Танки к бою! Сталинская броня против гитлеровского блицкрига - Даниил Веков

– Кто такой? – резко спросил Михаил Ефимович. – Где служил, из какой части?

Черняев объяснил: майор – командир особой группы, обкатывавшей новый «КВ». Очень помог во время боя, по сути, спас ситуацию. Если бы не он и его танк – не видать бы нам Клевани… Человек опытный, изрядно уже послуживший, это сразу видно, а главное – боевой. Решительно взялся за дело, подтянул отставшие роты, организовал оборону у города. На такого можно положиться…

Михаил Ефимович выразил желание лично познакомиться с майором, а также выяснить обстановку в городе. Оставил полковника Черняева вместо себя на хозяйстве и выехал в 40-й танковый полк. Благо было совсем недалеко, всего шесть километров на юго-запад…

Добрался до Клевани, нашел штаб полка, выяснил, что Дымов находится на передовой, осматривает позиции. Кивнул – молодец, занимается нужным делом. Пока ждал Виктора Михайловича, пообщался с начальником штаба майором Токаревым. Тот доложил о ситуации, рассказал о вчерашнем бое.

– Да, жалко Третьякова, – вздохнул Михаил Ефимович. – Отличный был командир, один из лучших. И товарищ хороший. Надо распорядиться, чтобы его похоронили на главной площади, торжественно, с салютом…

– Нечего хоронить, – печально покачал головой Токарев, – ничего не осталось. Я сегодня смотрел в танке – один пепел от людей. Вот только это и нашел. Похоже, что его…

Начштаба протянул Катукову сильно оплавленный, почерневший кусок металла. В нем с большим трудом можно было узнать орден Красного Знамени. Михаил Ефимович взял, крепко сжал в кулаке… Стало заметно, как окаменело его лицо, как побелели костяшки пальцев. Бережно положил оплавленный орден в карман – чтобы всегда был при нем. Как память о друге и боевом товарище…

В это время вернулся майор Дымов. Познакомились, поговорили. Катукову Виктор Михайлович очень понравился: серьезный, цену себе знает. И в самом деле опытный командир: кратко, точно описал положение дел, подчеркнул, что воевать, по сути, не на чем – осталось всего четырнадцать машин и с десяток броневиков. Да его новый «Клим Ворошилов»…

– Слышал уже про вашу машину, – хмыкнул Михаил Ефимович. – Говорят, невероятно мощная, грозная. Немецкие панцеры бьет на раз, только куски в разные стороны отлетают.

– Пожалуй, это несколько преувеличено, – сдержанно улыбнулся Виктор Михайлович, – но в общем и целом – да, верно. Наш «КВ» – машина действительно особая, другой такой в Красной Армии нет. И вообще ни у кого – ни у немцев, ни в других армиях. Даже близко не наблюдается. Пойдемте, покажу. Мы его за особняком спрятали, в панском саду, чтобы гитлеровцы не обнаружили и не разбомбили.

– Ладно, но чуть позже, – согласился Катуков. – Давайте сначала подумаем, как выполнить приказ командующего корпусом. Мне вчера удалось связаться по телефону с генерал-майором Рокоссовским, и он прямо сказал: ваша задача – выбить гитлеровцев из Луцка. Это приказ Военного совета Юго-Западного фронта и лично командарма генерал-майора Потапова. Основные силы мехкорпуса еще только подтягиваются, дай бог, если через два-три дня подойдут… А за это время многое может измениться. Значит, вся надежда – на нашу 20-ю танковую дивизию, вы впереди всех. Как думаете, сможем мы освободить Луцк?

Этот вопрос был адресован непосредственно Виктору Михайловичу.

