Банда в законе - Сергей Зверев

В доме, кроме домработницы, никого не было.

– Михаил Александрович просил вас дождаться Вову, он едет. – Пожилая женщина улыбнулась. – Может, вам кофе сделать? У меня прянички есть, свежие.

– Пожалуй, не откажусь. – Стас вспомнил, что не завтракал. – А сам хозяин где?

– Уехал, неугомонный. Всегда так – срывается, и только его и видели.

– Вы давно у них работаете? Извините, не знаю, как по имени-отчеству…

– Просто Света, отчества не надо… Да уж… – она задумалась, – лет десять точно. Меня еще Настенька брала, хозяйка: светлый был человечек, добрый, очень нам ее не хватает.

– Значит, давно Ольгу знаете… Не замечали в последнее время ничего странного? Может, грустила или подавлена была?..

– Жалко девочку, она очень изменилась после смерти матери. Веселая была, общительная, хохотушка. Теперь такая… спокойная, уверенная – настоящая дама, ей-богу! А замечать… Кажется, ничего такого не было, хотя не приглядывалась особо… Почему это вы спрашиваете, – Света насторожилась, – чего случилось-то? Никак не к добру разнюхиваете?

– Все в порядке, просто беседу поддерживаю.

– А-а… – она чуть успокоилась, – ну, побеседовать всегда приятно, мне-то особо и не с кем, в доме хоть и есть народ, да все неразговорчивые. Говорят, болтливая я, а я чего? За жизнь поболтать, про сериалы разные рассказать интересно могу, еще чего… А уж рецептов кухонных знаю – тьма!

– Ясно. Значит, ничего необычного?

– Нет, все в порядке, – она немного обиделась, что перебили.

– Света, у меня к вам будет маленькая просьба… – Стас действовал по наитию. – Вы ведь знаете все вещи в доме? – Она, насупившись, кивнула. – Посмотрите, пожалуйста, все ли на месте…

– Так кто ж тут возьмет?! Я никогда ни копейки… – Света возмущенно задохнулась.

– Никто не говорит про вас, просто… просто посмотрите, и все. Может, что-то пропало, а вы не заметили.

Она воинственно уперла руки в бока:

– Я, конечно, посмотрю, только уверена: все на месте. Хорошая семья, хорошие люди – из дома тащить не будут, а посторонним сюда не попасть, сами видели! А уж я… грех хвалить себя, да только женщины честнее во всем мире не сыскать – я еще в деревне у батюшки Арсения обучалась, сказано в Писании: не воруй, окаянный, так я завсегда следую святым законам! Батюшка Арсений сам говаривал: ты, говорит, Света, прямо ангел небесный! Так и говорил, ей-богу, не вру ни словечка!

Стас кивнул:

– Но на всякий случай посмотрите, вы мне очень поможете. И еще… Вы друзей Ольги знаете? Может, сюда кто приходил?

– Не помню такого: она, бывало, говорила, что друзья и не попадут к ней, охрана не пропустит. По телефону болтала часто – что было, то было, а видеть… нет, не видела.

– Хорошо, спасибо… Вы, кажется, говорили про кофе с пряничками?

Света засмеялась:

– Пойдемте на кухню. Вдвоем ждать веселее… Расскажу о рецепте бабки моей, Прасковьи, – упокой ее господь в ладонях! – так к ней всей деревней на пироги ходили, а я как раз такой испекла, угощу вас, а то что прянички…

Вовчик приехал минут через двадцать.

– Не достала? – он кивнул на вышедшую из кухни Свету. – Как начнет болтать, так не остановишь – хочется иногда пристрелить ее…

– По-моему, забавная… дружелюбная просто.

– Ворует, – Вовчик хмыкнул. – Просто не удержать! Все, что не приколочено, тащит и прячет. Зато потом истории лепит, как наркоман ради дозы!

– Так и думал, – Стас рассмеялся, – уж очень настойчиво про «я ни копейки!..» повторяла. Зачем тогда держат ее в доме?

– Какая-то дальняя родственница жены Трофимова. Жалеет.

– Понятно…

– Ладно, хрен с ней, другие дела есть. Слыхал, ты номер нарыл? – Вовчик устроился на жалобно скрипнувшей под ним табуретке. – Записал? А то у меня голяк – в школе установлена дешевка, да еще и линза запотевшая… Не видно ни хера!

– Вон там распечатка… Посмотри, кстати, рожи – может, узнаешь кого.

– Нет, – уверенно заявил водитель, долго рассматривая снимки, – никого не видел, иначе бы запомнил. По номеру… секунду, – он вытащил мобильный, позвонил и продиктовал цифры. – Как узнают, сразу мне перезвонят.