Джек Ричер, или В розыске - Ли Чайлд

Второй вопрос: какова вероятность того, что в таком пустынном месте одновременно разыскивают разных преступников? Ответ: вероятность очень невелика. Можно сказать, пренебрежимо мала. Да, совпадения случаются, но стать свидетелем одного из них уже само по себе не слишком вероятно. А двух – это уже слишком.

Вывод: дорожные посты выставлены для поимки Кинга и Маккуина.

Двух парней, а не одного.

Почти наверняка.

Получалось, что происходящее не имело смысла.

И вот почему: копы на первом контрольно-пропускном пункте в Небраске самым тщательным образом проверяли одиноких водителей. В некотором смысле это вполне объяснимо. Очевидно, одинокий водитель мог для маскировки взять пассажира, два человека, например, посадили к себе третьего, и так далее, до бесконечности. Метод сложения. Однако метод вычитания также работает. Например: два человека делают вид, что в машине лишь водитель, а второй где-то прячется. Полицейские в Небраске могли проявить бдительность и предвидеть такой маневр. У одиноких водителей проверяли багажники и искали в них не оружие и наркотики, а второго человека.

Но: полицейским в Небраске не следовало искать двух людей. Они должны были искать машины с тремя пассажирами. Два преступника и жертва похищения, полуголая официантка из бара.

Получалось противоречие.

И вот в чем оно состояло: Кинг и Маккуин ожидали, что будут проверять машины с тремя людьми: ими самими и Дельфуэнсо. Поэтому они дали ей рубашку. А после того, как они проехали еще пару миль, появился Ричер. Четвертый человек в машине. Метод сложения.

Четыре человека, а не три. Маскировка. Хитрость, которая началась с дешевых рубашек, а потом была усилена, когда Ричеру предложили сесть за руль. Маскировка и хитрость – к тому же разбитый нос Джека. Любой полицейский будет введен в заблуждение.

Теперь Ричер понял, что, когда машина остановилась у развязки, они не спорили о том, стоит ли его подбирать. Разговор шел совсем в других тонах. Кинг и Маккуин повернулись назад к Дельфуэнсо и обещали сделать ей очень больно, если она их выдаст. Вот что они ей сказали: «Держи рот на замке. Ты все поняла?» Ричер видел, как она кивнула – «да», молча и испуганно, как раз перед тем, как он сел в машину.

И история с аспирином не имела никакого отношения к тревоге за здоровье незнакомца. К этому моменту Кинг уже решил посадить за руль Ричера. И он следил, как Дельфуэнсо роется в своей сумочке, вовсе не из-за невинного любопытства. Он хотел удостовериться, что она не подаст никакого сигнала о помощи.

Реальность.

Ричера выбрали вовсе не для того, чтобы поддерживать ночной разговор.

Кинг и Маккуин посадили его в машину только по одной причине.

Они хотели, чтобы в ней было не три человека, а четыре.

Тем не менее полицейские искали машины с двумя людьми.

Почему?

Джек нашел только один возможный ответ: ФБР известно, что пытаются сбежать два человека, но они не знали, что эти люди угнали машину и взяли заложника.

Следующий вопрос: а известно ли ФБР об этом сейчас?

Вывод: полицейские останавливали машины вовсе не из-за угона. Более того, в ФБР ничего не знали об угоне.

Дорожные посты поставили из-за какого-то другого преступления.

И оно должно быть достаточно серьезным.

Кровь на их одежде.

Ричер ехал дальше на скорости восемьдесят миль в час через темные пространства Айовы. Он дышал медленно и ровно.

Гудмен и Соренсон вернулись к красной «Мазде». Эксперты ФБР перешли от бензоколонки к машине. Они уже нашли следы крови и отпечатки пальцев, волосы и волокна. Не вызывало сомнений, что преступники не пытались ничего скрывать.

– Они действовали не слишком осмысленно, – заметила Соренсон.

– Большинство преступников поступают именно так, – ответил Гудмен.

– Но эти типы не похожи на обычных убийц. Речь не идет о неудачном ограблении. Они были в костюмах. Случившееся имеет отношение к Государственному департаменту. Однако они оказались совершенно не готовы к тому, что произошло. Они ничего не планировали, и им пришлось импровизировать. Они даже угнали машину, чтобы сбежать с места преступления. Почему?

– Возможно, они ничего не планировали, потому что не знали, что им необходим план.

– Если ты приезжаешь в Небраску, чтобы убить кого-то, ты знаешь, что тебе необходим план.

– Может быть, они приехали по другой причине и никого не собирались убивать. Во всяком случае, сразу. А потом ситуация неожиданно вышла из-под контроля. Большинство убийств происходит спонтанно.

– Согласна, – ответила Соренсон. – Но все остальное не выглядит спонтанным.

Гудмен послал помощника проверить мусорные баки за ночным магазином, но увидел, как двое экспертов вылезли из «Мазды» и подошли к Соренсон с двумя фотографиями в руках. Первая – цветной полароидный снимок – вымытое лицо мертвеца, глаза открыты, кровь стерта, снимок сделан практически в упор. У мужчины миндалевидные темные глаза со слегка приподнятыми внешними уголками. Небольшая круглая родинка на правой щеке, юго-западнее рта; на женщине такую родинку назвали бы мушкой.

На черно-белой фотографии было то же самое лицо. Стоп-кадр из видеозаписи. Почти наверняка сделанной камерой наблюдения. Плохое качество, с большим «зерном», слегка смазанное из-за движения – снимали дешевой цифровой камерой. Однако глаза были вполне узнаваемы. Да и родимое пятно находилось на том же месте, уникальное, как штрихкод или отпечаток пальца, и столь же определенное, как образец ДНК.

– Откуда фотографии? – спросила Соренсон.

– Они сделаны в аэропорту Денвера, у стойки проката автомобилей, – ответил техник. – Убитый сам взял «Мазду» напрокат в начале десятого, сегодня утром. Технически – вчера утром. Если судить по спидометру, «Мазда» ехала сюда практически по оптимальному маршруту.

– Путь довольно долгий.

– Чуть больше семисот миль. Десять или одиннадцать часов. Одна остановка для заправки. Бензина осталось совсем немного.

– Он преодолел весь путь один?

– Я не знаю, – ответил техник. – Меня там не было.

Осторожный парень, старая школа, помешан на фактах, вероятно, дурной характер. Ночная смена, зима, они забрались в жуткую глухомань.

– Но вы можете сделать предположение? – спросила Соренсон.

Техник состроил гримасу.

– На заднем сиденье нет следов пассажиров, – ответил он. – Но есть на обоих передних. Возможно, он взял пассажира из Денвера. Или был один. В таком случае следы на передних сиденьях оставили убийцы, которые приехали сюда на машине с места преступления.

– Так первое или второе?

– Я бы сказал, что он ехал один. Следов на месте водителя значительно больше, чем на пассажирском.