Парад скелетов - Сергей Самаров

Мои глаза, наверное, были красноречивее стрелок.

— Если вы не возражаете, — все же ответил я вполне обтекаемо.

— Вечером продолжим?

— Если вы не устали. — Этот мой ответ был уже не таким обтекаемым и конкретно говорил о том, что я готов пережить языковые страдания ради достижения цели.

— В какое время подойти?

— Восемнадцать часов вас устроит?

— Вполне. Буду у вас. Ждите. Пока можете позаниматься самостоятельно. Программа на планшете это позволяет. Завтра я принесу USB-модем, чтобы вы могли проводить занятия через Интернет. С программой работает целый ряд интернет-роботов. Они и произношение поправят, и на дельные подсказки способны.

— Не нужно модем. У меня в палате Wi-Fi есть.

— Это хорошо. Будем прощаться?

— До восемнадцати часов…

Она ушла, и теплилась надежда, что в восемнадцать часов вернется. Я же без труда подключился планшетом к Wi-Fi и даже сумел без чужой помощи настроить систему, установив в новом соединении собственный пароль.

Раньше мне никогда не доводилось пользоваться планшетным компьютером, и я даже предполагал, что это нечто похожее на большую трубку сотового телефона с расширенными возможностями. Но скоро убедился в собственной неосведомленности. Услуги, предлагаемые планшетом, были даже шире услуг обычного компьютера. Для любителя компьютерных игр там вообще простор великий. К счастью, я не только никогда не играл в эти игры, но даже не умею в них играть, потому что с детства отношусь ко всему заразному отрицательно и стараюсь от этого уберечься. Пока это удавалось. Была возможность на госпитальной койке и множество фильмов на любой вкус просмотреть. Но я не относил себя и к любителям продукции кинематографа, понимая, что выдуманная жизнь — это вообще не жизнь, а набор нелепостей, которые крутятся в голове какого-нибудь сценариста, и не больше. И счастье, если сценарист не совсем дурак и хоть что-то знает о жизни. Чаще он не знает, а только выдумывает ее. Эти возможности планшетного компьютера мне тоже не были нужны. Но новостные и спортивные сайты все же посмотрел, с обычным своим недоверием к наполовину лживой, а наполовину выдуманной информации, которую нам традиционно предлагают все средства массовой информации. Даже читая о спорте, обычно стараюсь или только результат узнать, или уж смотреть спортивное событие целиком и составлять собственное мнение. В данном случае мнение составил только о том, что было достойно интереса. При этом помнил, что планшет мне предоставили не для преодоления скуки. Слегка позанимался с программой по изучению английского языка в американском вульгарном варианте, а потом стал по «поиску» отыскивать сайты, которые в состоянии осветить мои пробелы в образовании и рассказать хоть что-то порядочное о психотронном оружии. Это оказалось достаточно интересным, хотя во многом и противоречивым. Мнения специалистов узнать удавалось крайне редко, больше было или откровенной фантастики, или вообще шарлатанства. Тем не менее пытался везде найти «золотое зернышко». И искал его до самого прихода полковника Михайленкова, хотя даже не уверен был, что он в этот день появится. А он появился…

* * *

— Слушаю вас, товарищ полковник, — начал я с нестандартного для армии приветствия.

— Нет, дорогой, это я тебя слушаю. Докладывай…

Мне нравилось, что полковник Михайленков разговаривал со мной уважительно на «вы». Обычно в войсках старшие по званию предпочитают разговоры с младшими исключительно на «ты». И спецназ ГРУ не исключение. Как-никак, мы именно армейская разведка. Но этот полковник оказался культурным, не как армеец, а как настоящий разведчик. Мне доводилось с настоящими встречаться на занятиях. Общение понравилось.

— Что докладывать? — не понял я.

— А что ты от меня хотел услышать? — Все, перешел на «ты».

— Вы обещали какие-то китайские хитрости раскрыть.

— Препараты?

— Кажется.

— Я передал заведующему отделением под роспись и со строгим журналом учета. После каждой процедуры, то есть после приема каждого препарата, ты должен будешь расписаться в журнале. Как за секретные документы.

— Зачем такие строгости? — не понял я.

— Чтобы врачи не воровали. Все препараты обладают сильным омолаживающим эффектом. Себе и женам захотят взять. Буду каждый день проверять. Пузырьки опечатаны. Вскрывать будут в твоем присутствии. При пропаже даже одного пузырька препарата я обещал заведующему отделением всех местных врачей отправить работать в Китай санитарами. Заведующий сейчас инструкцию читает. По нашим данным, эти препараты способны поднять тебя на ноги в три раза быстрее, чем обычное лечение. Давать начнут утром. А теперь ты докладывай.

— Что? — повторил я свой вопрос, хотя и без того понимал, о чем спрашивает полковник.

— Прочитал?

— Полностью.

— Что скажешь?

— Интересная информация.

— И все?

— Вы, товарищ полковник, ожидаете реакции на наш российский костюм?

— А ты думал, что тебе ради интереса принесли эти распечатки?

— Нет. Я так не думал.

Полковник выдержал паузу, ожидая продолжения. Он был явно не в духе, и, кажется, желал быстрее от меня уйти, но уйти хотел с конкретным результатом.

— Ну, так… — не выдержал Михайленков.

— Я готов, товарищ полковник, попробовать. Даже если лечащий врач будет против. Мне, честно говоря, гипс уже прилично надоел. А лежать почти без движений надоело еще больше.

— И хорошо, — отмяк душой полковник. — Завтра тебе доставят костюм. Попробуем, как ты передвигаться будешь. Вместе с препаратами это должно дать результат.

— Готов к экстренному выздоровлению, — пообещал я.

— Не так экстренно, конечно. Ты в боевой операции будешь участвовать. И здоровье тебе понадобится. Но в костюме сможешь хотя бы готовиться более качественно. Еще вопросы есть?

— Так точно.

— Слушаю.

— Капитан Лосовски… Вы обещали рассказать.

Михайленков с минуту думал.

— Ладно. Будем считать тебя введенным в операцию, хотя твое состояние внушает опасения. Но, если я расскажу, обратной дороги у тебя уже не будет. Это ты понимаешь? Независимо от твоего желания. Отказ будет принят только в случае смерти.

— Понимаю, товарищ полковник.

— Это хорошо. А я вот боюсь, что поторопился. Извини, Кот, позвоню, чтобы подстраховаться, командующему. Не имею пока права, как говорится…

Я удивленно поднял брови. Полковник понял, что я возражать не собираюсь, вытащил трубку, нашел в списке номер и нажал кнопку вызова. Разговор был коротким и не в мою, как я понял, пользу. Полковник убрал трубку и развел руки:

— Извини, Кот, командующий сказал, что после опробования препаратов, потому что мы на них сильно рассчитываем. Только тогда я все тебе и выложу. Сейчас могу только в общих чертах обрисовать.