Боевой выход - Анатолий Гончар

– Успеешь. Сначала вещи скинем и пожрать сходим.

Ефимов согласно кивнул. И впрямь, куда было торопиться? Но не успели они сделать и нескольких шагов, как до них донесся насмешливо-веселый голос почти подошедшего к жилым палаткам Фадеева.

– Гриш, ты куда моего группника потащил?

– Ни хрена! – в тон ему отозвался Воробьев. – Пока приказа нет – он мой старшина.

Ефимов и командир роты связи остановились посередине плаца, дожидаясь направившегося к ним Фадеева.

– Вадим, – протянув руку, без обиняков представился тот.

– Сергей.

Ефимов уже привык к тому, что на уровне рот все друг друга называли по имени, впрочем, это отнюдь не мешало субординации в служебных делах. Ладони стиснулись в крепком рукопожатии, глаза майора и прапорщика встретились, и оба одновременно поняли, что сработаются.

– Гриша, – лицо Фадеева стало серьезным, – не вижу смысла ему со своими вещами таскаться туда-сюда. Койка в нашей палатке свободна, пусть сразу на своем месте и располагается.

– Да в принципе разницы никакой, как хочет, – Воробьев вопросительно взглянул на Сергея.

Тот пожал плечами: мол, как скажешь.

– Тогда дуй в палатку разведчиков. Действительно, чего из-за двух-трех дней мотаться. А Кудряшов пусть ко мне перебирается.

– Без вопросов, – Фадеев снова заулыбался и, показав рукой на ближайшую палатку, предложил: – Пошли?

Сергей посмотрел на Воробьева, пожал плечами и направился вслед за своим новым командиром роты.

– Ствол-то отдай! – нарочито сердито буркнул Григорий и, подойдя к остановившемуся Ефимову, принял из его рук оружие.

– Вот, черт! – непроизвольно выругался Сергей. – Жалко, я к нему привыкнуть успел.

– И что? Какие проблемы? – встрепенулся почти поравнявшийся с палаткой Фадеев. – Всего и дел-то: сдать и получить.

– Ну да, – согласился Воробьев и, повернувшись, чтобы продолжить путь дальше, не оглядываясь, бросил: – Ты, старшина, давай кидай шмотки и пошли обедать!

– Да, сейчас иду! – отвечая, Сергей почувствовал, как на эти слова призывно откликнулся желудок. Ефимов вовсе не был голоден, но после многодневного пайкового рациона хотелось чего-нибудь другого, хотя бы слегка домашненького. А Сергей прекрасно помнил, что в вотчине старшего прапорщика Селиванова готовка была на вполне приличном уровне.

С передачей дел и должности в первый день решили не заморачиваться. Неспешно перекусили, разбрелись по палаткам и предались послеобеденному отдыху. Отрядного шестнадцатичасового построения в этот день не было: комбат уехал в Ханкалу, а начальник штаба и замполит умотали в расквартированный по соседству пехотный полк – то ли на очередное согласование, то ли по каким-то только им ведомым делам. Так что строить остатки отряда (две из четырех групп первой роты были на боевом задании) было попросту некому, да и незачем. Послеобеденный отдых продолжился и в часы самоподготовки. День был жаркий и что-либо изучать и самоподготавливаться не хотелось. Тем более что Фадеев «замутил» баню… Можно было расслабиться и отдохнуть дополнительную пару часиков, но Сергей решил распорядиться своим временем несколько иначе.

– Вадим, – Ефимов окликнул вертевшего в руке пульт от телевизора ротного.

Тот лениво покосился на старшего прапорщика.

– На приеме.

– Может, ты меня группе представишь, пока без дела сидим? – Сергей потянулся и, прогоняя последние остатки сна, шумно вдохнул-выдохнул.

– Куда спешить? Собственно, и завтра не опоздаешь, – попробовал отговорить его Фадеев, но без особого напора – спать не хотелось (выспался), видюшник отдали в ремонт, по телевизору шли местные новости. Муть мутью.

– Да лучше уж сразу, – Ефимов не хотел затягивать.

– Ладно, пошли. – Майор положил пульт на тумбочку и резко встал. Пружины кровати громко и жалобно скрипнули.

– Вторая группа, через две минуты – построение на плацу. – Он взглянул на часы, но торопить личный состав – мол, «время пошло» – не стал. В данном случае две-три минуты не играли никакой роли.

Лишь минут через пять сонно зевающий ротный и успевший умыться Ефимов вышли на плац.

При появлении Фадеева недовольное брюзжание среди личного состава прекратилось. Вперед вышел щуплый с виду контрактник (на полголовы ниже Ефимова и вдвое уже в плечах, одним словом, сопля соплей).

– Становись! – Однако голос у него был что надо. Построенные в одну шеренгу бойцы зашевелились, выравниваясь. – Равняйсь!

– Отставить! – махнул рукой ротный, тем самым давая понять, что не собирается устраивать «официальную церемонию», и повернулся к идущему следом Ефимову: – Это твой зам – старший сержант Шадрин.

Сергей окинул взглядом фигуру контрактника и скептически хмыкнул. Сразу подумалось: «И как он рюкзак по горам таскать будет?» Но, ничего не сказав, молча протянул руку, приветствуя своего заместителя. Рукопожатие сержанта оказалось на удивление крепким.

– Виталик, – ротный снова обратился к старшему сержанту, – пошли кого-нибудь в палатку, пусть принесут журнал боевой подготовки.

– Баранов, бегом за журналом! – скомандовал старший сержант, и стоявший на левом фланге боец-срочник сорвался со своего места.

Меж тем Фадеев сделал еще пару шагов и вышел на середину строя.

– Ваш новый командир группы старший прапорщик Ефимов, – совсем не по-уставному представил он Сергея и, приняв из рук подбежавшего Баранова серую книжицу журнала боевой подготовки, ткнул в нее пальцем. – Кстати, его надо заполнять хотя бы один раз в неделю.

– Если надо, значит, будем, – заверил его Ефимов, а стоявший за спиной ротного Шадрин поспешно добавил:

– Баранов знает.

На что успевший встать в строй «писарь» согласно кивнул.

Ротный неторопливо начал зачитывать фамилии стоявших в строю бойцов, а Сергей в раздумьях скользил взглядом по лицам. Некоторых бойцов он знал еще по боевому слаживанию, но, увы, именно некоторых, так как от первоначального состава группы осталась едва ли треть. Двое погибли, кое-кто выбыл по ранению, Ткаченко – по болезни, братья Кислицыны перевелись в комендантский взвод. Неожиданно взгляд Сергея выхватил из строя знакомое лицо и словно споткнулся: на правом фланге слегка сутулилась знакомая фигура сержанта Калинина, который, перехватив взгляд прапорщика, смущенно улыбнулся – «вот видите, как оно получилось». В ответ Ефимов тоже улыбнулся и невольно кивнул. Настойчивость, хоть и слегка запоздалая, не могла не вызывать уважения.

– Чаврин, – ротный назвал очередную фамилию.

– Я, – послышалось с правого фланга.

Сергей оценивающе прошелся взглядом по слегка тощеватой фигуре.

– Пулеметчик классный, – вставил свое слово Шадрин. – Ему бы физуху подтянуть, и цены бы не было.