось только жирное масляное пятно.

«Уехал, сука, пижон! – зло подумал Артем, припуская бегом по склону. – Услыхал стрельбу и уехал! Встречу козла в Ханкале – морду набью!»

Выбравшись на грунтовку, Тарасов осмотрелся. Пустынно. Хоть бы собака пробежала…

Загудел за поворотом мотор. В облаке пыли показалась морда «козелка» – не того, на котором привезли Артема. Тарасов, как был – с закопченной рожей и автоматом наперевес – вышел на середину дороги и поднял руку. «Козелок» истерично засигналил, но продолжал катить прямо на Артема. Тарасов перебросил цевье на ладонь и дал короткую очередь перед колесами машины.

Взвизгнули тормоза.

Тарасов не ошибся: наши. Приоткрылась дверца. Высунулась масленая рожа под козырьком зеленого кепи.