Шанс только один - Максим Шахов

Аникеев невольно опустился на сиденье и прикипел глазами к бегущим к «Опелю» вооруженным милиционерам. Выбираться из машины было бессмысленно – до посадки далеко, да и не успеешь добежать до нее, пуля быстрее…

Тут один из омоновцев что-то рявкнул на ходу и вскинул автомат. Только направил он его не на «Опель», а на джип с тонированными стеклами. Его водитель пытался то ли развернуться, то ли прорваться к шлагбауму – это-то и вызвало подозрение милиционеров.

Подскочив к джипу, они под прицелом автоматов заставили водителя заглушить мотор и грубо выдернули из салона и его, и пассажира и начали шмонать.

Аникеев облегченно вздохнул. Заварушка у джипа отвлекла внимание и ментов, и других водителей. Лучшего момента выжидать было бессмысленно, и Аникеев решил попытаться уйти.

Он уже начал открывать дверцу, как вдруг Анна ухватила его за плечо:

– Не дергайся! Только хуже будет, все равно заметят! Держи! – С этими словами девушка протянула Аникееву бейсболку, потом наклонилась и вытащила из бардачка фотоаппарат. – И его на шею нацепи!

– Зачем? – растерянно спросил Леня.

– Затем!

Перекинув ремень через голову Аникеева, девушка почти насильно напялила на него бейсболку и скомандовала:

– За мной!

– Куда?.. – только и спросил Леня.

– Туда!

Секунду спустя Анна решительно распахнула дверцу и выбралась на дорогу. В одной руке она держала диктофон. Обогнув капот «Опеля», девушка прошипела через плечо:

– Открой фотоаппарат и двигай за мной.

Только тут Аникеев более-менее сообразил, чего добивается девушка. Ноги и руки не очень слушались, но Леня собрался. Освободив объектив фотоаппарата, он поправил бейсболку и сделал несколько шагов за Анной.

А та уже подскочила к джипу и с улыбкой махнула перед носом хмурого омоновца запаянным в пластик редакционным удостоверением:

– Анна Ларина! «Криминальный курьер»! Кто у вас старший?

Будь на ее месте мужчина, омоновец, наверное, мог бы и в лоб ему «зарядить» – чтобы не отвлекал от насущных обязанностей. А так боец просто кивнул через плечо:

– Лейтенант, вон он идет!

От ГИБДД к джипу действительно направлялся старший лейтенант в омоновской форме. Не очень атлетичный и в возрасте. Лицо его было озабоченным – с джипом какая-то непонятка, а тут еще и баба с диктофоном.

– Здравия желаю, товарищ капитан! – бросилась к нему навстречу Анна. – «Криминальный курьер», Ларина! Мы с фотографом… – короткий кивок в сторону Аникеева, – как раз возвращаемся из поездки в Подмосковье. А тут ваша операция! Разрешите немного поснимать? И буквально пару слов – кого задержали, за что? В диктофон только, пожалуйста! Ну и ваше фото крупным планом на фоне задержанных, если можно…

Аникеев только дивился, насколько психологически точно рассчитала все Анна. Леня знал по своему опыту, что даже прожженные опера, которые с ворами в законе разговаривают, как с сявками, сталкиваясь с представителями СМИ, обычно теряются и смущаются – просто потому, что боятся в материале выглядеть глупо. Один знакомый с Петровки говорил, что ему легче голыми руками задержать трех убийц, чем дать одно интервью напомаженной фифе из какой-нибудь газеты.

Вот и бравый омоновский лейтенант чисто инстинктивно втянул свой немалый живот и слегка выпятил грудь и челюсть – чтобы выглядеть поэффектней. Вообще говоря, он здорово напоминал откормленного хряка и, судя по всему, в ОМОН попал недавно. В последнее время стало модно «чистить» ряды, и лейтенанта, видно, перевели из другой службы с целью «оздоровления».

Опыта общения со СМИ у хряка наверняка не было вообще, но виду он не показал и быстро произнес:

– Ноу комет!

Фразу лейтенант наверняка позаимствовал из американского боевика, только спутал «коментс» с «Комет» из рекламы. Анна изобразила в глазах мольбу:

– Ну, пожалуйста, капитан, миленький! Два словечка… И все!

При этом девушка приблизилась к хряку настолько, что у того даже перехватило дыхание. В сравнении со сварливой, располневшей женой Анна казалась лейтенанту чуть ли не богиней.

– Не могу! – отдуваясь, произнес он. – Приказ, сами понимаете…

– Жаль! – щелкнула клавишей диктофона Анна, но отодвигаться не торопилась. – А как насчет развернутого интервью вообще? О специфике службы?