Команда ликвидаторов - Валерий Рощин

Да, попасть в такую бурю – как минимум прическу испортить. Вечером Ионическое море встретило нас сильным штормом. Рестораны, клубы, палубы «Sea Dream» непривычно опустели. Косые волны хлестали в борт с угрожающим грохотом, росчерки молний вспыхивали и терялись в клубящемся небе, судно переваливалось с боку на бок, а к ночи – с изменением направления ветра – добавилась и килевая качка. Лишь под утро буйство стихии поутихло.

Пройдено почти пятьсот миль. В восемь утра белоснежное круизное судно «Sea Dream» вошло в территориальные воды Греции. Трижды мне довелось бывать в здешних краях, и трижды я наслаждался ее красотами. Беспорядочная россыпь островов по бесконечной сини Средиземного моря, почти всегда хорошая погода.

Итак, наш лайнер неспешно плывет по Патрасскому заливу. Следующая стоянка – третий по величине город Греции, Патры, что на северо-западной оконечности Пелопоннеса.

Девчонка пришла в себя после неудачного побега, немного освоилась. Но я каким-то седьмым или восьмым чувством все же ощущаю в ней некую настороженность. Или даже враждебность. Во мне нет осуждения или неприязни, ибо, поставив себя на ее место, я ненавидел бы своих похитителей в еще большей степени.

В полдень судно пришвартовано к одному из причалов пассажирского порта. Небо ярко-синее, ни одного облачка; светит солнце, жарко. Будто и не было ночью никакого шторма.

Господа туристы готовятся сойти на берег для осмотра многочисленных достопримечательностей древнего города. Хелена стоит у иллюминатора и с грустью взирает на утерянную свободу… Глядя вслед последним пассажирам, с неторопливой надменностью удаляющимся от пирса, она жалобно просит:

– Евгений, мы не могли бы прогуляться до ближайшего магазина?

– Это еще зачем?

– У меня испорчена одежда и совсем нет обуви.

– Одежда вполне сносная, а обувь здесь ни к чему. В пункте назначения тебя и обуют, и оденут.

Мой ответ, естественно, не удовлетворяет: женщине всегда хочется выглядеть потрясающе, а тут – севшая от купания в морской воде футболка, измятая юбочка и босые ноги…

Приблизительно через час девчонка снова подходит к открытому иллюминатору. Она ни о чем больше не просит – просто смотрит на залитый южным солнцем портовый греческий город. И тихо вздыхает…

Пытаюсь всячески отвлечь:

– Кофе будешь?

– Нет.

– А сок?

– Нет.

– Могу организовать поход в судовую сауну. Попаришься, помоешься…

– Не хочу.

– Послушай, Хелена. Мне самому осточертела каюта. Если у тебя есть желание, давай сходим в один из ресторанов – я мигом это устрою.

– Что?! Вот в этом – в ресторан? – показывает она на свой прикид. – Ты с ума сошел?!

Пока нет. Но скоро сойду.

– К тому же, – тихо добавляет она, – у меня от здешней пищи побаливает желудок.

– Хорошо, – стараюсь держать себя в руках, – хочешь, я достану для похода в ресторан нормальную одежду?

– Где достанешь?

– Неважно. Достану, и все.

Она усмехается:

– Возьмешь взаймы у какой-нибудь девушки из команды?

– А что ты находишь в этом ужасного?

– Ничего. Кроме того, что я никогда не таскала чужой одежды и никогда ее таскать не буду. Ясно?

– Ах да, простите, забыл – вы же у нас дочь генерал-лейтенанта. Так или ошибаюсь?..

– Дело не в том, кто мой отец. Просто я на ваш корабль в гости не просилась. И если уж ты, Евгений, решил чем-то скрасить мой плен, то делать это нужно деликатно и без дурацких предложений надеть юбку, снятую с чужой задницы.

Блин, как же ты мне надоела со своими капризами!..

– Ладно, – примирительно заканчиваю разговор, – напиши, какие тебе нужны вещи, их размеры, расцветки… Я схожу на берег и куплю.

– Ты издеваешься или на самом деле идиот? – сжимаются ее кулачки.

* * *

Мы спускаемся с Хеленой по парадному трапу на берег с целью прошвырнуться по торговым улочкам вблизи порта. В наших планах – этакий экспресс-шопинг по магазинам летней одежды и женской обуви.

Пришлось поддаться на уговоры, и теперь я веду себя как истинный джентльмен: состроив слащавую улыбочку, не спускаю со спутницы глаз, постоянно держу под ручку и делаю вид, будто девять планет нашей системы вращаются вокруг нее, а не вокруг Солнца.

Неурочный визит на берег не страшит. Хелена по моей просьбе прилично загримировалась, а меня в Греции и подавно не знает ни одна собака. Мой любимый нож, который почти всегда пристегнут двумя тонкими ремешками к голени, на этот раз пришлось оставить в каюте – погранцы или таможенники могут заставить пройти через двухметровую подковообразную хреновину, называемую «металлоискатель». Жаль – привык я к этому ножичку. Небольшая партия подобных была сделана на Урале специально для отряда боевых пловцов «Фрегат-22».

Уйти с корабля было непросто. Во-первых, я поддался ее уговорам только после того, как выслушал в свой адрес массу «комплиментов». Признаться, с такой изощренной фантазией меня еще никто не обзывал.

Во-вторых, ради прогулки по берегу она все-таки согласилась напялить чужие шмотки, которые мне пришлось втихаря искать среди женской части экипажа.

Ну и, в-третьих, помимо шмоток понадобились документы. Их я также прихватил взаймы у похожей на Хелену уборщицы из верхнего ресторана. Эта же уборщица помогла найти светлый парик и кое-что из косметики. Одним словом, после длительного пребывания у зеркала моя «посылка» перестала быть похожей на саму себя.

У трапа нас провожал молчаливый Горский. Так, на случай излишнего любопытства вахтенных. Не задерживаясь, мы спускаемся по трапу, подходим к терминалу, состоящему из множества будок под общей крышей. Таможенные и пограничные формальности отнимают ровно десять минут, после чего мы оказываемся между просторной автомобильной стоянкой и длинной городской площадью.

Девчонка вглядывается в вывески магазинов, пестреющих через площадь, а я поторапливаю: на открытом месте лучше не задерживаться.

Стоим, ждем. Перед нами по узкоколейной железной дороге с грохотом проезжает этакий гибрид городского трамвая и загородного электропоезда: пять ярко-желтых вагонов с открытыми окнами и дверьми. Народу в вагонах немного – в основном туристы с фото– и видеокамерами. Пока пропускаем гибрид, озираюсь по сторонам…

И вдруг вижу несущийся к нам от стоянки спецавтомобиль – белый с жирной желтой полосой посередине. Нечто похожее на нашу «Газель».

В голове рой догадок и предположений. И главный вопрос: что он делал на площадке, кончающейся тупиковым выездом на причал?

Ладно, не время решать головоломки. Хватаю барышню в охапку и запрыгиваю на подножку проносящегося мимо последнего вагона.