Наследство хуже пули - Сергей Зверев

Мартынов сидел и спокойно наблюдал, как на песок ступили и, осматриваясь по сторонам, двинулись к воде трое мужчин, двое из которых были ему хорошо известны по недавнему разговору. У самого берега двое передали сумки третьему, и тот, взвалив их на спину, ступил на сходни и неловко стал подниматься на борт судна. Двое двинулись к дому, на первом этаже которого горел свет.

– Дядя Андрей, кто это?

Мартынова словно ударили сзади по голове бутылкой. Гул, во всяком случае, был похож на тот, который возник, когда в одном из баров Queen его двинул по затылку один из завсегдатаев. Стремительно обернувшись, Мартынов увидел Костю, приютившегося за его спиной.

– Ты… какого черта здесь делаешь?! – взорвался едва слышимым шепотом русский американец.

– Вы мне сами запретили чертыхаться, – напомнил пацан.

– Я тебе запретил, а не себе! – рассердился Мартынов. – Почему не в постели? Выдрать?

– Не выдерете. Вы всегда только пугаете. – Придвинувшись, мальчишка сообщил: – Я вижу – вы не спите, прячетесь. Решил выяснить. Тут гляжу – трое лохов баулы тащат… Чего это они в дом наш прутся?!

Положив руку на плечо мальчишки, Андрей быстро зашептал:

– Коль не спишь, будешь делать следующее. Сейчас уходишь в лес километра на два и там сидишь ровно двадцать минут. Вот часы… – сняв с запястья новый «Ролекс», Мартынов сунул его в руки Косте. – Потом возвращаешься и, если меня к тому времени на базе не будет, звонишь вот по этому телефону, – вынув из кармана трубку, Андрей выбрал номер Холода. – Скажешь, что я пошел с тремя на север. Он знает. Живешь дома и управляешь хозяйством… Все, пошел отсюда! – быстро проговорил Мартынов, видя, как парочка ступает на его крыльцо.

Рассовав выданные предметы первой необходимости по карманам, мальчишка поспешил в сторону бора. Мартынов же, дождавшись, когда запертая дверь трижды подряд встретит плечо одного из ночных гостей, выбрался из-за укрытия. Теперь можно покалякать с этими ребятами. Этого времени достаточно, чтобы выяснить намерения. Если все-таки все сложится вполне безобидно и эти трое просто зарвавшиеся туристы с вместительными кошельками, не составит труда турнуть их с пристани. Вероятно, его вежливость при первом разговоре ввела их в заблуждение, и теперь они просто решили наехать.

Если же у ребят серьезные мотивы покинуть область водой, то уже через двадцать минут Сема будет встречать их. И тоже водой.

Был еще и третий вариант. Эта троица занимает какую-то часть его, Мартынова, истории. Той самой истории, что началась десять дней назад и до сих пор не может закончиться. Кто эти люди – он не знал. Возможно, ответ следовало прочесть в пронзительном взгляде того, что с бельмом. Как бы то ни было, сейчас все выяснится…

– Решили угнать мой теплоход?

Двое на крыльце даже не вздрогнули. Лишь ослабили напор на дверь, и один из гостей стремительно спрятал в карман уже приготовленные отмычки.

– Или поживиться скарбом? И за то, и за другое бьют морду как минимум, и сейчас я воочию представлю вам эту страшную картину, – приблизившись к крыльцу, Андрей взялся за поручень и тут же увидел направленный ему в лицо ствол «ТТ».

Спустившись спиной вперед по лестнице, он остановился сразу, как только остановились напирающие на него двое.

– Сейчас мы взойдем на этот долбаный «Титаник», и ты поднимешь паруса, – сообщил знакомый Мартынову хозяин бельма. Он же являлся и хозяином снятого с вооружения, но так любимого знатоками хорошего пистолета. – Ты поведешь нас до Томи, а по Томи – до Томска. И получишь за это шесть тысяч долларов за работу и молчание. У нас скоропортящийся товар, парень.

– Гвоздики? – осведомился Мартынов после сильного толчка в спину.

– Гладиолусы. Не задавай идиотских вопросов. Хватит ребячиться, ступай капитанствовать.

У самых сходней, где их уже встречал без сумок третий, Мартынов обернулся через плечо:

– Можно последний идиотский вопрос? – «Тянуть, тянуть время, минут через десять малыш позвонит Холоду».

– Если хочешь заработать по голове, спрашивай, – разрешил сорокалетний и снова вынул из-за пояса спрятанный туда пистолет.

Мартынов послушно кивнул и в гробовом молчании перешагнул через низкий леер, как через нижний канат на ринге.

В рубке, куда его довольно бесцеремонно затолкнули, он встал перед штурвалом и стал смотреть куда-то вверх по течению. В этом направлении находились Нижневартовск, Новая Земля и Северный полюс.

– Что ты замер? – бросил тот, что заносил на борт сумки. – Отдавай концы, гуди и поехали. Что ты молчишь как рыба об лед?

– Как я могу завести дизель, если ключ под крыльцом? Это ж не танк.

– А ты не мог этот вопрос задать чуть раньше?! – оскалился переносчик сумок.

– Я хотел, вы не позволили.

Одноглазый рванул его на себя так, что Мартынов покачнулся.

– Ты сказал, что вопрос будет идиотским.

– На крыльце он выглядел бы идиотским, – резонно заметил американец.

Мурза принес ключ, на это ушло еще три минуты. Андрей деловито проверил показания приборов, включил зажигание, двигатель прокашлялся и неровно заработал. Еще через минуту ритм выровнялся и стал походить на шум работающего на солярке джипа.

– Поехали, родной, поехали… – поморщившись, произнес Мурза и положил руку на плечо Мартынову. Андрей послушно кивнул, взялся за рычаг, и в этот момент на пустующей палубе послышались торопливые шаги, и дверь в рубку резко распахнулась…

Мартынов ожидал чего угодно, но только не этого. Милиция – это было первое, что пронеслось в его голове.

Троица схватилась за оружие, но все, на что у них хватило времени, – это выбросить руки в сторону незваных пассажиров.

В их лица смотрели два пистолета с навинченными на них приборами для бесшумной стрельбы, и пальцы неизвестных точно так же дрожали от нетерпения…

– Стоп, машина, – услышал Мартынов знакомый голос. Он донесся до него откуда-то издалека и теперь неприятно удивлял слух легким акцентом.

Медленно подняв голову, американец увидел хорошо известного ему человека в компании незнакомого тридцатилетнего парня.

– Доброе утро, Вайс. Только не говори, что тебе тоже нужно в Томск самой долгой дорогой и обязательно на моем теплоходе.