Гимн шута – ХII - Антон Сергеевич Федотов

Да, император мог многое. В том числе его службы способны были запросто стереть в порошок любой клан в империи. И, надо сказать, такие ситуации случались. Как правило, по необходимости. Реже — во имя укрепления власти. Но всегда был повод. Хотя бы формальный. Меньше всего будущему самодержцу было нужно, чтобы кланы восстали против него.

— Павла выводим за скобки, — коротко вздохнул цесаревич.

Уголки губ Анатолия Георгиевича дернулись, но он склонил голову. Чуть резче, чем стоило бы, но однозначно согласно. Сюзерен мог отдать опричнику такой приказ.

— Светлана, — негромко произнес мужчина. — Моя дочь.

— Виктория, — тут же подхватил Игнат. — Моя сестра.

Несколько секунд цесаревич рассматривал визитеров, после чего резко выдохнул и произнес:

— Напомню, что Светлана вошла в Род, основанный Павлом Анатольевичем, — негромко сообщил он. — Равно как и Виктория.

Юсупов и Волконский переглянулись и вновь перевели взгляды на будущего императора. Ответ им был понятен. Действительно, на бумаге кланы уже не имели отношения к девушкам. Однако такая постановка вопроса мужчин не устроила.

— Формально ты прав, Твое Императорское величество, — согласился Анатолий Георгиевич. — Однако не стоит забывать о фактическом родстве. Клан Волконских… я лично буду очень расстроен, если моя дочь погибнет в политических играх.

— Поддерживаю, — негромко согласился Игнат, заставив чуть удивленно обернуться к нему не только цесаревича, но и отца «бунтаря».

— Это позиции кланов? — уточнил младший Долгорукий негромко.

— Моя личная, — разом произнесли оба посетителей.

Но взглядов не отвели. Посыл был понятен: «Если ты наших родичей по копейке разменяешь, будем мстить.».

У любого Первого клана было немало способов доставить неприятности даже правящей Семье. Да, несмертельные. Но и «итальянская забастовка» одного крупного игрока — уже проблемы и сложности. А уж если двух…

И оба посетителя прекрасно понимали, а потому старались формулировать мысли достаточно жестко, чтобы донести до собеседника серьезность своих позиций, но не настолько, чтобы в голову хозяина кабинета закралось короткое и емкое слово «бунт». На него ведь у любого человека власти совершенно одинаковая реакция. Смертельная для зачинщиков безобразия.

Несколько секунд Долгорукий молчал.

— Я вас понял, — наконец сухо обронил он. — Свободны.

Испытывать судьбу никто не стал. Все, что хотели, посетители уже донесли до второго человека в стране. Теперь обоим нужно было дождаться хоть какой-то реакции.

* * *

Едва за Волконским и Юсуповым закрылась дверь, мужчина прикрыл глаза и позволил себе постоять так посреди кабинета аж целую минуту. Ровно через шестьдесят секунд он распахнул глаза, сделал пару разминочных движений шеей и отправился к рабочему столу.

В несколько касаний цесаревич активировал мощный комплекс связи и вызвал одного из абонентов.

— Я все слышал, — первым делом сообщил собеседник сразу после установления связи. — Молодец, сын.

Константин Дмитриевич кивнул бесстрастно. Мол, а как иначе?

— Все по плану. Волконские и Юсуповы сближаются. Работа в этом направлении будет продолжена.

— Рад слышать, — ровно ответил император. — Только не перестарайся, сын. Нам нужны оба клана. Но «Пророк» важнее.

— Мы не сможем раскрыть потенциал, оберегая их от опасностей, — негромко откликнулся наследник.

Император и сам прекрасно знал, что способности аналитиков раскрываются полностью лишь в предельных значениях. Проще говоря, требовались тренировки на грани жизни и смерти. И далеко не всегда удавалось соблюсти баланс. А если уж быть совсем честным, то неудач было значительно больше, чем готовых высококлассных специалистов для канцелярии и аппаратов первых лиц империи.

— Работай, сын, — негромко потребовал император.

— Будет сделано, — ответил именно то, что хотел услышать старший родич, цесаревич.

— И да… Помни, что отличную мотивацию может дать и ненависть. Поэтому, если кланы зайдут слишком далеко, заранее разрешаю любые действия.

Глава 11

Глава 11

Павел был осторожен.

Любая ошибка могла стоить очень дорого, а потому он действовал крайне осторожно и осмотрительно. И все лишь до того, чтобы продлить агонию. Против него действовала слаженная пара профессионалов при поддержке службы охраны здания. Все камеры, датчики и системы аварийного протокола сейчас работали против него.

— Лучше поздно… — чуть нервно хмыкнул клановец, поправив темно-синюю кепку сотрудника клининговой службы.

Пальцы сжались на пластиковом древке швабры. Так себе оружие, если честно, но хоть что-то… Хорошо еще, что противники не смогли бросить все силы внутренней безопасности на перехват Волконского. Иначе его давно бы уже локализовали и загнали в угол. А так, похоже, в деле лишь несколько операторов внутреннего контроля без доступа к системе распознавания лиц. Так что он вот уже семь минут боролся с неизбежным… и кто знает, может ему удастся прорваться на свободу? Конечно, потому его все равно найдут, но еще несколько спокойных часов не повредят. А там, глядишь…

Не сейчас! Все лишние мысли прочь.

Чуткое ухо парня уловил тоновый сигнал открытия створок лифта. Одновременно хлопнула дверь лестничной клетки.

«Гады!» — решил молодой человек. Но он бы действовал так же. Разом блокировал лифт и пролеты. «Смысла нет.» — констатировал Волконский еще через секунду. Наверняка все системы эвакуации уже под наблюдением. Тут ведь долго думать не надо. Ими же только и пользуются, когда нужно проверить их исправность. Так что любой, кто выберется, например, на пожарную лестницу, тут же попадется операторам.

— Ла-а-а-дно, — решил парень, отступая назад.

Все равно пространство для маневра уже отсутствует.

Наплевав на все, клановец бросился бегом к местному тренажерному залу. Скорее всего, оператор, сопровождавший штурмовую пару, тут же засек нетипичное поведение. Но какая, к черту, уже разница? минутой позже или раньше — значения не имеет. Он попался. Оставался еще один сумасшедший вариант.

Через зал парень, сопровождаемый парой лениво-удивленных взглядов, просто пробежал, тут же юркнув в мужскую раздевалку. Буквально ворвавшись внутрь, Павел захлопнул дверь и тут же привалился к ней спиной в попытке перевести дух. Однако кто б ему это дал…

— Какого⁈ — невольно вырвалось из груди Волконского, стоило ему понять, что он в помещении не один и… осознать, чем именно занимаются присутствующие.

— Паша? — чуть удивленно протянул один из троих мужчин.

— Шут? — тут же озадаченно уточнил Валера — шкаф из отдела физзащиты.

— А мы… тут… это… — чуть запнувшись начал Сергей.

Да Волконский и сам прекрасно видел, что они тут… ЭТО. Чем занимались трое мужчин застывших статуями со спущенными ныне