Пропавший в джунглях - Александр Иванович Волков

Флинт вернулся, когда сгустилась тьма. К этому времени лес затих, в нем лишь изредка кричали поздние птицы. Условный сигнал – карканье вороны – был хорошо слышен. Вся команда расположилась возле костерка, где на прутьях жарились куски мяса.

– Ты как раз к ужину, – сказал Кид небрежным тоном, но в его голосе чувствовалось напряжение.

Остальные молчали.

Флинт тоже ничего не говорил, стоял на краю полянки и не подходил к костру.

– Что скажешь? – спросил Глотов. – И не стой там, как статуя, иди сюда.

– Дрейк погиб, – заявил Флинт. – Его застрелили.

Офицеры у костра шевельнулись и вновь застыли в ожидании.

– Подробности!.. – Глотов с трудом сохранял спокойствие.

Флинт, не сходя с места, проговорил:

– Встреча с агентом не получилась. Похоже на подставу и засаду. Это все.

– Дрейк точно погиб? – спросил Глотов и вспомнил напутственные слова куратора: «Никто, ни при каких обстоятельствах не должен узнать ваши настоящие имена, принадлежность и предназначение».

– Точно. После перестрелки там собралась толпа зевак. Я тоже покрутился возле пивной и видел, как полицейские стаскивали трупы в грузовик. В мешках. Но перед погрузкой они открывали их и рассматривали лица покойников. Дрейк был среди них. Раненых увезли на автобусе с красными крестами. – Флинт имел виноватый вид.

Глотов это заметил и сказал:

– Ты все правильно сделал, иначе лежал бы рядом с Дрейком, а мы здесь сидели бы дураками и ждали у моря погоды. Помянем товарища. – Он достал фляжку со спиртом, чуть отхлебнул и пустил посудину по кругу.

– И что теперь? Связываться с яхтой и сворачивать операцию? – спросил Боннет. – Если не сделать ноги, то нас запеленгуют и начнут охоту. Тут аппаратуры хватает – янки постарались.

– Да ладно. Пускай пеленгуют и слушают, сколько хотят, – возразил Флинт. – Блад ведь на птичьем языке будет докладывать, мол, компаньон нуждается в совете по бизнесу. Да и пеленгуют они не с точностью до квадратного метра. Про треугольник погрешности слышал? Каких-то два кореша, один в районе города, а другой на яхте, базарят о своих делах по радио, потому что телефон на корабль не провели. – Флинт поморщился и махнул рукой, отгоняя назойливых комаров.

– Да и убого все как-то получается, – включился в обсуждение Морган. – Готовились, высадились, получили по морде, поджали хвост и слиняли.

– Эмоции здесь ни при чем. Так уж сложились обстоятельства. Но в чем-то ты прав. Лучами славы командование нас точно не обласкает, – сказал Глотов.

– Намус, то есть честь, потеряем, как говорят у нас на Кавказе, – добавил Флинт.

– А я вот интуитивно чувствую, что мы прорвемся. Надо просто подумать, поднапрячься, – заявил Морган и щелкнул пальцами.

– Интуиция в наших играх дешево стоит. Вера в нее может иметь катастрофические последствия, – жестко осадил его Глотов. – Гадалки и пророки востребованы в других местах. Здесь важнее информация, анализ и планирование. В худшем случае везение, но никак не интуиция. – Он воткнул в рот травинку и задумался, не обращая внимания на перебранку бойцов.

«Положение непонятное, если не тупиковое. Нам дали всего один контакт без подстраховки. У них что, агентуры здесь больше нет? Или другим не доверяют, боятся засветки? Нелепо все как-то получается. Здесь Морган прав. Готовились, тратили ресурсы… Но выходить на связь придется неминуемо, а отцы-командиры пускай решают».

Глотов дошел до схрона, вынул оттуда рацию и удалился в лес на несколько десятков метров.