– Если честно, то нет, – твердо ответил Дымов. – Вчера мы захватили немецкого обер-фельдфебеля, допросили. Кое-что удалось узнать: у Луцка, по его словам, стоит 3-й моторизованный корпус генерала фон Макензена. Это две танковые дивизии, 13-я и 14-я, а еще, в качестве резерва, 25-я моторизованная дивизия. Вместе – примерно триста панцеров плюс броневики… А у нас в полку – всего четырнадцать легких танков. Ну, конечно, еще мой «Клим Ворошилов», итого – пятнадцать. Чтобы разгромить целый немецкий моторизованный корпус точно не хватит!

– Есть еще 39-й танковый полк и 20-й мотострелковый, – напомнил начштаба майор Токарев. – Ударим все вместе…

– Все равно недостаточно, – упрямо повторил Дымов. – Надо же понимать – больше половины машин мы уже потеряли, причем даже не в сражениях, а бросили на дорогах. Из-за поломок и неисправностей… Пока до Луцка доберемся, сколько останется? В два раза меньше, чем сейчас? Так?

– Так, – со вздохом признал Катуков, которому Черняев уже доложил об оставленных на шоссе танках.

За три дня марша – минус девятнадцать машин, и это в одном только 40-м полку! Если не удастся их отремонтировать… Но рембаты плутают где-то в лесах, когда еще подойдут!

– Положение серьезное, – согласился Михаил Ефимович. – Ладно, что вы предлагаете? По глазам вижу – есть план…

– Так точно, – слегка улыбнулся Дымов, – есть. Ничего нового, старый, как мир, но может сработать. Танковая засада! Леса здесь густые, спрячем машины и устроим для гитлеровцев сюрприз. Расстреляем во время марша, в колоннах. Если выдвинемся чуть западнее Клевани, встанем на Луцком шоссе… Вот здесь, посмотрите.

Виктор Михайлович показал на карте:

– Я со своим «КВ» спрячусь тут, на повороте, а остальные машины мы поставим ближе к Клевани. Замаскируемся и будем ждать… Гитлеровцы от нас сейчас довольно далеко, не заметят. А когда пойдут, мы по ним и врежем. Я пропущу их вперед и ударю по последним машинам, а БТ, наоборот, по первым. И тогда зажмем гитлеровцев, подожжем и уничтожим. На всякий случай, конечно, поставим гаубичную батарею на окраине, чтобы остановить те танки, которые прорвутся… Но это уже детали. Думаю, батарея без труда справится с задачей – с таким-то калибром! Снарядов, правда, маловато, но, думаю, на один раз хватит. А там, глядишь, и еще подвезут…

Михаил Ефимович задумчиво посмотрел на карту, почесал подбородок и с сомнением произнес:

– Маловато у нас сил, вы правы… Справитесь?

– Справимся, – твердо ответил Дымов. – У нас броня – усиленная, ни одному немецкому панцеру не пробить, будьте уверены. А сами уничтожим любого – хоть «троечку», хоть «четверочку», не говоря уже о всех прочих. Только успевай оттаскивать…

– Кого оттаскивать? – не понял начштаба Токарев.

– Подбитые машины, – улыбнулся Виктор Михайлович. – Ну, это я так, для красного словца… На самом же деле достаточно двух-трех точных попаданий по немцам, и все. Дорога узкая, панцеры встанут и закупорят ее. И, считай, дело сделано. Главное – создать хаос, огненный вал…

– А какой у вас боезапас? – озабоченно поинтересовался Михаил Катуков. – Сколько осталось снарядов?

– Было сто тридцать пять, – ответил Дымов, – вчера мы шестнадцать использовали. Хватит как минимум на еще три-четыре боя, а затем, глядишь, еще пополним. Пушка у нас – Ф-32, к ней любой трехдюймовый снаряд подойдет.

– Ну, что ж, отлично, – согласился Михаил Ефимович, – пусть будет засада…

– Один раз гитлеровцы по башке получили, – сказал майор Дымов, – можно дать и еще. Так сказать, для закрепления материала. Главное – не бояться, а бить немцев очень даже можно. Опрокинем, погоним к Владимиру-Волынскому…