Сакральная жертва - Александр Тамоников

– Да, конечно, как скажешь.

Градоверов вышел из машины.

Полицейский, поигрывая жезлом, приложил ладонь к виску, представился:

– Инспектор дорожно-патрульной службы сержант Носов. Здравствуйте.

– Добрый день. Хотя уже, наверное, вечер. Я что-то нарушил?

– Документы, пожалуйста.

Градоверов достал борсетку, вытащил из нее паспорт, удостоверение водителя, страховой полис, другую документацию на машину.

Сержант цепким взглядом посмотрел в паспорт, в удостоверение.

– Значит, Васин Михаил Владимирович?

– Да.

– Кто с вами?

– Моя невеста, можно сказать, жена.

Сержант удивленно вскинул брови. Он видел Удалову, сидевшую сзади вместе с ребенком.

– Невеста?

– А что? В этом есть какая-нибудь странность?

– Извините, но вы ей в отцы годитесь.

– А вот это уже не ваше дело.

– Конечно. Ребенок невесты?

– Это мой ребенок.

– Да?

– Сержант! – повысил голос Градоверов. – По-моему, вы задаете вопросы, не имеющие к ситуации никакого отношения.

– А вы не шумите, гражданин Васин, не надо. Я очень не люблю, когда на меня повышают голос. – Сержант подошел к задней дверке.

Ольга открыла ее.

– Женщина, ваши документы, пожалуйста.

– А в чем дело?

– Я вежливо попросил ваши документы.

– Может быть, сначала предъявите свои?

Носов как-то саркастически улыбнулся.

– Извольте. – Он предъявил удостоверение.

Женщина протянула ему паспорт и свидетельство о рождении сына.

– Замечательно. Удалова Ольга Андреевна, сын – Удалов Дмитрий Сергеевич. Неувязочка получается.

– Какая неувязочка, инспектор? – подошел Градоверов.

– Да вот свидетельство о рождении. Здесь указано, что мальчик записан на мать, а отчество у него отнюдь не Михайлович.

– Ну и что? Ребенок записан на мать и ее бывшего мужа.

– Ага!.. А в паспорте штампа о браке нет.

– Я не расписывалась с Сергеем, первым гражданским мужем, – заявила Ольга.

Она начала выходить из себя. Мальчик почувствовал это и заплакал.

– Сержант, ну какое вам дело, кто на кого записан? – стараясь говорить как можно спокойнее, спросил Градоверов. – В конце концов, это личная проблема каждого гражданина. Мне кажется, вас, инспектора ДПС, это совершенно не должно интересовать.

Носов уже давно служил в ГИБДД, и работу свою знал крепко. Он поднял жезл и сказал:

– Вот именно, что вам так кажется. А где гарантия, что мальчик действительно ваш и этой молодой дамочки? А если он похищен?

– Так проверьте это.

– Правильно. Надо проверить. Мы сделаем это. Сами понимаете, здесь провести проверку невозможно, поэтому вам придется проехать на пост, а оттуда, думаю, в райотдел. ГИБДД не ведет учет похищенных детей. Уже вечер, значит, в отделе вам придется задержаться до утра. Естественно, условия там не ахти, сами понимаете.

– Так, сержант, давайте-ка отойдем в сторону.

– Следуйте за мной. – Он взглянул на Удалову. – Вы, гражданка, оставайтесь на месте.

Сержант немного провел Градоверова по обочине. За большим кустом, как-то уцелевшим на краю трассы, стояла служебная машина. В ней еще один полицейский, рядовой.

Он вышел из машины, не забыв захватить с собой автомат.

– В чем дело, Леша?

– Проверь-ка, Вова, этого человека.

Рядовой достал какой-то прибор, не больше школьного пенала, щелкнул тумблером и доложил:

– Чист!

– Прекрасно. Ты, Вова, посмотри за «Маздой», вернее, за женщиной с ребенком, сидящими в ней.

– Угу.

Рядовой зашел за куст.

Сержант повернулся к Градоверову.

– Ну и что вы хотели мне сказать, Михаил Владимирович?

– Мы спешим, ребенок устал, задерживаться в вашем РОВД у нас нет никакого желания.

– Это понятно и объяснимо. Условия никакие, да и отношение…

– Документы в порядке, давайте решим вопрос по-хорошему.

Сержант ухмыльнулся.

– По-хорошему, это как? Взятка?

– Что вы ломаете комедию?

– Поаккуратней!..

– Пять тысяч.

– Умножьте на четыре и свободны.

– Двадцать тысяч? Вы с ума сошли? За что?

– За скорый отдых с молодой женщиной в уютном мотеле. Или вы предпочитаете обезьянник, заселенный местными алкашами и бандитами? По-моему, первый вариант гораздо предпочтительней.

– Совсем вы совесть потеряли, сержант.

– Это точно, потерял. Сам не знаю, где именно, и никак не найду. Да оно и не важно. Так как?

– Ладно. Но один вопрос.

– Один давайте.

– А если бы не свидетельство о рождении ребенка, вы отпустили бы меня без проблем?

Сержант рассмеялся.

– Я, Михаил Владимирович, не первый год в полиции. Просто так машины не останавливаю. Вы заметили знак ограничения скорости до пятидесяти километров в час?

– Где? – удивился Градоверов.

– Сразу на выезде из деревни.

– Но здесь же трасса!

– Не заметили. А он есть. Вы же вели машину под сотку. У нас в кустах радар. Так что попали бы вы обязательно.

Градоверов достал из борсетки четыре пятитысячные купюры, протянул сержанту.

Носов вздохнул.

– Не мне, в машину.

Градоверов прошел к полицейской машине, бросил через открытую форточку деньги на сиденье, вернулся к сержанту.

– Я могу ехать?

– Подождите! Вова! – окликнул сержант подчиненного.

– Да?

– Подойди на место да глянь, все ли там как надо.

Рядовой проскользнул в полицейский «Форд» и крикнул:

– Порядок, Леша. Двадцать градусов. Слабовата, но на десерт пойдет.

Носов вернул Градоверову документы.

– А вот теперь, Михаил Владимирович, можете ехать на все четыре стороны. Только мой вам совет, не превышайте допустимую скорость. Я понимаю, вам не терпится уединиться с молодой женой, но тем не менее. И следите за знаками. До Рогачевки можете ехать спокойно. Засад больше не будет.

Приняв документы, Градоверов взглянул на Носова и спросил: